Bleach World

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach World » Каракура » Квартира Иноуэ Орихимэ


Квартира Иноуэ Орихимэ

Сообщений 1 страница 20 из 24

1

Иноуэ живет на верхнем этаже небольшого двухэтажного домика.

http://s46.radikal.ru/i114/1103/db/d3bb4a984ba6.jpg

Квартира представляет собой одну светлую и достаточно большую комнату. Квартира не в традиционном стиле - пол застелен досками, а ванная, кухня и прихожая раздельные.
Жилая комната обставлена очень уютно - небольшой столик на витых ножках, комод для хранения вещей, большое зеркало во весь рост, вешалка для верхней одежды, мягкие игрушки,  занавески на окнах. Часто приносит домой живые цветы.
Одну стену целиком занимает встроенный шкаф. В углу - тумба с телевизором, с видеомагнитофонном - стоит так чтобы было удобно смотреть сидя за столиком (Орихимэ очень любит все возможные комедийные шоу). На другой тумбе - небольшой семейный алтарь - курильница, фотография брата в рамке и табличка с его именем.
В общем - чисто и мило. Сразу видно, что тут живет девочка.

0

2

--------------------- > Улицы

Девочки всегда о чем-то мечтают. Во всяком случае, Иноуэ всегда считала, что настоящие девочки должны мечтать. И обязательно много улыбаться, и дурачиться, и носить платья с оборками, и уметь поднимать гантели, и бежать стометровку за столько секунд, что все мировые бегуны просто трескаются от зависти. Во всяком случае, все ее знакомые девочки были такими. Они бегали стометровку быстрее самого быстрого бегуна, она были сильными и умели поднимать гантели, и носили платья с оборками и любимых плющевых игрушек в сумке, а еще улыбались и никогда не унывали. Иноуэ правда всегда думала, что девочки должны быть именно такими - сильными, нежными, добрыми, удивительными. Ведь девочка должна ловить на себе восхищенные взгляды, так? А что еще может вызвать восхищение, как ни девочка, которая пробежит в длинном платье с кринолином и в оборках стометровку со штангой в руках? Разве что девочка в сверкающих латах и на рыжем коне, побеждающая белого дракона. Или наоборот? На белом коне и рыжего дракона? Но если дракон будет рыжим, будет не понять, пышет ли он пламенем или показывает язык. У оранжевых драконов и язык оранжевый, и пламя оранжевое. А если дракон еще и мандарины любит, так совсем плохо...
Хотя, все и так плохо.

- Я поняла, - она прямо смотрит и упрямится, комкая в руках ткань юбки, - Я сделаю все, что вы скажете.

Взгляд Улькиорры обдавал зеленым льдом, а она не знала, как ведут себя драконы из льда зеленого цвета. Вот был бы он белым - было бы понятней. Нужно было бы просто найти рыжего коня и сверкающий меч...
Иноуэ прикусила губу и отогнала от себя видение Куросаки-куна в рыцарском плаще, скачущего на помощь. Все было так невероятно глупо, что можно было садиться на землю и смеяться. Она хотела домой? Она попала домой. Она хотела защитить своих друзей? Она хотела, чтобы больше никому не было больно? Хотела, чтобы из-за нее ни у кого не было неприятностей? Она только хотела... А теперь, из-за нее, Чизуру грозит опасность. Теперь, если она будет себя вести не так или не правильно - ее убьют. И не спасет никто. Просто не успеет. А она... она...
Прикосновение теплой руки вырвало ее из плена начинающейся истерики. Орихимэ порывисто обернулась и вымученно улыбнулась:

- Все в порядке, семпай, - рядом с ней стояла удивительная девушка. Иноуэ крепко стиснула протянутую ей руку и быстро пошла следом за Кватро, обгоняя его и увлекая одноклассницу за собой, - Не бойтесь... - теперь все в порядке? он вас не убьет? он на самом деле не такой страшный? Все не то, потому что все с точностью именно так, как кажется. А она идет, показывая дорогу и все что и может, как глупо улыбаться, стараясь не смотреть в лицо Чизуру и говорить как можно тише, - Вы же знаете, где я живу? Помните, мы как-то решили подготовить домашнее задание, а сами сели смотреть "Духи всегда с Вами!" Дон Каноджи такой смешной! А ее все еще показывают? Я так давно... - Орихимэ замолчала на полуслове и снова улыбнулась, - А вообще, давай доберемся до моего дома как можно быстрее! Как на перегонки! - с этими слова она на полном серьезе встала в легкоатлетическую стойку и принялась разминать ноги, сделала пару махов руками и... - Улькиорра-сан, давайте за нами!
Сорвалась с места в карьер, устремляясь к месту своего проживания со средней скоростью При желании ее можно было легко догнать. При желании ... можно было легко потерять из виду. Улькиорра-сан наверняка последует за ней. А вот Чизуру-семпай... Если она останется на месте, то арранкар не станет насильно тянуть ее за собой. Он пойдет за ней, потому что она под его ответственностью, а простая смертная девушка - не имеет важности. "Мусор", как он говорит. Но для нее, это очень важный человек. Иноуэ закусила губу и побежала быстрее, несмотря на то, что ноги путались в слишком длинной юбке. В ушах шумела кровь, а дыхания не хватало - во рту сухо и кисло, а бок противно колет. Вот что значит целый год просидеть на одном месте не двигаясь...

Ее дом уже был виден - всего ничего. Еще пять минут и она у крыльца. И она... она надеялась, что семпай не пойдет за ней. И окажется в безопасности. А что она скажет Улькиорре, который говорил ей не делать глупости, она придумает потом. Когда снова начнет нормально дышать.

+1

3

----------> Улицы

Иноуэ Орихимэ не отказалась идти, нет. Не попробовала сбежать, не сделала что-то достаточно бессмысленное, чтобы арранкар просто не смог этого предвидеть. Она непрерывно говорила, обращаясь к своей подруге, и слова эти не имели для Шиффера никакого значения, но только до тех пор, пока она не решила добраться до дома бегом.
- Хмм? - его эмоцию даже нельзя было назвать удивлением. Глядя на то, как с шага пленница переходит на бег, он думал не о связанных с этим неудобствах, а о презрении к глупости и алогичности смертных. Во всём, что делала девушка, прослеживалась та самая лишённость осмысленности, которая заводила Кватро в тупик. Он не мог понять их действия, и если раньше хотел это изменить, то сейчас, уже не в первый раз начиная злиться, должен был констатировать, что собственное удобство и чистота исполнения прямой миссии в Генсее достаточно заметно перевешивали всякое любопытство.
"Я не учёл степени возрастания количества осложнений контроля за ситуацией на открытой местности по сравнению с замкнутой комнатой." - Улькиорра вряд ли досадовал на себя. В сложившейся ситуации его задачей было не упускать ход событий, минимизировать риск и по возможности избежать неудобств.
Несколько секунд он наблюдал динамику ускорения Иноуэ, прежде чем придти к заключению о том, что она не намерена останавливаться и, в случае, если он не последует за ней, смертная быстро скроется из вида. На её приглашение присоединяться арранкар так ничего и не ответил - необходимости в каких-либо пояснениях он не видел. Вместо этого он коротко отметил, что подруга пленницы не отстала от них, и так же перешёл на бег. На то, чтобы урегулировать контроль над непривычным телом, потребовалось полтора десятка шагов. После этого, закрывая глаза на человеческую слабость, Кватро начал быстро нагонять Иноуэ. Это не было трудным - хотя человеческие характеристики не были рассчитаны на нормальную физическую нагрузку, бежать в течение четверти часа гигай вполне мог без особых последствий.
"Отсутствие должных возможностей сильно осложняет ситуацию." - краем сознания отметил про себя Эспада.
По траектории движения Шиффер понял, что здание перед ними - конечная цель маршрута. Он остановился перед дверью через несколько мгновений после смертной, одним глубоким вдохом уравновешивая дыхание.
- Глупое действие. - коротко и холодно бросил он, оценивая физическое состояние подопечной. Она дышала тяжело и неровно, проьежка явно не далась ей легко. - Твоя нынешняя физическая форма не располагает к столь долгим забегам. - он сузил глаза, безразлично, с тенью раздражения глядя на Иноуэ, потом обернулся, проверяя, что её знакомая пренебрегла возможностью незаметно исчезнуть. - Ты останешься в своём доме с ней. Если вернувшись, я тебя не обнаружу, убью. - голос звучал так же ровно, вне зависимости от слов. Девушки изъявляли намерение разговаривать. Его их болтовня не интересовала, он только терял здесь время. Ичимару уже должен был прибыть, и Кватро имел к нему ряд вопросов. Учитывая, что рейацу было скрыто, найти шинигами будет непросто, однако было и другое необходимое дело - Адские Врата, которые арранкар считал необходимым для начала увидеть. Именно туда он и направился, развернувшись и пойдё по улице прочь от пленницы. Не найти двери в другой мир было трудно - они возвышались почти над головой.

----------> Адские врата

+1

4

-------> Улицы.

Смирение, женственность, скромность, умение готовить – больше известные под обобщающим именем Ямато Надэсико – это те качества, которыми должна обладать настоящая японская женщина, готовая вступить в брак и во всё потакать и поддерживать своего мужа. Но вот незадача, Чизуру не собиралась замуж, её вообще не интересовал такой объект как «муж», «жена» - вполне себе, даже «невеста» уже звучит воодушевляющее, но муж... и чем больше мужчин Хоншо узнавала, тем меньше ей хотелось иметь с ними дело. Некоторые были слабыми и беспомощными, не выдержывая напора её эмоций, скисали и ретировались в неизвестном направлении, другие были чересчур чопорными, считая, что ярко-красная шевелюра калечит не только зрение, но и самосознание, а третьи – такие, как Улькиорра – даже в расчёт её не брали, считали, что она – никчёмный мусор, который непонятно кто создал для того, чтобы она ему прислуживала.

Ясное дело, что такое суждение Чизуру не одобряла и всячески боролась с последователями этого недокульта. И в этом мире мужчиной отрадой для неё были женщины. Они понимали её, понимали её проблемы, ибо сами имели похожие, они знали как устроено её тело, что ему нужно, чтобы ощущать комфорт, они понимали ход её мысли, не осуждали задиристый характер и эмоциональное поведение, и они всенепременно вызывали восхищение. Например, Тацки, удивительная, сильная девушка, которая всем своим существованием доказывала изо дня в день, что женщины ничуть не слабее мужчин, и даже физически способны превзойти их. Чизуру всегда уважала Арисаву, и знала, что та уважает её в ответ, иначе её мозги были бы давно размазаны по асфальту. А ещё Орихимэ – Чизуру любила её по-особенному, не так, как остальных девушек, Принцессе она была готова посвятить всю свою жизнь, стоило её только попросить. Но обиднее всего было другое: Иноуэ скорей бы стала Ямато Надэсико для человека, вроде Куросаки, чем равноправной и удивительной партнёршей для ней. Впрочем, это знание не мешало огненновласой надеяться хотя бы на интрижку. В конце-концов, кто какие глупости не совершал в юности?~ Как, например, пробежка до дома, длиною в четверть часа.

- Эээ… что? -  Чизуру хотела было ответить на слова Иноуэ, успокоить её, что передача Дона Канонджи, как и Дом-2, не закончится никогда, как Принцесса вдруг сорвалась с места и побежала. – Химэээ~ - недовольно проскулила её девушка вслед, - Спинааа!~ - но та уже не слышала её. Приобретя немыслимо прекрасное чувство свободы, она, казалось, слилась с ветром на своём пути вперёд. Наверное, она действительно сильно соскучилась по дому, если не может подождать чуть больше, чем чуть-чуть. Удивительно, насколько сильно люди бывают привязаны к определённым местам, событиям, людям, датам и цифрам. Для каждого из нас важно что-то своё, без чего мы не мыслим своё существование, к чему мы хотим изо дня в день возвращаться, чтобы ощутить душевный покой и равновесие.

На бег Чизуру так и не перешла, однако вспомнила о такой удивительной вещи, как спортивная ходьба. По скорости она не сильно уступала такому темпу, который задала Иноуэ, но её было достаточно, чтобы припоздниться настолько, чтобы узреть Улькиорру только издалека, покидающего Орихимэ. В принципе, Хоншо могла бы развернуться и пойти домой, а не преодолевать всё это расстояние в ускоренном режиме, но она не могла отказать себе в удовольствии побыть наедине с одной из самых любимых на свете девушек. Однако когда огненновласая таки дошла до своей одноклассницы, спину опять прострелила боль, и Чизуру не без удовольствия упала к ногам Принцессы Каракурской и распласталась на асфальте.

- Я никогда не признавалась тебе в любви, о прекрасная асфальтовая дорожка? О бордюрчик, о тротуарчик! – Чизуру ласково погладила одной рукой асфальт, а вторую, ту, что держала ведёрко с мороженым, взметнула вверх, - Химэ, возьми его, пожалуйста, когда я наконец-уже-быть-может-встану, моя поясница едва выдержит вес моей же груди, ей будет уже не до полулитра фисташкового мороженого. Ааааах~ - протянула девушка, глядя в голубеющее рассветное небо, оно начинало казаться куда более ласковым и манящим.

Отредактировано Honsho Chizuru (2011-04-20 15:51:35)

+1

5

Врата Ада раскрылись!
Все кто может видеть призраков/чувствовать рейреку испытали на себе давление духовной силы, похожее на удар. (Вспоминаем момент боя Зараки/Ичиго и Айзена, придавливающего рейяцу Заеля). Это первая волна, давящая всё, на что она может влиять, к земле. Дышать почти невозможно, подняться/выпрямиться тяжело. Рейяцу пропитано "адской" атмосферой - горячее, с муками/страданиями Падших и желанием убивать от Адских Тварей. Пропустить этот момент - невозможно.
Столь сильное давление пройдет быстро, но тем, кто его испытывал так не покажется. Ни шинигами, ни арранкары не могут покинуть гикай. Те, кто на момент открытия Врат не в гикайе, как минимум, теряют сознание от потери духовной силы.

0

6

Небольшой забор - раз. Аккуратно подстриженные кустики - два. Порожек и чисто выметенный двор - три. Лестница на второй этаж - четыре. Дыхание друга за спиной - пять. Разбитые надежды - шесть. Смерть с зелеными глазами - семь...

"Чизуру-семпай", - девочка сжимает ткань на юбке в кулачках и крепко зажмурившись дышит. Высоко вздымается высокая грудь и больно - глубоко, в межреберье. Потому что бежать бежала, но ветер догнать не смогла. Потому что солнышко, не успев взойти, снова спряталось за тучками. Потому что свобода - это такая же красивая сказка, как и про Спящую Красавицу или Золушку. Потому что, привыкла говорить "прости" или "прощай", вместо "спасибо" или "мы скоро встретимся!" Потому что у нее ничего не получается. Потому что у нее такие хорошие друзья. Потому что они ее любят. Потому что она любит их. Потому что она ушла и заставила их волноваться. Но так нельзя. Нельзя и все! Переживать, волноваться, беспокоиться самой, приносить себя в жертву и прикладывать усилия и не позволять им делать того же ради нее. Но... если с ними что-то случиться, не будут ли напрасными ее усилия? Разве это честно?

"Почему, семпай?" - когда она разжимает руки, ее пальцы дрожат, и она с трудом находит себе силы повернуть голову и улыбаться. Широко, открыто. Наверное, так улыбаются стеклянные человечки на католических рождественских елках. Она не знает, но собственная улыбка кажется ей именно такой - стеклянной.

- Конечно, семпай! - она радостно берет ведерко с мороженым и садится рядом на корточки, аккуратно подвернув юбку, чтобы она прикрывала коленки и старается не смотреть в глаза, пряча лицо за отросшими прядями челки. Просто ей стыдно. За свою слабость. За то, что не может побороть даже собственное сердце. Любящее, доброе, беспокоящееся и открытое сердце... 

- Улькиорра-сан, а вы знаете, что похожи на фисташковое мороженное? - спрашивает она, поднимая робко глаза и смотря - снизу вверх, - Оно холодное, но зеленого цвета. А еще оно из орехов, хотя это странно - делать мороженное из соленых орехов... - Странно смотреть на него и видеть чуть покрасневшие от бега щеки. Странно видеть как черные волосы трепет ветер. Странно без въевшихся в кожу полосок похожих на слезы. Просто странно, что выглядит он как человек. И странно, что хочется, так хочется, чтобы он был человеком...Так же странно, как мороженное из фисташек или со вкусом васаби.

Может быть, поэтому она молчит в ответ на жестокие слова, а может быть, уже просто привыкла, а может быть все еще проще - она не боится смерти. Она и так уже мертва. Ушла из жизни еще тогда, год назад, когда сказала "да" и сделала шаг за горизонт.

- А давайте сейчас съедим мороженое семпай, - она отрывает взгляд от удаляющегося арранкара и улыбается, наклоняя голову, - Мороженное! - на пухло-детских губах появилась мечтательная улыбка, - Я так давно не ела мороженое? Знаете, а ведь у меня была даже мечта - придти в кафе и заказать всех-всех видов, какие там есть, объестся, а потом... - она продолжала болтать глупости, которые и правда были ее мечтами. Просто она не виновата, что у нее такие мечты, ведь каждый мечтает по-своему. Кто-то полететь в космос, кто-то стать балериной, а ей достаточно будет просто встретиться с одним человеком. Всего одним человеком.

- Пойдемте в дом, семпай, - Иноуэ протягивает руку и улыбается, когда обжигающе горячий, злой ветер сбивает ее с ног, выбивая дыхание и бросая вперед, на лежащую на асфальте девушку. Последнее, что она видит, прежде чем потерять сознание – это катящееся по дорожке и сверкающее боками в яркой этикетке, ведерко с фисташковым мороженным.

+2

7

ООС: позволила Чизуру не потерять сознание, какая-то сила у неё есть, если верить отрывочным главам манги, но не такая, чтобы от лишения её ей очень уже резко поплохело, как мне кажется. Если что-то не так будет, полагаю, администрация меня поправит.

Солнечный лучик, которому не мешают деревья, способен разукрасить даже самую унылую и скучную вещь в жёлтый цвет. Не важно, что жёлтый считается цветом лёгкого сумасшествия, он прекрасен сам по себе потому, что это цвет солнца, это цвет цветов и глаз соседского кота, а ещё у Химэ есть жёлтая-прежёлтая юбка, которая ей очень идёт, когда она её надевает, то превращается в предвестницу лета и тепла, она об этом, конечно же, не знает, но Чизуру нравилось так думать. Впрочем, ей всегда нравилось видеть Иноуэ, не важно в какой одежде, но жёлтый, почему-то, ей особенно шёл, также как Хоншо шёл Красный, Куросаки оранжевый или Исиде синий. И вот теперь, девушке в очках отчаянно хотелось думать, что её одноклассница вернулась навсегда, и что жёлтые солнечные лучи будут каждый день освещать её прекрасное лицо. Подумать только, этот лучик родился много времени назад, быть может 10 тысяч лет, но только сейчас и только ему будет позволено коснуться щеки Орихимэ и быстро скользнуть по губам, когда она чуть повернёт голову и улыбнётся.

Чизуру не знала, каких усилий стоит Иноуэ улыбаться, девушка знала только то, что сейчас, как никогда прежде, ей хочется крепко обнять Принцессу, почувствовать ей плечи в своих ладонях, осознать, что она здесь, вся целиком, насладиться моментом. Ничего пошлого, на самом деле, ведь порой достаточно лишь существования одного человека, чтобы сделать счастливым другого, и пусть этот самый один ничего не знает, не понимает или не хочет понимать, другой всенепременно будет счастлив и будет благодарен судьбе за то, что она позволила ему родиться и жить в одно время с первым. Всё слишком просто: люди не могут избежать одиночества, их всенепременно постоянно будет тянуть к другим людям, и Чизуру всегда считала это самым прекрасным и удивительным в человеческой природе.

- Половину ведёрка тебе, половину мне! – радостно отозвалась с асфальта на предложение Иноуэ Хоншо и широко улыбнулась, карие глаза задорно блеснули за стёклами очков, ловя и отражая чистый и, казалось бы, прозрачный солнечный свет. – Возьмём по ложке и будем есть прямо из ведра, - самый лучший из возможных завтраков! – Чизуру с удовольствием слушала, что говорила ей Принцесса, её голос казался песней, давно забытой, но самой чудесной из всех возможных, той, которую нельзя ни в коем случае больше забывать, а солнечный свет всё буйнее лился на её рыжеволосую голову, будто обливая её золотом, и делая её краше, чем это вообще было возможно.

Девушка подняла одну руку, чтобы поправить одну из прядок, упавших на лицо Химэ, но не успела её рука коснуться волос одноклассницы, как грудь сильно сдавило. Ощущение было примерно такое же, как если бы в грудь со всей силы заехали баскетбольным мячом, лёгкие жутко болят, и из них поневоле вырывается шумный свистящий кашель, отчего делается ещё больнее. Девушка не могла понять, что произошло, в грудь ей никто ничем не заезжал, это не могло быть последствием после встречи с асфальтом минутами ранее и уж никак не отдача от поясницы. Только если сердце щемит? Но почему тогда так сильно, она же ещё слишком молода для сердечного приступа!? Пытаясь разобраться со своим организмом, Чизуру не заметила, как на неё полетел другой, только когда обмякшее тело Орихимэ навзничь опустилось на неё, девушка поняла, что что-то тут не так.

- Чёртовы вспышки на солнце, дурацкий приближающийся конец света! – недовольно простонала с асфальта Хоншо, не в силах ни подняться самостоятельно, ни уж тем более поднять Иноуэ, - Хочу жить на Мальдивах и есть ананасы! – как мантру произнесла она, слабо пытаясь растрясти Орихимэ. «Интересно, а на Мальдивах растут ананасы вообще?» - но что-то подсказывало ей, что на Мальдивах даже фисташковое мороженое растёт на деревьях прямо в ведёрках, это своего рода недостижимый рай, в думах о котором можно пережить даже сердечный приступ, - Эй, Химэ, очнись! Химэ! – потрепав девушку ещё немного за плечо, красноволосая обессилено обхватила её руками. Вот ещё совсем чуть-чуть она полежит, наберётся сил и дотащит Иноуэ до её квартиры, если надо будет, только ещё совсем чуть-чуть. Громко откашлявшись, девушка прикрыла слезящиеся глаза и расслабилась, пытаясь в уме сосчитать до десяти и собраться с силами.

Отредактировано Honsho Chizuru (2011-05-08 20:30:53)

+2

8

Ей снился сон. Он был темным и немного смешным - сначала она падала. Долго, словно была Алисой, которая прыгнула в кроличью нору. Иноуэ всегда нравилась эта книжка - она бы тоже побежала за кроликом, тоже прыгнула в нору, и ей было бы интересно - ведь страна Чудес такая чудесная! И вот она падала - так долго, что начинала кружиться голова, а желудок подбирался к горлу. На минуточку даже стало страшно - вот она раскроет рот, и желудок выпрыгнет из горла, у него появятся ручки и ножки, он выразительно покрутит пальцем у виска, а потом побежит куда-то от нее по своим важным, желудочным делам. Но падение закончилось и вокруг стало темно и душно, а еще очень жарко. Словно она была пирогом и сидела в большой духовке. А потом все загорелось, стало ярко-красным и еще более жарким. Иноуэ зажмурилась, а когда открыла глаза, перед ней была большая скала, на которой сидел краснокожий чертик с черными рожками и черной острой бородой. У чертика была на коленках большая книга, он сидел в глубоком кресле, закинув ногу за ногу и пил чай из помятой жестяной кружки. Увидев ее, чертик оживился:
- Новенькая! - закричал он и махнул кружкой, пролив чай. Иноуэ хотела сказать ему, что нужно быть осторожней, потому что у него в руках книга, и она может промокнуть, и что вообще-то нельзя пить чай и читать одновременно, но почему-то промолчала. Говорил чертик.
- Говори свое имя, - требовательно сказал он и принялся листать свою книжку.
- Принцесса, - ответила Иноуэ и удивилась. Почему это она просто Принцесса? А как же фамилия? И вообще ее по-другому зовут. Но чертику видимо было достаточно - он зашелестел листами еще быстрее.
- Ага! Принцесса! - чертенок смешно ткнул пальцем в свою книжку, - Как хорошо, что ты пришла, мы тебя уже заждались.
- А куда я пришла? – не поняла Иноуэ, думая о том, что ей никто не сказал, что ее ждут, и если бы она знала, то падала бы быстрее и тогда не опоздала.
- Как куда? - улыбка черта стала зловещей и у него почему-то появились очки как у Исиды-куна и такая же белая накидка. Он поправил очки точным движением указательного пальца и захлопнул свою книжку. - В Ад. Ты пришла в Ад.
И земля под ногами снова исчезла - Иноуэ снова падала и не могла остановиться, а потом ее поймали чьи-то руки...

Ее кто-то звал. Девочка неуверенно приоткрыла глаза и тут же зажмурилась. Впереди было что-то красное в строгих очках. "Наверное, это чертик-сан из сна. Он понял, что я не хочу в Ад и поймал меня", - решила Иноуэ и зажмурилась еще сильнее. Ее потрясли за плечо, а потом обхватили руками.
- Нет! Нет-нет-нет, не надо! Не надо, Чертик-сан! Я не хочу в Ад! - Иноуэ торопливо отстранила от себя удерживающие ее руки и  попыталась встать, открывая глаза. Чертика нет, Ада нет, нет большой пещеры и чая в жестяных кружках. Она стоит посередине дороги напротив своего дома и у нее наверное очень смешное выражение лица. Это и правда было странным сном, а она умудрилась заснуть прямо на тратуаре. Но ведь такого не бывает? Ей требуется время, чтобы понять, что что-то изменилось. В самом воздухе. Откуда появилось это жуткое чувство обреченности? Как будто кто-то разом забрал всю радость, как будто случилось самое страшное и надежды совсем не осталось. Потому что это конец, потому что помощи ждать не откуда. Это чувство накатывало волнами - чужая и злая Сила. "Это и есть Врата, ради которых мы пришли сюда?" Она думает "мы" и не замечает этого, а следующая мысль обдает холодом - эта сила идет именно  с той стороны, в которую ушел Улькиорра-сан. Если она потеряла сознание находясь так далеко, то что же стало с теми, кто находился совсем близко? А люди? С ними все в порядке или они не чувствуют? Она беспокоилась... Иноуэ торопливо обернулась, запутавшись в складках юбки и снова чуть не упала, но к счастью просто взяла одноклассницу за руку и помогла встать, чувствуя как нестерпимо краснеют щеки - от своего поведения, от того что упала в обморок, от того что волновалась в первую очередь не о том, кто был рядом, а о том, кто был... врагом? 
- Простите меня, Чизуру-семпай, - она опускает голову и улыбается. Она думает о том, что такие эгоистичные женщины как она наверняка попадаю поле смерти в Ад, и что прав был красный чертик . А еще она очень надеется, что ее стеклянная улыбка кого-то да обманет - ей поверят и не станут спрашивает, - С вами все в порядке? Вы выглядите бледной... А у меня кажется был солнечный удар! - она сжимает руку в кулак и несильно стукает себя по лбу, - Солнце готовится к летнему чемпионату, вот и тренируется на всех! - серые глаза прозрачны. Она все так же шутит, как раньше, ей все так же нравится дурачиться и придумывать невероятные истории, вот только девочка выросла. Иноуэ поднимает голову и крепче сжимает чужую ладонь в своей, - Кажется, дождь собирается. Давайте скорее в дом, а то промокнем.

+1

9

- Нет! Нет-нет-нет, не надо! Не надо, Чертик-сан! Я не хочу в Ад!

Было в этой фразе что-то непроходимо пошлое, от чего щёки Чизуру мгновенно вспыхнули лёгким румянцем, губы дёрнула довольная полуулыбка, а фантазия унеслась куда-то, где она была одета как чертёнок, в руках держала хлыст с пикой на конце и говорила облачённой в красный латекс Химэ, что сейчас она, как следует, накажет такую плохую девочку, как она. Но от навязчивой картины, которая мгновенно заставила сердце забиться чаще, а живот свело приятной истомой, пришлось отмахнуться, представив обнажённый торс Денни де Вито. Помогло, причём сразу же. Поправив очки, девушка поняла, что теперь и дышать, и двигаться может вполне легко. Хоншо попробовала сесть, тоже получилось, спина, правда, ещё напоминала о себе, неприятно ноя, но все мелочи жизни, физические или моральные, можно было вынести, лишь бы не покидать такого тёплого и уютного местечка, как рядом с Иноуэ.

Беря протянутую ладонь, Чизуру прикладывает усилия, чтобы подняться, а не завалиться назад и крепко прижать к себе одноклассницу. Странное дело, всю жизнь она только и мечтала, чтобы оказаться с ней наедине, сорвать всю одежду и вытворять всякие всякости, пока дурно не станет, а теперь, когда она практически в её руках, что-то тянет её назад и лишь только мысленно трижды уже пролистана лесби-камасутра. Силясь понять, просто ли она стала старше, прониклась сутью истинной любви или не выспалась и потому не осознаёт, что пора дело делать; девушка поднялась с асфальта, одной рукой крепко сжимая ладонь Иноуэ, чтобы та ненароком опять не ускользнула куда-то далеко и надолго, а другой рукой отряхнула штаны.

- Я-то в порядке, а вот тебе не за что извиняться, с кем не бывает! – она бы и была рада поверить словам Принцессы Каракурской, но глаза сами собой поднялись к небу, и они ещё могли смотреть на утреннее, нежное солнце, оно ещё не так слепило, как будет хотя бы через пару часов. – Думаю, дело не в Солнце, - тыльная сторона руки Хоншо легко касается лба Иноуэ, и девушка убеждается, что с температурой тела у рыжеволосой всё в норме, но губы тут же изгибает лёгкая улыбка. – Думаю, ты просто устала, чай по ночам спать надо, а не разгуливать по городу в компании мужчин, - и вот она уже, быстро присев, хватает многострадальное ведёрко с мороженым за ручку и, не давая однокласснице вставить ни слова, заканчивает свою мысль. – Холодный чай и вкусняшка быстро вернуть тебе все силы, доверься мне! – и широкая улыбка во все успевшие вырасти к семнадцати годам зубы.

Чизуру не хочет, чтобы её Принцесса обманывала её, но сама Принцесса не хочет, чтобы её друзья волновались, она всегда была такой, приветливой, милой, не доставляющей неудобства. Все люди обманывают, а такие, как Иноуэ, чаще остальных, но как бы сердце её не просило спасения, она будет сильной, она сама станет спасением для близких ей людей, и упрекнуть её было не в чем, скорее упрекать нужно было себя, когда пребывая в компании столь сильной и красивой девушки, все мысли, что были в голове, так это о том, насколько большая в его квартире кровать, и хватит ли её для двоих.

- Так идём же скорее, Химэ! – и Хоншо вперёд Иноуэ кидается к дому. Дождь-не дождь, какая разница? Когда в твое руке рука любимого человека, у твоих ног целый мир, жаль только, что это всего лишь ощущение, и мир-то ждать тебя не будет, он будет идти своим путём, преподнося тебе всё новые и новые загадки. Но вот они-то, как раз, чуть-чуть подождать и могут.

+1

10

Почему все всегда становится совсем не так, как показалось на первый взгляд. Ведь бывает такое? Посмотрел на яркую рекламу, а продукт оказался не очень. Или пошел в кино, потому что трейлер к фильму был многообещающим, а в итоге просидел два часа только потому, что жалко денег на билет. Ты любил одного человека, но как только узнал его ближе, понял что тебе он просто противен... Так бывает часто. Почти повсюду. Это называется разочароваться. Ра-за-ча-ро-вать-ся. Это называется разницей между мечтами и реальностью. А еще это называется самообманом. Потому что реальность не виновата в том, что она такая. Виноваты мы, которые придумали ее для себя, совсем не такой, какая она есть на самом деле.

"Что они теперь обо мне думают?"
- кусает губы Иноуэ, рассматривая вплавленные в асфальт камешки и думая про своих друзей.

"Они меня возненавидели?" - теребит она рыжую прядку, накручивая ее на палец, и накручивая себя в своем беспокойстве.

"Или они забыли меня?" - смотрит Иноуэ на легкую улыбку на губах своей одноклассницы и робко улыбается в ответ. Чуть-чуть дрожат длинные ресницы, чуть-чуть дрожат губы. А она все думает о том, правильно ли она поступила один год назад. Думает, хотя уже давно для себя решила, что да - правильно! Что по-другому было нельзя, что  они бы ради нее сделали тоже самое, что есть на свете что-то самое дорогое, самое близкое и заслуживающие защиты. У всех есть что-то такое. Она была уверенной и сильной в своем решении. Но... Один год пустоты. Один год отчаянья. Один год тумана. Один год без памяти. Один год, который она была мертва.

"Что вы теперь думаете обо мне?" - Орихимэ не умеет фальшиво улыбаться. Она не может быть неискренней. Поэтому она глубоко вдыхает воздуха полную грудь и пытается спросить, но не находит слов.

"Что ты теперь думаешь обо мне, Куросаки-кун?" - сжимает она протянутую ей ладонь и старается отогнать от себя воспоминание о вечно хмуром мальчике с такими смешными рыжими волосами. И напоминает себе о том, что она не вернулась. Просто пришла посмотреть одним глазком. Словно в дверную щелку на рождественскую ёлку, как брат с сестрой в сказке про Щелкунчика. Детей потом ждали удивительные приключения, а ее? Улькиорра никогда не угрожает. Он просто оповещает о том, что будет в том или ином случае. Если он сказал, что убьет, если она ослушается, то так и будет. Страшно ли ей от этого? Этот вопрос задал ей бывший капитан Ичимару Гин, перед тем как они отправились в мир живых. Она ответила. Нет, ей не страшно. Она согласна умереть, но она не хочет причинять вред. Никому. И никогда не простит себе, если из-за нее кто-то пострадает. Это ее ноша, ее камень на сердце. Он тянет, он не дает улыбаться, он душит.

"Доверься мне".

Иноуэ поднимает взгляд - растерянный, по-детски открытый, влажный. Миллионы невыплаканных слез, незаданных вопросов, колкая печать и робкая надежда - вот, что в ее взгляде. Она смотрит на чужую улыбку. И на душе становится легко. И хочется смеяться самой и звонко хлопнуть себя по лбу. Ну конечно, какая же она дурочка. Она так часто слышала эти слова, что совсем забыла о их существовании. Забыла о том, что они значат. "Верь мне","Жди меня", "Я буду защищать тебя", "Я всегда буду на твоей стороне", "Я всегда буду с тобой", "Поверь мне"... Ей просто нужно поверить. В своих друзей, одноклассников, в Ичиго. В себя.

- Но-но-но, Чизуру-семпай, я совсем не хочу спать! - притворно ужасается Иноуэ и наконец-то улыбается по-настоящему. Так же чисто и искренне, как в тот момент, когда только вернулась домой и увидела солнце. Она улыбается Чизуру так, что она солнце, - Я так много сплю в последнее время, что наверное, госпожа Подушка скоро начнет со мной здороваться. Представляешь? Приду я в комнату, а мне с порога "Здравствуй, Орихимэ! Ты снова пришла спать? Иди сюда - я с удовольствием прижму свой мягкий теплый бок к твоему личику!" - странно, но после сырости улицы, на лесенке ее маленького дома кажется еще холоднее и неуютней. И тут Иноуэ вспоминает, что у нее нет ключа, - Чизуру-семпай, а ты хорошо лазишь в чужые дома через форточку? А то я, кажется, забыла ключ, - Орихимэ  улыбается. Неловко теребит волосы, а потом встает на цыпочки и ищет спрятанные на дверном косяке ключи. И находит! - О, нет, я уже нашла!

У нее дрожат руки. Это просто волнение. А сердце стучит в горле, в ушах. Монотонным гулом. Дом-дом-дом-дом. Похоже на храмовый колокол. Похоже на стук топора по дереву. Она не сразу попадает в замочную скважину и поворачивает ключ. Медленно. С опаской. Словно там, за дверью, стоит Улькиорра и только и ждет их, чтобы сказать "ага, развлекаетесь!" Хотя Улькиорра-сан никогда такого не скажет. Даже если караулит их за дверью.
Щелк.
Дверь скрипуче открывается, а Орихимэ облизывает нервно губы. Она не была дома целый год. Интересно, что изменилось? Наверняка все покрыто пылью. И счетов, наверное, много-много пришло. Узкая ладошка ложиться на дверь и легко толкает. Темный провал пахнет теплом и пылью. В глубине, в сумраке видно очертание тумбочки и зеркала. Столик с лампой все так же стоит посередине комнаты - его никто не убрал. Словно она вышла всего пять минут назад. Словно она никуда не уходила. Иноуэ делает шаг вперед, переступая порог и замирает.

- Я дома.

+2

11

Чизуру легко трясёт головой, взъерошивая причёску. Волосы, блеснув в лучах утреннего солнца, огненной волной ложатся на прежнее место. Это своего рода жест свободы. Странно, но девушке нравится ощущать свободно падающие на лицо пряди волос, пусть лезут в рот, в глаза, такие же безумные и шальные – её волосы это отражение её сущности, яркой, свободной, несгибаемой, всегда пушистой и живой, но, что самое главное, - всегда возвращающейся на своё место, туда, где ей уютно и привычно.

Крепко сжимая ладонь Иноуэ, будто боясь, что та может вновь выскользнуть, и девушка опять исчезнет в неизвестном направлении надолго, Хоншо взбегает вверх по лестнице. Подошвы её кроссовок, соприкасаясь с поверхностью ступеней, издают характерные шаркающие звуки. Но Чизуру нравится слушать их, а ещё подошвы башмачков Орихимэ и стук сердца, который упорно слышится в ушах, с каждым ударом, зычным эхом отдаваясь в ушах. Страшный и красивый звук одновременно, но, всё же, означающий, что жизнь кипит в твоих жилах.

- Ааах~ - с довольной улыбкой протягивает девушка Иноуэ в затылок, - я бы с удовольствием побыла твоей подушкой. Если тебе наскучит спать на пере или синтепоне, позови меня, моя грудь весьма мягкая, тебе будет уютно~ - и прежде, чем огенновласая вновь уносится в мир своих грёз и весьма пошлых фантазий, начиная ронять слюни, ей приходится взять себя в руки и замереть за спиной у резко остановившейся напротив двери своей квартиры одноклассницы. – В чужие дома никогда не пробиралась, но два года назад, когда я забыла ключи и попыталась забраться в дом собственный, жильцы из дома напротив решили, что я вор-домушник и вызвали полицию. Я испугалась воя сирены подъехавшей машины и свалилась, хотя успела долезть почти до второго этажа, потом воооот такой синяк на попе был, - Хоншо показала Иноуэ кулак. – Но ради тебя я готова хоть в окно, хоть в вентриляцию, а ещё могу дверь выломать… - но столь радикальных мер девушки смогли избежать, ибо рыжая нашла запрятанный в тайничке когда-то давно ключик.

Чизуру ждала, когда Иноуэ откроет дверь в благостном блаженстве, наконец-то она увидит квартиру принцессы, посмотрит, как та живёт, в какой обстановке, в каких условиях. Помахивая ведёрком, девушка легко улыбалась и наблюдала за действиями одноклассницы, она слышала, как повернулся и щёлкнул в дверном замке ключ, звук был сухой и какой-то острый, а распахнувшаяся дверь, отозвалась глухим скрипом. Но Иноуэ была более чем просто счастлива, поэтому Чизуру легко приобняла её за плечи и, подталкивая в квартиру, широко улыбнулась и промурлыкала:

- С возвращением, о-химэ-сама~ - оставляя одноклассницу на пороге, Хоншо юркнула в квартиру. – Воздух какой-то затхлый. Надеюсь, ты не возражаешь? – обратилась огненновласая к Иноуэ, открывая нараспашку большую створку окна. После чего девушка направилась в кухню. – Где у тебя лежат ложки? А мисочки? Если мороженое сейчас не съесть, то оно превратится в невозможный к употреблению тёплый фисташковый коктейль. Впрочем… это звучит не слишком уж плохо, но я предпочла бы… о, нашла! Бог с ними с мисочками, будем есть ложками прямо из ведёрка! Ты не против, Химэ? – Чизуру подарила ей такую широкую улыбку, какую только могла и лёгким и задорным жестом поправила очки.

Отредактировано Honsho Chizuru (2011-06-28 20:55:29)

0

12

Смешанное чувство. Иноуэ смотрит на свой дом - он такой знакомый и родной, но при этом кажется совсем чужим. Так часто бывает, когда очень долго не был в каком-то месте, в котором до этого прожил очень долго. Странное чувство - тебе все знакомо, ты знаешь каждую половицу, каждую подушку, каждый скрип в этом доме, но при этом понимаешь, что пока тебя не было, он не остался неизменным. Шторки выгорели на солнце и почему-то сдвинуты в сторону, на полу тонкий слой пыли, мертвый цветок в кадке. Она стоит возле раскрытого окна и смотрит, как шевелятся на ветру занавески, смотрит на сухие желтые листья и на маленький красноволосый ураган. Весело поблескивают красные волосы в солнечных лучах, весело танцуют пылинки. поднятые их шагами, весело гремит посуда на кухни. А цветок стоит мертвый и одинокий. Все ушли, а про него забыли. А он, наверное, ждал-ждал, охранял дом, страдал и мучился, надеялся на помощь, но ее не было, и он умер. В страшных муках, от жажды. А она даже забыла, что у нее был цветок. Иноуэ робко гладит сморщенные листья и, резко развернувшись, бегом бросается на кухню.

- Можно поставить его в холодильник, - весело предлагает она, дергая за ручку технику. Холодильник укоризненно смотрит на нее пустым холодным нутром. Она машинально гремит кастрюльками и мисочками, поднимая крышки, принюхиваясь. Масло в масленке совсем замерзло, в своих ячейках лежат яйца, которые надо бы выкинуть, кто-то поставил в холодильник пустую кастрюлю, а на нижней полке лежит сухое сморщенное яблоко, - Ой нет, лучше не надо! Миссия по истреблению будет совсем неудачной, потому приборы работают на пределе своих сил и в неисправном состоянии! - бормочет она, вытаскивая посуду из холодильника, вытряхивая ее в раковину, начиная убирать машинально расставленные на сушилке тарелки, понимая, что они тоже все в пыли, тут же берется за тряпку и уже начинает протирать столешницу, когда останавливается и решительно все оставляет, - Прости, Чизуру-семпай. Кажется у меня тут такой беспорядок! Никогда бы не подумала, что я такая дурашка-замарашка и могу развести такую грязюку-пылюку, - она смущенно улыбается и чешет пальцем нос, оставляя на нем пыльный след. - Ммм... а может это и не беспорядок вовсе? Может быть я решила создать собственное королевство? Принцесса Пыльного Королевства! Мое Неряшливое Высочество приветствует  Вас в своих Пыльных владениях, - она делает шутливый реверанс, опустив ресницы, и даже не представляя, насколько кокетливо выглядит отставленная на мысок ножка.

- В шкафу есть еще тарелочки, они чистые, - она наклоняется, превращаясь из Принцессы в простую девочку. Гремит посудой и достает на свет божий, немилосердно чихая, свои любимые пиалки с желтой каймой из подсолнухов по краю. - Нэ, семпай, а тебе нравятся подсолнухи? Мне да! Они такие рыжие, словно... - и она замолкает, прикусывая губу. Потому что глупо будет сказать, что она любит подсолнухи, потому что они напоминают ей волосы Ичиго. Поэтому Орихимэ просто отдает пиалочки и достает из ящика ложки. В ящиках нет пыли. А может быть просто если пространство замкнутое, то в нем нет Времени? Пространство замыкается, Время останавливается. Если подумать, то в Лас-Ночес так и было. Она сидела одна в большой пустой комнате. Долго, так долго, что казалось, будто прошла целая вечность. А оказалось всего год. Всего один год, за который умер ее цветок, а квартира превратилась в Пыльное Королевство.

- Жалко нет кетчупа, - она улыбается и заправляет за ухо прядь, трогая заколки в волосах. - И красной икры. Если их добавить к фисташковому мороженному будет очень-очень вкусно! Правда вкусно! - торопливо добавляет она, ожидая увидеть сомнение в чужих глазах, ну или нервную улыбку. На самом деле, она будет рада любой эмоции, любому живому, знакомому и дорогому лицу. Что угодно, только бы забыть стеклянно-немигающий взгляд зеленых глаз со змеиными зрачками и постоянно чувство страха. Она цеплялась за него, как за доказательство того, что еще жива. Но потом, прошло и оно. И именно это было по-настоящему страшно... Потому что, кажется, она умерла, но так и не заметила этого.

+2

13

Наблюдая за несколько хаотичными действиями Принцессы, Чизуру не может сдержать улыбки. «Она так старается выглядеть в глазах людей как можно лучше, что и сама не замечает, насколько прекрасна только потому, что не бросает эти старания, только потому что ей не всё равно, она является самым лучшим человеком на свете, потому что другие уже давно наплевали на всё, кроме себя, глупые, эгоистичные люди…», - кастрюльки перекачёвывают из пустого холодильника в раковину, а Иноуэ бегает туда-сюда, перебирая тарелочки, чашечки, ложечки, её рыжие волосы яркой и блестящей волной взметаются в воздух и вновь рассыпаются по спине и плечам. Суетливая, искренняя, добрая. С большими и ясными глазами. И с этим перепачканным грязью носом, такая забавная и такая любимая. Повинуясь порыву, Чизуру делает всего несколько шагов и крепко обнимает Орихимэ за шею. «Не надо больше суетиться, всё, что ты делаешь, и так прекрасно, ты не можешь быть идеальна во всём, хотя для меня так оно и есть, замри, остановись, успокойся хоть на мгновение…».

- Химэ, знаешь… - негромко протягивает Хоншо возле уха Иноуэ, глядя краем глаза на гору грязной посуды. – Ты напоминаешь мне акулу. Нет, не потому, что у неё острые зубы в два ряда, - весело улыбаясь, Чизуру выпускает Орихимэ из своих объятий, ненадолго задержав руки на её плечах. – А потому, что, если ты остановишься, ты умрёшь. Ну, мне так кажется, по крайней мере… В любом случае, - отходя от рыжей, чтобы отнести ведёрко с мороженым на стол и открыть его, заканчивает свою фразу красноволосая, - я рада, что мне повезло побывать в Пыльном Королевстве! Хотя… тут слегка и щиплет в носу, - хихикает девушка, поправляя очки и жестом намекая Иноуэ, что ей неплохо было бы и на свой перепачканный пылью нос взглянуть.

Девушка стянула с себя спортивную ветровку от костюма и повесила её на один из крючков в прихожей, оставшись в одной майке.
- Подсолнухи? – Хоншо приложила палец к губам, задумываясь над ответом на вопрос. – А разве они рыжие, а не жёлтые? – девушка свела брови у переносицы. – Как бы там ни было, я люблю голубые розы, но! Теперь я буду знать, что нравится тебе, и обязательно подарю тебе букет подсолнухов на твой день рождения! Он тебе очень пойдёт. Ну, иди же скорей сюда, не то я с голодухи начну к тебе приставать… - с этими словами, поясницу девушки прострелила боль. – И… тэтэтэ… - девушка цокнула языком, опускаясь на колени. – Совсем забыла, что для любовных свершений я ещё готова, ах жестокий-жестокий мир! - потирая спину, Чизуру обвела взглядом комнату и чуть не подскочила при взгляде на часы. – Они работают? Если да, то надо поторапливаться, скоро в школу! А после я могу помочь тебе навести в доме порядок, если ты, конечно, не будешь против или не захочешь остаться Принцессой Пыльного Королевства, - я этими словами Хоншо принялась перекладывать мороженое в принесённые Химэ пиалочки.

+1

14

В одной книжке Иноуэ читала о том, что людям необходимо быть рядом. В буквальном смысле – прикосновения, поцелуи и объятья. Что каждому человеку на этой земле совершенно невозможно прожить деть без объятьев. Хотя бы 15 минут для того, чтобы стать счастливым. Когда ее обнимают теплые руки, Иноуэ думает о том, что права была эта книжка. От чужого тела тепло, от слов хочется смеяться. Смех дрожит где-то в горле, а в носу щиплет – то ли от пыли, толи она снова собралась реветь. Правда в этот раз от радости. Орихимэ закрывает глаза и начинает считать про себя время, отмеряя 15 минут, которые необходимы для счастья.
Она думает, что это немного нечестно по отношению к семпай, ведь та наверное просто соскучилась… Нечестно – это вообще то как она поступила со всеми. Иноуэ осторожно ложит маленькие ладошки на плечи девушки, и греется, греется – в чужом тепле, в чужой радости. И на душе становится легко. Словно упала гора или два. А может быть и не так – может быть ее душа сейчас как заросшая пылью квартира? Год назад она закрыла ее на замок, а ключик спрятала под половик, а сама ушла. Там, куда она ушла было холодно и пусто. Там жили каменные принцы, у которых из глаз текли сухие слезы. Целый год она жила там, она тоже остыла, тоже стала пустой внутри. А сейчас вернулась, достала ключик из-под половика, и открыла свою душу, впуская туда солнце, ветер, дождь. Пыль поднялась коромыслом, кружит по душе серыми ошметками, цепляя неприятными воспоминаниями. Но скоро все пройдет. Ведь она уже открыла окошко и сняла замок с двери.
- Пыльное Королевство такое неприбранное, - разочарованно тянет девушка, когда чужое тепло уходит. - Если слишком долго не делать уборку, то Пыльное Королевство станет Грязным Герцогством, а потом превратиться в Республику Свалка, - Иноуэ еще хочет добавить, что акулы на самом деле очень красивые, и она бы не прочь в следующей жизни стать акулой. Хотя бы потому, что у них никогда не болят зубы и поэтому им не нужно ходить к стоматологу. А еще потому, что из их плавников готовят очень вкусный суп. А еще… и совершенно неожиданно, громко чихает, забавно потирая нос ладошкой, виновато глядя на свою гостью.
- Прости Чизуру-семпай, у меня и правда пыльно. И воздух застоявшийся. Кажется, квартиру никто не проветривал целый год. Или меня больше не было? – она задумчиво прикладывает палец к губам и решительно идет обратно в комнату, - Я открою окно.

Рама не поддавалась сразу – то ли защелку заело, толи распухла за зиму. Пришло хорошо потрясти. Обиженное таким обращением окно раскрылось в самый неподходящий момент, отчего девочка чуть не упала. Свежий воздух осторожно входил в распахнутое окно – словно сомневался, а стоит ли? Иноуэ отодвинула шторку сбив с нее еще больше пыли, снова чихнула и пошла ставить стол.
- Семпай, идите сюда, - крикнула она, протирая полированную поверхность. Посмотрев не результат своих трудов и довольно кивнув, Орихимэ бросилась обратно на кухню, где принялась снова греметь кастрюлями, освобождая раковину, чтобы помыть чайник.
- У моего дядя есть чайный сервиз с голубыми розами, - она ловко поставила чайник на плитку и снова полезла в шкафчик, но на этот раз за заваркой, - Он такой красивый, фарфоровый! С позолотой. Только из него никто не пьет, он просто стоит в серванте. А еще голубые розы растут у короля эльфов на Авалоне, - Иноуэ краем глаза смотрит на одноклассницу, когда вытирает руки.
- Если совсем станет голодно, то можно сварить суп из сапога. Я читала, что так делали когда было нечего есть. У меня есть две пары резиновых сапог и зимние. Так что если что, с голоду не помрем! – она бодро улыбается и достает кружки, протирая их. Ей нравилась такая немудреная работа. Поэтому на столике в комнате быстро образовались чашки с чаем, появилась откуда-то плотно закрытая банка с джемом из красных бобов и такая же банка, но с маринованными огурцами. НЗ на черный день - пора пускать в ход.
- Школу?.. – помогавшая выкладывать мороженное Иноуэ, чуть не выронила ложку. Сердце предательски колотилось где-то в горле, мешая дышать. Хотя это наверное все от пыли… Да, это от нее. Она ведь  когда просила взять ее в мир живых не мечтала о том, что снова пойдет в школу. И не воображала, как смеясь возвращается после уроков с друзьями.  И не представляла, каким удивленным будет лицо Куросаки-куна, когда она переступит порог, как неверие сменится радостью, как он улыбнется – широко и задорно, как умеет только он. Как она, может быть, сделает шаг навстречу и… Иноуэ поставила свою пиалку на стол и опустила глаза.
- Мне нельзя в школу, семпай. Прости.

+2

15

Чизуру как можно внимательнее всматривалась в лицо Орихимэ, пока та хлопотала в кухне, бегая туда-сюда и поднимая в воздух пыль, в попытке поскорее сделать так, чтобы её маленькое жилище выглядело гостеприимно. Огненновласая видела в этом лице теплоту, перемежавшуюся с тоской и чем-то ещё, но после её объятий и слов глаза Принцессы засияли, и Хоншо почувствовала к этому свою непосредственную причастность. Это именно то, о чём она так мечтала – чтобы улыбка на лице Иноуэ появлялась благодаря ей. И всё остальное как-то теряло свой смысле здесь и сейчас, пока светились её очаровательные большие глаза. Девушке захотелось сделать или сказать что-нибудь ещё, но она никак не могла найти нужных слов. От привычных ей лапаний вряд ли бы рыжая расцвела, это было ясно, как Божий день, и она, Чизуру, должна вести себя как взрослая, она должна хотя бы иногда думать верхней головой, как мужик!

Хоншо осеклась от собственных мыслей и, поправляя очки, хмуро смерила своё отражение в пыльном зеркале, после чего пощипала себя за щеки, возвращая лицу румянец, и, широко улыбнувшись, подскочила к хозяйке квартиры сначала, чтобы подхватить её, когда та чуть не пала в войне с окном, а потом и с тряпкой, чтобы протереть стол. На уже чистой поверхности быстро появлялись разные лакомства в стиле Орихимэ. Пока девушка готовила чай, Чизуру попыталась открыть банки, те поддавались со скрипом, но, открыв их, она громко чихнула и, зажав нос рукой, быстренько завернула крышки обратно. Джем, быть может, ещё было в порядке, а вот маринованные огурцы... Впрочем, даже если бы и они были в порядке, было непонятно, зачем доставать их к сладостям и чаю?

Скривившись, Хоншо попробовала представить, какой вкус может быть у мороженого с маринованные огурцами, и в ужасе представила, как Принцесса будет есть их, макая в джем из красных бобов. Что ж, на вкус и цвет, все фломастеры, конечно, разные, посему для себя девушка решила, что ограничится мороженым и чаем. Проявляя внимательность и добродушие, рыжая рассказывала о том, где можно встретить голубые розы. Подперев щёку ладошкой, Чизуру слушала её и улыбалась.

- А знаешь, почему мне нравятся именно голубые розы? – выдержав небольшую паузу, она ответила на свой же вопрос. – Потому, что их не существует в природе. Вернее, люди так думают. Правда, люди также считают невозможным существование рыжеволосых японцев, но они ведь всё равно существуют, и в этом их уникальность, непохожесть на остальных. Им всё равно, что кто-то там думает, говорит или считает, они просто есть, и этим они неотразимы. – Хоншо надеялась, что Принцесса поймёт, что она говорит о ней. – Я очень надеюсь, что однажды я найду настоящую голубую розу, которая вырастет наперекор всем, сама. А пока, - девушка задорно улыбнулась. – Их можно сотворить рукотворно. Если поставить в покрашенную синим воду белые розы, то их лепестки покроются прожилками голубого цвета. Почти так же красиво как мраморный шоколад!

Девушка продолжает улыбаться, пока Иноуэ разливает чай по чашкам и рассказывает о кулинарных изысках, которые можно сделать из обуви.
- Я где-то читала, что во Вторую Мировую Войну сапоги варили, но, кажется, для этого они должны быть кожаными, а суп из резиновых сапог придётся спасать… вон, маринованными огурцами! Иначе бульон ненаваристым выйдет, - Чизуру знала, что несёт глупости, но ей нравилась позитивная реакция Иноуэ на её слова, ей нравилось, что у неё получалось говорить с ней на одном языке, девушка искренне считала, что никогда прежде никто не понимал Химэ лучше, чем она в этот самый момент. Её нравилось быть тем, на кого рыжая обращала всё своё внимание, ей было тепло и уютно, было бы здорово, если бы эти мгновения длились дольше. Правда, слова о школе, почему-то, заставили лицо Иноуэ резко погрустнеть. Не ожидая подобной реакции, Чизуру буквально подскочила на месте.

- Ну, что ты? Не расстраивайся, пожалуйста! Просто я подумала, раз ты так давно не была в нашей школе, тебе будет радостно вновь увидеть все, да и ребята будут счастливы увидеть тебя, я уверенна! – затараторила девушка, нервно поправляя очки. – Ведь кто ещё, кроме нас, есть у тебя в этом городе? – она осеклась, понимая, что её слова не помогают, как-то внезапно всё привнесённое её тепло испарилось, и от этого было нестерпимо обидно. Как могла она расстроить Принцессу? – Или это из-за слов… Улькиорры, да? – Хоншо пришлось поднапрячься, чтобы вспомнить это, без сомнения, не самое лёгкое имя. – А мы туда и обратно, всего на один урок, ты повидаешься с друзьями, и мы вернёмся домой, да? Ведь, по его словам, я должна оставаться с тобой, – девушка натянуто улыбнулась, - не знаю, почему ты его так беспрекословно слушаешься, но я не хочу, чтобы у тебя были проблемы. Впрочем, я была бы не против, если бы ты провела только со мной этот день, но ведь Тацуки не простит мне, если я расскажу, что видела тебя, а к ней не привела. Кейго тоже. Уверенна, Мидзуиро и Садо тоже будут рады тебя видеть… - виноватая улыбка, глаза, полные надежды, Чизуру так хотелось вытащить Принцессу из его Пыльного Королевства, так хотелось войти в класс и гордо провозгласить: «Смотрите, кого я привела!»

+1

16

Когда Иноуэ маленькой смотрела всевозможные развлекательные шоу, то была свято уверенна, что если человек корчит смешную рожицу, то значит ему весело. Он счастлив. Чем шире улыбка, тем больше счастья. Она даже верила, что всего одной улыбки, всего одной смешной и глупой рожицы будет достаточно для того, чтобы что бы позабылись все невзгоды, пропали проблемы и стало хорошо и спокойно. Всего одна улыбка - вот цена простого человеческого счастья.
Она всегда верила в это.
Сейчас, смотря на темный экран покрытого годичной пылью телевизора, она думала о том, что ее детская уверенность - правда. Нет, это не значит, что от чужой улыбке забудутся все невзгоды, что она решит все проблемы, что придет Счастье. Просто... станет легко на душе. И светло и радостно. И тебе обязательно захочется улыбнуться в ответ.
- А еще розы можно красить краской, - улыбается в ответ Иноуэ, дуя в кружку. Белый полупрозрачный дымок улетает к потолку вместе с ее мечтами. Как же это приятно - просто сидеть и пить чай. И болтать о всяких глупостях. Как же ей не хватало этого! - В Стране Чудес все розы красили красной краской, потому что они нравились Королеве Червей. Хм... значит, если тебе нравятся голубые розы, то можно покрасить их краской. О, а если тебе нравятся голубые розы, тогда ты - Королева Лазурной Страны? Или добрая волшебница? - Иноуэ восхищенно смотрит на подругу, примеряя ей мысленно небесно-голубой плащ и островерхий колпак.
- Нэ, Чизуру-семпай?.. - маленькие ладошки сжимаются на глиняных боках кружки, скрывая легкую дрожь и волнение. Все же немного неловко это - Орихимэ опускает глаза, думая о том, как бы потактичней спросить, - А какой сейчас месяц? Школьный Фестиваль уже прошел? А то.. Мы могли бы поставить классом "Волшебника Изумрудного Города". И всем бы на входе выдавали зеленые очки! Тацки-чан бы играла Тотошку, Кейго-кун был бы Трусливым Львом, - она смеется представляя какой бы шум поднялся при распределении ролей. Это весело ведь - каждый хочет что-то свое, каждый не хочет что-то неприятное. Они бы поставили самую смешную сценку среди всех классов... - и заняли бы первое место! Обязательно!
Она пропустила всего столько интересного. Серые глаза мечтательно смотрят в потолок. Рождество и Ханаби, а еще Фестиваль фейерверков, золотую неделю, Обон... 14 февраля... Она могла бы приготовить шоколад сама или купить готовый. И подарила бы обязательно всем-всем, даже...Куросаки-куну. Иноуэ поспешно утыкается в кружку, легко краснея, тихонько ругаясь на себя. Глупая. Совсем замечталась, совсем зафантазировалась. Она тут совсем на чуть-чуть. Посмотреть одним глазком - словно ребенок, который подсматривает в щелку за тем, как родители наряжают Рождественскую елку.  Но.. ведь даже если она тут совсем на чуть-чуть, это ведь не значит, что ей нельзя смотреть?
- Не-не-не, все нормально, Чизуру-семпай! - Иноуэ смущенно разулыбалась, поглаживая рыжий затылок, - Я совсем не расстроена. Мм.. Как бы сказать... - жалко потолок у нее простой, побеленный, с круглой плоской лампой-светильником. Вот бы он был волшебным и на нем были написаны все-все ответы. Поднял голову и р-раз! а ответ уже написан на потолке. И не важно  - затруднительное положение, смущательная ситуация или просто нет слов - на потолке написаны все ответы, надо только поднять голову. Но, это если бы потолок был волшебным. Хотя... простой потолок - тоже хорошо. Потому что это крыша над головой - крыша твоего родного дома...
- Я сейчас вроде как на каникулах, - тихонько звякает ложка в мисочке, когда девочка поддевает ее указательным пальцем, - Меня отпустили, потому что я пообещала. Пообещала, что не нарушу обещания. Еще одного - я его дала давно очень. Но... я правда хочу обратно в школу, - Орихимэ тяжело вздыхает, улыбается мечтательно, - Просто мне туда нельзя. Улькиорра-сан... Он тебе не понравился, да?
Если улыбка это счастье, если счастье - это то, ради чего живут люди, то выходит, что люди живут ради улыбки? Ложечка звякает последний раз, когда девочка оставляет ее в покое и складывая мисочки друг на друга, собирается отнести пустую посуду на кухню. Улыбка - это очень много. Жаль, что одной ее не достаточно, для того, чтобы спасти свой мир.

+2

17

Иноуэ не злилась, Чизуру поняла это по её глазам. Химэ была расстроена, печальна, погружена в свои думы, но никак не злилась. Просто не мог столь светлый и добрый человек, как она, распыляться по пустякам, и это было правильно. Весьма эмоциональная, Хоншо привыкла не скрывать своих чувств, и зачастую это означало банальное «наорёт и забудет», она не умела, да и не хотела учиться контролировать себя. Ведь, в самом деле, многие люди долго и упорно стараются выражать себя всего, а ей это умение дано было от рождения, даром, что только в некоторых случаях это могло ранить или обидеть кого-то, кого она обижать вовсе не собиралась. Просто так само получалось, это была её натура, весьма своенравная и взбалмошная. Видимо, из-за этого она регулярно огребает от Тацки, но это было не важно, ибо эти тумаки означают, что Арисава заботится и любит Орихимэ не меньше Чизуру. Возможно, даже больше, и это просто бесит!

- Перламутровой! Если уж пачкать руки в краске, то пусть она будет красивая и переливается на солнце, - Чизуру широко улыбнулась и подмигнула Иноуэ, ярко представляя себе большой сад из голубых роз. За изящными стёклами очков девушки блестели миндалевидные карие глаза. Одна из самых обычных женских радостей – это поболтать с подругой за чашечкой чая. Поболтать ни о чём и обо всё сразу. Пожалуй, ни одному мужчине не дано понять того, насколько большим может быть мир в такие минуты, насколько скоротечным время, насколько глобальными обсуждаемые вопросы и, что самое главное, это всё будет принадлежать всего лишь небольшой компании и, скорее всего, не уйдёт никуда дальше небольшого кофейного столика, останется в памяти как один из самых прекрасных моментов на свете. После разговоров очень многое может измениться, случайно образованные узы могут стать крепче стальных тросов, а сложные проблемы начнут решаться только потому, что у тебя есть плечо, на которое можно опереться, это непостижимая человеческая природа. Или так бывает только у девушек?

Чизуру отчасти именно поэтому и не любит мужчин, они придают значение вещам, которые стоит поскорее выбросить в мусорное ведро, и совершенно не думают о том, что поможет вырасти и расцвести твоей душе. Это называют различиями в идеалах и мировоззрениях, но большую часть того, что было важным для мужчин, Чизуру вовсе не хотела уделять внимания, а что-то передалось ей модифицированным в женское и потому не воспринималось вовсе. Но в чём девушка была абсолютно уверенна, так это в том, что тратить время на волосатых троглодитов она не собиралась, куда приятнее было тратить его не невысоких принцесс с большими глазами…

- Что? Кто? Кто Королева? – Хоншо удивлённо захлопала ресничками, но весьма резко ощутила, как у неё за спиной вырастают крылья, а на голове материализуется корона. Голубая. – Я согласна быть Королевой, только если при мне будет такая Принцесса как ты! – вскочив на ноги, девушка встала в красивую позу, которую она считала королевской, чинно сцепив руки в замок на животе, сделала такой изящный реверанс, какой могла, и изящным жестом поправила причёску. Однако смущённая Иноуэ весьма быстро отвлекает её от самолюбования и заставляет сесть обратно за столик. – Думаю, быстрее будет дождаться следующего фестиваля, чем грустить по прошедшему, - девушка делает небольшой глоток чая, чтобы распробовать напиток и перебирает в голове воспоминания полугодичной давности. Не сказать, чтобы тот фестиваль был таким уж выдающимся, кого-то удивить они смогли, но не меньше народа распугали. - Хотя… - Чизуру на мгновение осекается, понимая одну простую вещь. – В следующем году нам в нём уже не участвовать, выпускному классу стоит полностью сосредоточиться на учёбе и поступлении в высшие учебные заведения. Кстати, ты уже выбрала, куда будешь поступать? – огненновласая поднимает глаза на Принцессу, ожидая ответа.

«Ты что, учишься в какой-то жутко строгой школе для девочек? – слушая слова Иноуэ, Хоншо недовольно прищурилась. - Обещала? Её что, в одиночной камере держат?» – Не сказать, чтобы он мне не понравился… - девушка вспомнила лицо Улькиорры и недовольно потёрла поясницу. – Хотя нет, пожалуй, он мне совсем не понравился. Только настоящий маньяк способен сделать больно с таким хладнокровным лицом, будто ставит эксперименты на мышах в лаборатории! Как ты с ним вообще общаешься? Он больше на надсмотрщика похож, нежели на обычного человека! – допив чай и доев мороженое, Чизуру передала пиалочку и чашку Иноуэ, а сама принялась закрывать открытые рыжеволосой баночки со снедью. – Жаль, конечно, но если ты совсем не можешь выйти… - лицо девушки резко озарилось и засветилось аки прожектор, - то давай я всех приведу к тебе в гости! Ребята будут очень рады тебя видеть, я уверенна!

0

18

Из раскрытого окна тянуло холодным воздухом. Пахнущая дымом и осенью сырость осторожно пробиралась через раскрытые створки, ступала на подоконник, забиралась под штору и потом осторожно спускала свои холодные ноги на пол. Робкие солнечные лучи так и не разгоревшегося утра скользили от одной потовицы к другой, светлыми полосами рисуя что-то большое, непонятное и сложное. Как чертеж на уроках геометрии или как картина какого-то художника, который однажды увидел дух крокодила и попытался его нарисовать, но у него не очень получилось. Он пытался снова и снова, но у него все равно получался не дух, а просто кляксы. Интересно, а этот художник мог видеть только дух крокодила или духи всех животных? А если он видел духи животных, то видел ли он духи людей? И встречал ли шинигами?
Иноуэ задумчиво опустила ладошку в теплый луч - солнышко тут же вызолотило кожу. Это было красиво. Пожалуй, Орихимэ была согласна с подругой - перламутровая краска самая красивая. Если в ней испачкаться, то пальцы начинают блестеть. От ногтевой пластики до впадинок возле ладони, они становятся тонкими, хрупкими и блестят, блестят, блестят... Словно ты держал в руках звезды, когда вечером протирал их, для того чтобы они ярче светили, а звездная пыль осталась у тебя на руках. Наверное фонарщики, которые следят за звездами и зажигают их каждый день, все покрыты такой пылью. Они блестят и сами становятся похожи на звезды. А иногда, кто-нибудь из них неловко оступается и падает со своей лестницы. Он падает с неба и блестит. Люди смотрят и думают, что это падает звезда, они загадывают желания и улыбается, не зная, что на самом деле это падает фонарщик.

- Если не участвовать в фестивале, то это уже будет не настоящий выпускной класс, - дует губы Иноуэ, переставляя пиалки по столу, чтобы из них получилась баррикада. Экзамены и учеба идут в наступление и всегда отнимают у учеников время, они дерутся уравнениями и романами, но ведь школа - это в первую очередь друзья... - А если не будет праздников и будут только экзамены, все перестанут улыбаться и разговаривать. Радость уйдет из школы, пропадет смех! Настанет царство ума, которым будет править супер-компьютер, - бормочет под нос Иноуэ, быстро достраивая странную конструкцию из посуды. - С последней пиалкой новообразованная баррикада готова принять на себя удар образования!
Она улыбается. Нет, конечно важно сдать все экзамены, да и учеба в старшей школе отнимала много времени. Но, потом ведь вспоминаются не тертради и учебники. За тот год, который она провела в одиночестве, она вспоминала именно улыбки, как бежали опоздавшие к дверям класса, когда звенел звонок, дынные булочки в столовой, шутки, смех, выпускной средней школы... Теплые руки, которые гладили ее макушку, подбадривающие слова. Но не формулу площади круга или правило написания сложноподчиненных предложений. Она все понимала, но... до последнего не хотела терять этот несерьезный настрой. Потому что быть ребенком и фантазировать гораздо веселей. А она всегда любила именно веселые штуки и улыбки.

- А? Поступать? - Орихиме приложила палец к губам и снова посмотрела на спасительный потолок. На белой поверхности подсказок не появилось и девочка грустно вздохнула, - Нет, я пока не решила еще. Я столько всего хочу! Стать бы медсестрой, или учительницей в детском саду - я знаю много сказок! А! Еще в кондитерской на углу, где пекут очень вкусный хлеб, мне сказали, что если я хочу, то могу поработать у них и даже учиться печь булочки! Или водить автобус, - кружки и пиалки на столики выглядели очень одинокими. Иноуэ разбирает баррикаду и снова складывает посуду, поднимаясь из-за стола и направляясь на кухню, - Я не могу выбрать. Так много всего... Вот бы иметь пять жизней! Тогда можно было бы все попробовать. А ты, семпай? Уже знаешь, кем будешь?

На кухне капала вода из крана. Иноуэ сосчитала до десяти капелек, а потом поставила посуду в раковину и открыла воду, наполняя раковину водой. Получился подводный мир с домами-кружками.
- Не понравился... - тянет она, почти не слушая веселую болтовню и уплывая в свои мысли. Улькиорра ей тоже не понравился сначала. Точнее, она его очень боялась. Потом страх прошел, а потом как-то вышло так, что из всех в Лас Ночесе, постоянно говорить она могла только с ним. Вспомнились яркие глаза, похожие на бутылочное стекло. От воспоминаний больше не было страха. Только странная грусть, а еще - что-то похожее на интерес или может быть у нее просто появились вопросы? Иноуэ посмотрела на одноклассницу. Чизуру не знает, что Улькиорра не человек, но все равно почувствовала исходящую от него угрозу. Надсмотрщик? Иноуэ хихикнула. Кватро был скорее похож на дракона. Такого белого, с красивыми крыльями. Таких драконов всегда садят охранять кого-нибудь. А она тогда принцесса. Которая целый год провела в зачарованной башне у злого волшебника. Хотя.. ни Улькиорра-сан, ни Айзен-сан не были похожи на злых. По крайней мере, Орихимэ всегда представляла зло по-другому.
- Не надо! - она пугается предложению, делает большие глаза и тут же смеется, чтобы не расстроить чем-нибудь подругу, - Я не хочу, чтобы все увидели какая я грязнуля, а убраться мы не успеем. А потом - нужно будет сходить тогда за угощением к чаю, а то у нас есть только маринованные огурцы и кетчуп, - она вздыхает, - вот если бы у нас были бананы и сметана с сахаром, тогда можно было бы сделать салат, но.. нет, салат - это тоже немного не к чаю... Я думаю, Улькиорра-сан не сильно будет ругаться, если мы немного погуляем. Я так давно не была в городе! И в детском парке на качелях... и возле реки. Интересно, там все еще водятся красные стрекозы? - она отряхивает юбку и смущенно прячет глаза, - Мы могли бы сходить... посмотреть. Если ты не против... конечно.

+2

19

Игровое время: 27 Октября 12.00-15.00
Погода: На протяжении всего дня будет облачно с прояснениями.
Влажность 88%, температура +16°...+18°, ветер Северный 1.3 м/с.

0

20

Хоншо Чизуру
http://s39.radikal.ru/i086/1111/fb/1103d9a15f1f.jpg

Прохладный мягкий ветерок ласково перебирал рыжие волосинки, увлекая их за собой, играя. "Интересно, может вблизи у солнца на самом деле лучики рыжие.. как волосы Химэ?" Чизуру ясно представила себе солнце с личиком Иноуэ, освещающее всех своей милой улыбкой, даря всем и каждому свое тепло, всего одним заботливым взглядом.. Ее большие красивые глаза. Даже не глядя, Хоншо могла с уверенностью сказать: когда она смеется, они начинают искрить, а когда ей грустно они темнеют, как будто над океаном резко село солнце. Чизуру в них чудится невысказанный вопрос и просьба.
- А знаешь, ты права, Химэ, совсем уж без праздников никак нельзя. Ведь если ходить с серьезным лицом, того и гляди морщинки появятся,- с умилением наблюдая за растущей конструкцией из чашек, Хоншо думала о том, что Иноуэ несомненно права. Вот только с ее исчезновением год назад ушли и множество улыбок и радости, которые она могла бы подарить. Подумать только, сколько раз и сколько лиц она могла заставить улыбнуться, будь она все это время здесь, рядом со своими друзьями.. "Интересно, а там у Химэ много друзей?" Почему-то казалось, что иначе и быть не может и у такого солнечного человечка, как Иноуэ, обязательны должны быть подружки. "А если там все такие, как этот.. надсмотрщик?"- Вот только боюсь ни одна баррикада не выдержит натиска знаний,- она тихонько хихикнула и еще раз бросила короткий взгляд на часы. Хотя, думаю сегодня уроки можно и пропустить.

Мечты.. все желания и стремления Иноуэ были такими особенными,  милыми, яркими. Воображение Чизуру тут же подхватило все слова, вырисовая Орихиме то в коротеньком белом медицинском халатике, то в строгом учительском костюме, то..
- Водить автобус?- поперхнулась она собственной слюной и фантазии тут же исчезли, словно лопнувший мыльный пузырь, вернув ее обратно в реальность.
- А я.. На самом деле перспективы настолько широкие и столько всего хочется попробовать, я могла бы стать журналистом и брать интервью у симпатичных актрис, или фотографом и снимать их роскошные фигуры на пленку, или телеведущей..- она мечтательно поправила очки и с улыбкой продолжила,- Думаю, к концу года приму окончательное решение.
Забрав со стола баночки с огурцами и сомнительным джемом, девушка проследовала на кухню. Реакция на преложение Чизуру привести одноклассников сюда, прямо домой к Иноуэ была оживленной, в чем-то забавной, но.. "Почему, Химэ?"
Ответы приходят сами собой. Иноуэ говорила о том, что не убрано, что нет угощений, а Чизуру с нежной улыбкой смотрела на нее. И, заметив легкий румянец на щеках, вопреки своим желаниям потискать принцессу, заключив в свои объятия, она лишь уверенно взяла подругу за руку. Интересно, а как люди представляют себе любовь? В смысле те, кто никогда не любил? Как череду скучных вздохов? Нет, сейчас Хоншо понимала только одно: вот ее рука. Она держила Орихиме за руку. И тепло не только руке, но и всему телу. "Что это? Думаю о тебе – и нечто хентайное перестает казаться пошлым и неприемлемым. Что это?" Ей, видимо, надоело таить в себе все мысли, и Чизуру заговорила – быстро, горячо, отчаянно:
-Ты как неземное существо, Химэ~ Такая чистая, невинная, нежная, такая искренняя – как будто и вправду свалилась с Солнца!
Иноэ предложила погулять, при этом ненавязчиво давая понять, что встретиться с одноклассниками она не хочет.. или не может. Ведь должна же быть причина. И не смотря на то, что Хоншо казалось все это несколько странным, она могла легко найти объяснение этому.
- Я все поняла, Химэ~ -, прошептала Чизуру, и ее сердце забилось, заполняя тело сладостной негой. Она театрально приложила ладошку к области сердца с довольной улыбкой прикрывая глаза,- Мы проведем этот день вместе, только ты и я~ Мы можем просто погулять, спустимся к реке и будем запускать кораблики из листьев и еще.. можем подняться высоко-высоко на колесе обозрения и мы будем смотреть по сторонам на город сверху и вспоминать.. ведь есть столько мест, хранящих разные моменты из жизни и их можно будет увидеть все сразу,- закончив мысль, Хоншо легко и ненавязчиво потянула девушку за собой.

Отредактировано Иные (2011-11-24 13:17:21)

+2


Вы здесь » Bleach World » Каракура » Квартира Иноуэ Орихимэ