Bleach World

Объявление

Ролевая Bleach World считается закрытой.

От администрации Bleach World новый проект:


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach World » Rukongai » Берег реки


Берег реки

Сообщений 41 страница 60 из 72

41

-------> Улицы Сейретея

Почувствовать след реяцу Хейдзин-фукутайчо не составило труда, несмотря на всяческие сомнения Хару, который понимал, что самые неудобные синигами для поисков в Сейретейе и Руконгае его капитан и лейтенант. Уж кто умел скрывать реяцу лучше самого Куроно, так это вышестоящие личности. Хотя, возможно, гунданчо ошибался в себе. В отличие от высших офицеров ему приходилось по долгу службы и занимаемой должности в своем дивизионе скрывать ее постоянно. С этим он свыкся, поэтому уже давно не помнит ощущение окружающих себя духовных частиц. Союза тела и души, что и привело его во второй отряд. Ноги слегка затекли, после длительной пробежке по Обществу Душ, но синигами продолжал двигаться к пункту назначения. В этом месте реяцу обрывалась, и Куроно мог предположить, что именно там Хейдзин-фукутайчо вступила в противостояние. Ему оставалось только надеяться, чтобы лейтенант не отошла далеко от намеченного ранее пути.
Во время забега по окрестным районам Руконгая в сторону реки Хару не раз посещала мысль закурить. Все-таки табак уже скоро войдет в ряд вредных привычек, которых у офицера второго отряда быть не должно. Как же это гнетуще. Почему последнюю неделю совсем не выдалось пары дней на отдых. Эх. Вот тебе и отпуск в Генсей - на посылках. Где привычный трепет и раздолье душ, спокойствие и тишина, - Куроно попал в лес, навсегда покинув скучные и обыденные районы Руконгая, откуда и произошел. До сих пор это место вселяло трепет и загадку для трехсотлетнего синигами. Но чем раньше он его пересек, тем лучше. След должен был скоро оборваться, а это значит, что лейтенант близко. Впереди по течению бурлящей речушки виднелась большая поляна.
При приближении Хару сразу же почувствовал огромное количество источников реяцу, далеко не среднего уровня. Нужно быть бдительным. Одна духовная сила показалась ему знакомой. Правда встречал он ее всего пару раз и очень давно... во время предательства Урахары-сенпая и Йоруичи-тайчо. Этот подонок Мугумура Кенсей решил заявиться вновь? Небось не единственный. Да, как они все посмели. Несмотря на то что Куроно знал ответ на свой вопрос, это его каждый раз заставляло возмущаться. Хотя с бывшим капитаном девятого отряда он не был знаком, но злость испытывал, как к причинам по которым бывшие сенпаи и наставники Хару покинули Общество Душ. Он не думал на своего бывшего тайчо. Во всем, по его мнению, были виноваты другие капитаны. Такой уж осадок остался у офицера после событий столетней давности.

- Вот оно, - Куроно резко и бесшумно остановился. Лес его тщательно прикрывал, а шансов почувствовать реяцу четвертого офицера у присутствующих слишком мало, кроме Хейдзин-фукутайчо, которая всегда знала о его присутствии за долгие триста лет службы. Ну, и капитана. Кто знает его возможности? Хару быстро осмотрелся и выбрав лучшую для обзора позицию, переместившись при помощи сюнпо туда. Четвертый офицер на несколько секунд для оценки ситуации укрылся за широким деревом. Источников духовной силы было несколько, поэтому для начала необходимо было прояснить, кто еще тут находится, кроме предателя-синигами. Незаметную на первый взгляд реяцу лейтенанта гунданчо опознал сразу же, когда укрылся за деревом. Это был Изуру-фукутайчо. Нельзя медлить. Вперед. Есть шанс, что фукутайчо здесь. Промедлю, трудностей не сосчитаю. Тем более на нашей стороне перевес, - синигами вынырнул из-за дерева и быстрым шагом стал сближаться с собравшимися на поляне.
Остальных он сумел лишь визуально разглядеть, когда начал движение в сторону поляны. Рядом с Мугумурой Кесеем находилась Куна Масиро, присутствующая в списке беглых синигами. Ее распознать было проще всего. За триста лет службы Куроно первый раз встретил зеленовласую фукутайчо, которая на свою роль, ну, совсем не походила, и навсегда ее запомнил. Помимо них рядом с обычными офицерами Готей-13 синигами заметил и своего лейтенанта, которого должен был отыскать по приказу Сой-тайчо. Значит две цели. Два предателя. Что же фукутайчо медлит. Пока агрессивных действий со стороны врагов проявлено не было, может быть, все идет к мирному урегулированию? Да, шансов тоже немного. Несмотря на перевес в количестве, одна Хейдзин-сан вряд ли справиться с капитаном девятого отряда. Она меня не ждет. И я не смогу ей об этом сообщить. Но на мою поддержку она может рассчитывать. Если начнется бой, я вступлю не задумываясь и нанесу критический удар из мертвой точки, - отмечая в обстановке удобные для перемещения и атаки места, Хару не замедлился и стал дальше сближаться. Прошел метров шесть. Осталось еще десять.

Правая рука Куроно была готова скользнуть на рукоять катаны, а взгляд постоянно смещался в удобную позицию за спиной капитана-предателя. Один удар, одна смерть. Нет, это не уверенность в победе. Даже неосуществленное нападение откроет врага для лейтенантов, чтобы провести атакующие действия. К внутреннему раздражению четвертого офицера всегда прибавлялась беспомощность. Он всегда наблюдал за сторонними действиями элиты Готей-13, а также наслышан о второй стадии высвобождения меча. Вопросы связанные с тем, как этого достичь и что за сила последует за этим Хару не задавал. Синигами никогда не пытался поговорить об этом со своим занпакто, достучаться до него. Но желание было и оно одно из тех, что невозможно сдерживать на протяжении нескольких веков. Одно из них всегда относилось к Сой-тайчо: нежное, дорогое, другое к альтернативной тропе: сила и могущество. Что значит чувствовать себя сильнее в 5 раз? Для души, которая не принимает ничего, кроме грубой силы и своего духа, это кажется наивным, но и не лишено оснований. С этим вопросом в голове Куроно находил лишь одного советчика. Бывшего сенпая и синигами, сделавшим невозможного в этом достижении - Урахара Киске.
Думать об этом сейчас было лишним, кругом враги - это Хару понимал. Поэтому посторонние мысли о собственной беспомощности, в основном в плане внутреннего огня, который относят во втором отряде к запретным, ушли из головы. Благо этому поспособствовала не совсем понятная офицеру со стороны обстановка. Один из синигами стоял еле еле на ногах, после чего рухнул. Возможно, тут завязалась небольшая заварушка, думал Куроно:
- Если это кто-то из врагов, то не задумываясь я вступлю в бой. Жду сигнала.
Но спокойствие Хейдзин-фукутайчо и поведение остальных в этой ситуации, говорили о другом. Вероятно, офицер, получивший по голове, это заслужил, что ни кого это никак не задело. Хех. Что только не бывает на нашей службе. Не удивился, если бы это сделала Сой-тайчо. Но ее тут нет. Правда ведь?
Четвертый офицер второго отряда очень быстро ликвидировал поставленное себе расстояние до компании синигами и находился в метрах пятнадцати от них, после чего вошел в сюнпо для того, чтобы выполнить маневр и занять место позади своего лейтенанта. По мгновению Хару материализовался в выбранной позиции. Оказался синигами сразу в положении для доклада: колени опустились на землю, голова склонена, руки свободны. Набрав немного воздуха, Куроно кратко объявил о причинах своего визита:
- Хейдзин-фукутайчо. Приказ от капитана Сой Фон.
Он оставался в этом позиции. Конечно, не без подстраховки. Правая нога плотно уперлась в землю для быстрого рывка, а сам Хару внимательно отслеживал за перемещением реяцу врагов, полностью скрывая свою. Вступить в бой не составит труда - из таких соображений исходил гунданчо. Офицер был готов к любому стечению обстоятельств. Благо мысли его с внутренней готовностью расходились:
- Вроде все очень мирно и спокойно. Не удивлюсь, если при Хейдзин-сан, все пройдет как по маслу, без лишних жертв.
Ответа от своего лейтенанта он был готов дожидаться сколько потребуется. Все-таки одна из целей была выполнена, офицер ее отыскал. Куроно прекрасно понимал, что вступить в беседу с ним Хейдзин не так просто. Все, что ему оставалось делать это запастись терпением.
- А для этого, черт возьми, мне не помешало бы пару раз затянуться. Ксо. Вот почему военное положение приводит к подобным ситуациям? В мирное бы время уже давно выпрямился, достал кисеру и насладился ароматом дыма, дожидаясь ответа фукутайчо. Эх. Дисциплина, дисциплина, - Хару недовольно поморщился, но заметить это вряд ли кто-то бы смог.
Четвертому офицеру повезло с назначенным заданием. Оно отвлекло его от вины за случившиеся во время доклада Сой-тайчо. Мыслей о несовершенстве и беспомощности больше нет, как и боли в груди от незнакомых чувств. Везение? Удача? Но раны никуда не делись.

Отредактировано Kurono Haru (2010-06-04 01:19:31)

0

42

Вопрос Киры, обращённый к Хэйджин, привлёк внимание вайзарда. Но не с точки зрения уместности, а по смыслу. В отличие от Маширо, он не застал боя лейтенанта второго отряда с Лизой, поскольку был без сознания. Но даже без этого факт того, что Лиза была пленена Хэйджин стал сейчас очевиден. Тем более после слов Куны. Кенсей оторвал взгляд от лица Маширо и проследил за тем, как его бывший лейтенант протягивает шинигами занпакто, надеясь про себя, что она всё понимает.
"Вот как..." - как бы разумен ни был Мугурума, насколько бы не понимал полномочия и обязанности офицеров Готей-13, факт того, что эта женщина победила в бою его товарища, вызвал неприязненное чувство. Но с другой стороны, этот же факт провёл однозначную черту под выбором, идти ли в Сейретей. Учитывая, что товарищи были в плену, возможность избежать наведывания в гости к Ямамото-сотайчо даже не рассматривалась.
О том, что речь может быть не о Лизе, вайзард и не подумал. Среди них было всего три девушки. Маширо была здесь, а Хиори совершенно не ассоциировалась с термином "женщина". Кроме того, Хиори, скорее всего, первым делом нашла бы Хирако, тем более, что, видимо, бой произошёл не так далеко отсюда.
Усилием воли Кенсей напомнил себе, что иначе поступить Хэйджин-фукутайчо не имела возможности, а Лиза девушка вспыльчивая и, вероятнее всего, на переговоры не пошла бы. Эти мысли более менее растворили негатив, дав возможность вернуться к делу.
Или, точнее, к улетевшему в кусты офицеришке. Сам он вайзарда уже не интересовал, но внимание привлёк заботливо посланный Кирой проверить, жив ли пострадавший, пришедший с Хэйджин офицер. Мугурума, конечно, не сомневался, что Макьё жив, но совесть всё-таки проснулась.
- Хэйджин-фукутайчо, после проведённого в обществе этого... офицера получаса, терпение кончилось уже, думаю, у всех. Естественно, я готов отнести его в Сейретей. - спокойно проговорил мужчина, вновь глядя на лейтенанта. - Во искупление вины. - добавил он с лёгкой усмешкой.
Готовность транспортировать Макьё была выражена практически одновременно с Маширо, что прямо скажем Кенсея удивило - уж очень нечасто она выражала такое рвение к полезному делу. Вайзард даже не нашёлся, что сказать - только посмотрел на девушку, приподняв брови, и через пару секунд ухмыльнулся.
- Неужто такие идиоты в твоём вкусе? - спросил он не слишком шутливым тоном. Решать, кому именно нести тело в Сейретей, всё равно предстояло Хэйджин, так что серьёзность момента можно было, по мнению Мугурумы, не сохранять.
Закончив таким образом короткий обмен любезностями с Куной, мужчина вновь повернулся к лейтенанту второго отряда.
- Самочувствием я обязан Кире-фукутайчо. - не совсем в тему сказал Кенсей и бросил короткий взгляд на бывшего медика. - Отчасти поэтому я считаю неверным оказывать какого-либо рода сопротивление. Тем более, бой в любом случае не выход.
- Наручники, так наручники, - с тенью улыбки на лице ответил вайзард на последние слова собеседницы. Он догадывался, что такая мера обещана не лично ему, а всем вайзардам. И понимал, что это может быть необходимо, тем более, что обвинение с них не снято. "Хотя... боюсь, что неожиданней меня вести себя может только Хиори." Вот только в случае, если дело зайдёт ещё дальше и против них в ходе расследования найдут улики, придётся что-то предпринимать. Тогда-то и станут мешать наручники - ведь в понятие "сотрудничество" для Кенсея никоим образом не входила готовность принимать наказание. - Надеюсь, что вот таких офицеров в нынешнем Готее не много. А то сдержать себя может быть сложно. - слова прозвучали в тон Хэйджин. Говорить о том, что на то, чтобы отправить в нокаут какого-нибудь идиота, рейацу много не нужно, он не стал, решив, что это излишне.
Не успел Кенсей договорить, как на поляне появился ещё один шинигами. Пройдя десяток метров от леса, он с помощью шунпо переместился за спину Хэйджин Ко. Поза и действия офицера были вайзарду знакомы и вряд ли могли забыться за сотню лет - это был курьер. Учитывая, что информация явно предназначалась исключительно лейтенанту второго отряда, Мугурума только смерил пришедшего внимательным взглядом, решив, что его это не касается.

+4

43

Была бы воля Гинтоки, он бы скривился. Все шло к тому, что Кира-фукутайчо просто отдаст приказ нести зарвавшегося офицера. А сансеки только и не хватало, что таскать на себе всякие мешки с костями неизвестно какого отряда. Но делать нечего, поэтому, подавив вздох разочарования, юноша побрел к вынужденно отдыхающему на земле шинигами. Картина была до боли знакома жителям дальних районов Руконгая. Правда цели с которыми подходили вот к таким "отдыхающим" разительно отличались друг от друга. Если сейчас Саката, следуя приказу шел удостоверится все ли в порядке с офицером, то раньше бы он вразвалочку подошел к душе и спокойно обшарил бы его карманы, а если бы тот вздумал еще и сопротивляться, то стукнул бы кулачком или рукоятью нодати, если попался бы особо драчливый человечек.
Но то было в прошлом, поэтому сейчас третий офицер встал на корточки перед Макьо, который пробормотал что-то невнятное. Явно слышалось хлюпанье крови, которое и заглушило большую часть звуков и слогов, превратившее слово, которое Байан пытался сказать в невнятное мычание. Сзади доносились какие-то голоса, но сансеки был занят внешним осмотром пострадавшего. Хоть он и не был членом четвертого отряда и никогда туда не стремился, оценить ущерб, который получили их товарищи, должны были уметь все шинигами. Однако из всех голосов, выделился звонкий голосок зеленоволосой вторженки, которая говорила спасительные для своего мужчины слова, потому что иначе их назвать было нельзя. Но Гинтоки не услышал того, что говорила до этого Хейджин, поэтому они стали спасательным кругом и для него.
Осмотр был закончен, поэтому оставаться рядом с офицером смысла не было. Саката поднялся и дождавшись момента, когда воцарится относительная тишина и не придется прерывать старших по званию, заговорил.
- Изуру-фукутайчо. У офицера есть перелом в области челюсти, а так же легкая контузия и возможно сотрясение. - официально, но как-то медленно и нехотя протянул он свой доклад и отошел от Макьо, к которому потерял весь интерес и стал разглядывать пейзажи. В принципе если бы его не отвлекли, он бы продолжал этим заниматься. Но субординация и следование букве устава, заставляло юношу разглядывать красоты Руконгая поближе к своему лейтенанту.
Легкий порыв ветра, и шинигами, появившийся вместе с ним сказали о новом участнике данного представления, которое Саката принимал не более чем за фарс и шоу для себя любимого. В носу довольно сильно засвербило, но сансеки опять подавил желание рассесться и поковырять мизинцем в носу, в поиске так называемого "золота". Вместо этого, Гинтоки сунул руки в прорези своего хакама и сгреб ноги руками, что бы не выдать их дрожь.
Офицер доложился своему фукутайчо практически повторяя позу в которой сам Саката недавно докладывался своему начальству. Однако этот контролировал свой голос получше, потому что услышать что тот шиноби сказал не получилось. Но сансеки не стал ломать по этому поводу голову, ибо ему было откровенно плевать на внутренние дела другого отряда, которые могут и не относится к их делу.

Отредактировано Sakata Gintoki (2010-06-04 14:57:15)

+3

44

офф: у меня такое ощущение, словно я соревнуюсь в размере постов с Хэйджин-сан ><

Кира понял свою ошибку, когда слова уже слетели с губ. Не то чтобы прозвучавший вопрос был таким уж неуместным: внешний вид Хэйджин, ясно говоривший, что она побывала в знатной передряге по пути в Сейрейтей, все еще беспокоил Изуру. И хотя видимых ранений на теле лейтенанта второго отряда не наблюдалось, он предпочел бы услышать об этом лично от нее. Кира всегда дорожил товарищами и не считал это своим недостатком, однако понимал, что излишняя забота в неподходящий момент может стать помехой. Стоило забыть об этом всего не мгновение, самую малость расслабиться, и неосторожные слова уже повисли в воздухе. Момент был самый что ни на есть неподходящий для таких вопросов, к тому же, при ближайшем рассмотрении становилось очевидно, что с лейтенантом все в порядке. В конце концов, именно она пришла к нему на подмогу, а не наоборот. Но сказанного не воротишь, и недостаточно тихие и осторожные слова привлекли совсем ненужное внимание. Хэйджин наградила Киру скептически-подозрительным взглядом и предсказуемо не стала отвечать, дав ему понять, что все расспросы придется отложить на потом. Но кое-какое мнение о произошедшем у лейтенанта уже сложилось, и слова Маширо, которой наконец-то надоело изображать ветреную дурочку, целиком подтвердили догадки Изуру. Захват одного из вайзардов и своевременное появление Ко-сан вряд ли можно было счесть случайным совпадением, да и подтекст в словах зеленоволосой девушки был слишком красноречив, чтобы остались какие-то сомнения. Занимаясь лечением Кенсея, Кира сосредоточил на этом все свое внимание и совсем не следил за общим фоном рейацу, поэтому теперь не исключал возможности, что Маширо могла почувствовать и понять что-то раньше него. К счастью, вайзарды предельно спокойно отнеслись  к новой информации и своих намерений не изменили.
Что сейчас действительно могло испортить все самым неожиданным образом, так это труп седьмого офицера в ближайших кустах. «То есть если он на самом деле окажется трупом»,- мысленно поправил себя Изуру, наблюдая, как Саката не спеша приближается к тому место, где скрылось тело Макьё. После получаса проведенного в компании неугомонного офицера одиннадцатого, Кира бы не удивился, если б сейчас он выскочил на поляну, воинственно размахивая высвобожденным занпакто (или устроил что-нибудь настолько же безрассудное), но заросли подозрительно молчали.
Реплика Кенсея пришлась как раз в тему его собственным мыслям, и Изуру не смог сдержать улыбки, которая, впрочем, тут же померкла, уступив место напряженно-сосредоточенному выражению. Как ни крути, Макьё тоже был шинигами, и, несмотря на его невыносимый характер, Кира ни в коем случае не желал ему смерти. Похоже, дело было посерьезней фингала или сломанного носа, но, здраво рассуждая, офицер не должен был отдать концы от одного, пусть и не самого слабого, удара.
Но готовность обоих вайзардов понести в Сейрейтей эту жертву собственной глупости, позабавила лейтенанта. Знал бы Макьё, что они будут едва не спорить за это «почетное право», непременно пересмотрел бы свои претензии.
Изуру поймал короткий взгляд Кенсея и слегка нахмурился. Настроение у вайзарда явно было преотличным, но Кира знал, что его состояние далеко от идеального. Любому из своих товарищей, перенесшему подобное ранение, Изуру назначил бы четыре дня пастельного режима. Минимум. Капитанский уровень рейацу и видоизмененную духовную силу вайзардов, конечно, не стоило сбрасывать со счетов, но жутковатого вида рана все еще стояла у лейтенанта перед глазами. И он, как никто другой здесь, понимал, сколь неприятные последствия она может иметь. А потому, раз уж речь зашла о  самочувствии…
- Я бы не советовал,- негромко произнес Кира, глядя на Кенсея,- собственные ощущения не всегда дают верную картину  происходящего,- перевел взгляд на Хэйджин и слегка улыбнулся уголками губ,- К тому же, в наручниках это будет несколько неудобно. В конце концов, не такая уж большая разница, кто его понесет. 
Не хотелось бы лишать Хэйджин возможности провести некоторые «воспитательные меры» (они, как правило, бывают только на пользу), но здоровье его недавнего «пациента» все еще немного беспокоило Киру. 
Громкий голос Сакаты, раздавшийся со стороны злополучных кустов, уверил Изуру, что скорая кончина пострадавшему офицеру не грозит. Но сотрясение мозга могло быть опасным (хотя Кира и сомневался, что в голове этого парня есть чему сотрясаться), поэтому во избежание недоразумений, наверное,  следовало проверить самому. И он уже собирался это сделать, когда легкая, едва ощутимая волна чужой рейацу возвестила о том, что сюрпризы на сегодня еще не закончены.
Появление курьера стало для Киры неожиданностью. «Неужели приказ от сотайчо? Командование приняло какое-то решение? По моим расчетам, Хинамори уже давно должна была сообщить обо всем в Сейрейтей, но, может, случилось что-то непредвиденное?»
Однако стоило курьеру заговорить, как Изуру понял, что это вовсе не распоряжения из Готея, а личное послание для лейтенанта второго отряда. Он даже испытал некое разочарование, впрочем, ничем его не выдав. Воспользовавшись  тем, что Хэйджин отвлеклась на прибывшего офицера, Кира подошел к Кенсею и немного привстал (экс-тайчо был почти на голову выше самого Изуру) чтобы сказать то, что предназначалось только для беловолосого вайзарда.
- Насчет раны,- проговорил он, слегка кивая на перевязанную грудь мужчины,- я лишь остановил кровь и наскоро стянул ее края. Это… не так надежно, как мне бы хотелось. Я убрал боль, и ты можешь не почувствовать… но будет плохо, если она вновь откроется. Потому, не геройствуй больше и побереги силы. Они тебе еще пригодятся.  Это просто совет.
Он слегка похлопал вайзарда по плечу и сказал, уже не приглушая голос:
- Прошу меня простить,- кивок в сторону кустов и застывшего возле них Сакаты.- Хочу проверить сам.
Секунда – и Кира вышел из шунпо рядом со своим третьим офицером, который являл собой воплощение безмятежности. Глядя на него, можно было подумать, что самое занимательное занятие сейчас – разглядывать руконгайские пейзажи или наблюдать за плывущими по небу облаками, розоватыми от предзакатного солнца. Изуру уже привык к его вечному спокойствию, временами граничащему с апатией, но иногда все же удивлялся «непробиваемости» своего помощника.  Эти мысли всегда вызывали улыбку на лице лейтенанта. 
- Кстати, Саката,- произнес он, присаживаясь на корточки рядом с неподвижным Макьё,- ты случайно не встречал в Сейрейтее Хинамори-фукутайчо? Мы расстались в Руконгае, надеюсь, она благополучно добралась обратно.
Последние слова были скорее мыслями вслух, но лейтенант и Гинтоки находились на некотором удалении от основной компании, и теперь можно было не опасаться, что тебя услышат и неправильно поймут. Кира не сомневался в компетентности Момо, но учитывая слишком уж напряженную обстановку, царившую сейчас в Западном Руконгае, волнение за подругу присутствовало все это время, лишь оттесненное на второй план насущными заботами. Теперь же, когда все более-менее прояснилось, оно снова дало о себе знать.

+3

45

оффтоп: какой ужас

Нельзя было надеяться, что нечаянно поднятая тема, внезапно сойдет на нет. Казалось бы, мирную атмосферу нет-нет, а пробивали волны раздражения, неприязни и недоверия. Впрочем, Хэйджин не видела в этом ничего удивительного. Ни у вайзардов, ни у шинигами не было причин для хороших отношений. Обвинения в убийстве, поединок и захват товарища не слишком вписывались в определение "мирного". Под недоверчивым взглядом Маширо можно было посетовать на то, что все усилия произвести хорошее впечатления не принесли должной отдачи. Но, строго говоря, Хэй не было дела до того, что думали о ней вайзарды или даже шинигами. Важно было лишь то, что они делали.
Перед любой миссией Ко сама перед собой ставила какую-то задачу, не идущую в разрез основному приказу, но несколько дополняющую её, окрашивающую в другие оттенки. Шинигами уже не помнила, откуда появилась это привычка, но связана она была с решением думать, прежде чем что-либо делать. Хэйджин уже достаточно поплатилась за "ошибки молодости". Ей не хотелось в очередной раз пожалеть о каком-нибудь своем поступке, она не стремилась искать новую причину для бессонных, беспокойных ночей.
В данном случае, её задача была "привести вайзардов в Сейрейтей с минимальными потерями с обеих сторон". Позиция такой задачи не была демократичной, хотя на неё и оказала какое-то влияние Хинамори, убежденная "в другой точке зрения". Если вайзарды не враги, а жертвы, впоследствии, когда эта каша будет расхлебана, имелся шанс вернуться к первоначальному сценарию развития событий - переговорам. Если же их захват будет получен большой кровью с обеих сторон, мирное разрешение, влекущее усиления Готея-13, совсем не гарантировано. Хэйджин не любила систем и правила, но Сейрейтей был её домой. Защищать его даже за счет своих принципов было естественно. Поэтому она предпочитала перестраховаться.
Резкий поворот головы Маширо в её сторону заставил шиноби напрячься. Вайзард не стремилась к миру, не доверяла шинигами и не хотела расставаться со своим оружием. Эта позиция вполне могла повлечь за собой агрессию, но Хэйжин не только не сменила внешне расслабленную позу, но и улыбнулась в ответ на недобрый взгляд.
- Какая догадливая, - в тоне её голоса проскользнула усмешка. Для дурехи, искусно дующей губы, Маширо была далеко не так глупа, как могла показаться. Она не только находилась в курсе того, что у Хэйджин был поединок с Лизой, но и без труда сложила реплики Саката и Киры, сделав правильный вывод об его итоге. "Это могло кончиться не слишком хорошо". - Если бы ты добровольно не отдала занпакто, мне пришлось бы попробовать взять его без спроса, - ровно произнесла девушка, принимая из рук Куно её меч. - Но хорошо, что такой необходимости не возникает. Вы, ребята, слишком сильны, чтобы лишний раз рисковать своим здоровьем, - она нисколько не принижала способности вайзардов и не была уверена в итоге возможного поединка, но в её словах чувствовалась легкая небрежность. Связано это было с тем, что в случае необходимости, в независимости от силы противника и возможного результата боя, Хэйджин бы все равно вступила бы в него, потому что таким был её приказ.
"Хорошо, что ты послушная девочка, Куна Маширо", - с внутренней улыбкой подумала Ко, сжимая в своей руке уже третье чужое занпакто за сегодняшний день. "Прямо достижение, но тащиться в такой компании с таким пригрузком может быть неприятно. Стоило всё-таки захватить себе в компанию кого-нибудь, кто бы с легкостью выполнил работу носильщика. Впрочем... вполне возможно, что в этом не будет необходимости", - Хэйджин слегка повернула голову в ту сторону, в которой находился офицер второго отряда. Изначально она почувствовала только его смутное присутствие, настороженный взгляд и агрессию. Ощущение узнавания пришло несколько позже, но в целом этот процесс практически не занял времени. К тому моменту, как Куроно Хару появился за её спиной, девушка уже четко знала, кто это и примерно представляла, что ему нужно в этой глуши.
"Наш капитан никогда не славилась терпением, было бы странно ожидать от неё чего-то подобного и всё-таки... - Хэйджин с трудом подавила вздох. - Неужели у неё есть повод усомниться? Если к ней до сих пор не пришёл отчет, значит, у меня не было возможности его отправить. Впрочем, сомневаюсь, что её это сколько-либо волнует", - не позволяя себе далеко уйти в своих не слишком веселых размышлениях, лейтенант кивнула Хару, давая понять, что услышала его и одним взглядом осмотрела присутствующих. "Интересно, Сой Фон-тайчо знает о ситуации с вайзардами? Никаких приказов с момента моего возвращения в Сейрейтей не последовало. Быть может это первый?" - знать какие вести принес начальник курьерской службы хотелось более чем сильно, но обсуждать внутриотрядные дела при такой большой компании не было ни малейшего желания.
- Встань, Куроно. Приказы нельзя игнорировать. Чуть позже я тебя выслушаю, - её слова прозвучали чётко и немного отстранено. Приказ пришел немного не вовремя. Хэй не могла теперь его игнорировать, но и не знала, насколько он может повлиять на её поведение. В конце концов, их отряду не впервой выполнять грязную работу. Это не противоречило её принципам, но в данном случае немного напрягало. С обеих сторон были приложены усилия, необходимые для мирного разрешения ситуации. Было бы неприятно узнать, что всё это зря.
- Не напрягайся, Мугурума. Похоже, Маширо готова взять на себя эту ношу. Пусть будет так. Учитывая, что ей не приходилось слишком подрывать своё здоровье, это будет оптимально, - прежде чем ответить, она дослушала монолог вайзарда до конца, успев сделать определенные выводы. Короткое, задумчивое молчание с её стороны позволило также убедиться в том, что транспортировать придется хоть и бесчувственное, но живое тело. Это было хорошо. Кира, выразивший желание убедиться в состоянии здоровья офицера порадовал вдвойне. На этом конфликт, по мнению Ко, можно было считать полностью исчерпанным. "Что ж... можно выдвигаться в Сейрейтей", - для себя сделала вывод Хэйджин, не забывая, правда, о возможных поправках связанных с приказом капитана. - Мне по вкусу умные, отвечающие за свои слова люди, но без геройствующих идиотов, готовых из-за откровенной глупости вступать в неравный поединок, было бы скучно, - она усмехнулась в ответ, поддержав шутливый тон. Поводов для напряжения хватало и без этого. На её поведение это никак не должно повлиять. - Кира удивительный человек, - подтвердила Хэйджин, глядя в спину мгновенно удалившемуся в кусты блондину. Кенсей лишь подтвердил её предположения. Кроме Изуру рядом медиков, способных оказать реальную помощь после боя с Зараки, не было. - Ему идет роль доктора, - девушка подмигнула Кенсею, и тут же перешла на более серьезный тон. - Я очень рассчитываю на ваше благоразумие. Постарайтесь обойтись без агрессивных действий, если не хотите столкнуться с их последствиями, - её слова, произнесенные в виде просьбы, таковой не являлись. Лейтенант, пусть и не слишком прямо, но очевидно предупреждала о том, что любой поступок со стороны вайзардов может повлечь соответствующую реакцию.
- Продолжим позже. У меня к вам есть немало вопросов, - кивком обозначив приостановку разговора, шиноби ещё раз посмотрела в сторону "третьего отряда" и отошла от компании, поманив за собой офицера, ровно на такое расстояние, чтобы все были в пределах видимости, "доступа", но не посредственной слышимости. Она не сомневалась в том, что ни Кенсей, ни Маширо не ринуться бежать, но бдительности, даже несмотря на то, что их занпакто были в её руках, не теряла.
Убедившись, что никто из присутствующих не пытается уделить им излишнее внимание, Хэйджин обернулась к Куроно и просто произнесла:
- Слушаю, - будь сейчас несколько иные обстоятельства и приказ меньшей важности, девушка потратила бы время на несколько незначительных, ничего не стоящих реплик, но сейчас её нетерпение достигло пика. Нежелание выказывать свой ажиотаж посторонним вернулось сторицей.

+4

46

Вот честное слово, если бы сейчас был самый обыкновенный день, который они проводили в своем убежище в мире людей, то так просто Кенсей не отделался бы. Однако это было не то место, не то время. Очень ей хотелось взорвать ему мозг какой-нибудь своей очередной глупостью, но пришлось подавить подобное желание в корне. Она лишь едко бросила вслух для Кенсея фразу, просто для того, чтобы за ней было последнее слово.
- Куда вкуснее, такого качка, чем ты. - Ну не дура ли я? Это даже не обсуждается!
Тем не менее стоило ей почувствовать еще одно незнакомое присутствие поблизости, то шутить ей тут же расхотелось. Она смотрела в глаза Хейджин, но на самом деле пыталась понять откуда за ними наблюдают. Из-за рассеянности всю свою оборонительную маску перед девушкой шиноби Маширо растеряла. Куда важнее был вопрос не собираются ли на них неожиданно напасть, потому что по фону рейяцу читалось именно подобное желание и она его тонко уловила. Так что все слова сказанные Ко для нее потеряли свое значение. Не было даже желания дерзить или что-то подобное. В конце концов слова для нее значили очень мало, Куна доверяла больше действиям и поступкам людей, порой они могли сказать за себя гораздо красноречивее.
- Да-да, конечно. Огромное спасибо вам за беспокойство Шиноби-тян. - Взгляд был направлен сквозь Хейджин. Она засекла откуда должен был вот-вот показаться тот, кто до этого скрывался в тени. Говорила Куна небрежно, и честно говоря ей было абсолютно все равно, что перед ней стоял лейтенант второго отряда, да хоть капитан, она все равно бы обращалась к душам так, как хотела. Да, раньше были сдерживающие факторы, и она могла бы еще хорошенько подумать к кому, как обратиться, но теперь ведь они среди богов смерти какие-то вайзарды, на данный момент так вообще считай враги, поэтому в выражениях зеленовласка и подавно не стеснялась. Игнорировать субординацию просто вошло в привычку. И варианты обращения могли варьироваться самым непредсказуемым образом, что в голову первое придет, то зеленовласка и скажет. Только ей одной было ясно о чем она думает на самом деле.
Еще один шиноби... И всего-то... Маширо почувствовала разочарование и напряженность. Разочарование наверно потому что этот шинигами ей не был знаком, да собственно говоря она вообще как-то мало могла кого припомнить из второго отряда, "текучка кадров" там пожалуй самая распространенная особенность. Интерес сразу угас и можно было расслабиться, тем более, что на кону было занятие куда более интересное. Обязанность нести Тыковку-тана поручили все-таки ей.
- Очень мудрое решение Шиноби-тян. Пожалуй ты начинаешь мне нравится. - Зеленовласка улыбнулась лейтенанту Хейджин своим самым дружелюбным образом, и заложив обе руки за голову, двинулась в сторону кустов, где и валялся офицеришка без сознания.  Девушка не очень торопилась нарушать перешептывания доброго Доктора-тана и того забавного офицеришку под номером два. Видно было что они специально говорят  в отдалении. Хотя конечно ей ничего не стоило наплевать (как обычно она любила это делать) на чувство такта, но просто не стала этого делать. Кажется сегодня она натворила уйму глупостей и невежества, что надо было хотя бы передохнуть, а то вдруг вдохновение глупить пройдет, а судя по всему оно ей еще пригодится, так что весьма разумным было перезарядить батарейку.
Когда движения губ замерли и собственно видимо было ясно, что она движется в их сторону, девушка начала демонстративно махать рукой и достигать места расположения вприпрыжку, при этом не забывая изрядно жестикулировать уже обеими руками.
- Доктор-тан, Мишка-тан, а я к вам и к тому трупику. - Оказавшись уже рядом с троицей, она указала пальцем в лежащего на земле Макьё.
- Хм... ох уж этот Кенсей... вот когда не надо он машет кулаками будь здоров, а как надо проигрывает. Кошмар. И кстати говоря не честно. Он отправил в нокдаун моего оппонента. Ух... чтоб его качка менос противный побрал... - Реплики скакали от мысли к мысли. И главное ведь она никогда не запутывалась в том, что говорит, а вот собеседников порой подобной манерой выводила из себя напрочь, но сейчас Маширо пожалуй демонстрировала легкую разминку. Называется недолго же она решила перезаряжать батарейку, но паузу перед своим появлением выдержала.
Хм и как мне его тащить на себе? Можно было конечно наплевать и взгромоздить на себя это тыквоголовую детинушку, как в голову придет, но все же она решила не рисковать.
- Мм я вот тут подумала. Мне надо его тащить как-то аккуратно? Ну вдруг там еще мозги последние потеряет, если я его не так поволоку. - Взгляд был нарочито серьезен, собственно она свои эмоции сейчас просчитывала, скрывая под напускным реальную озабоченность положением, не только своим. О себе она предпочитала думать в последнюю очередь.

Отредактировано Kuna Mashiro (2010-06-07 02:38:06)

+2

47

Спектакль, разворачивающийся вокруг, как казалось Хару, перешагнул через свою кульминационную точку. Капитан-предадель Мугурума Кенсей пошел на попятную, вероятно, больше не представлял угрозы. Офицер понимал, что расслабиться и прекратить воспринимать угрозу от этой цели с огромнейшей реяцу, было смерти подобно. Пускай у него и не было при себе зампакто, но его габариты подсказывали опытному бойцу о опасности, исходившей изнутри. Этот дух помнил Куроно всегда. Он был в его сердце, а порывы выдавали кулаки, за исключением мирных ситуаций, где заменой им был едкий-едкий сарказм. Но ситуации парировать угрозу не приключилось, поэтому небольшую задержку до разговора с Хейдзин-фукутайчо, гунданчо провел в поклоне синигами, которого ожидал.
Куроно вполне предполагал, что последует смена позиции для произведения доклада. Для этого он заранее определил возможное место. Их было несколько, все они базировались вокруг небольшой зоны, радиусом несколько метров. Решение предстояло принять только лейтенанту. Поэтому Хару спокойно дождался сигнала от Хейдзин и сразу же последовал за ней. Пройдя несколько шагов они заняли удобное для передачи и наблюдения место. Конечно, были и подводные камни. Лейтенант заняла удобную для нее позицию, но Куроно был очень серьезен в этой ситуации. Он не мог позволить себе отвлечься ни на секунду. Он развернулся в пол оборота, крепко упершись левой ногой, всегда готовым к рывку. Несмотря на внутреннее чувство и свое положениее в пространстве, перед Хейдзин Ко он предстал достойно: стоял напротив нее, свой взгляд по привычке не поднимал, говорил спокойно и размеренно. Особенно, когда последовала реплика о готовности. Четвертый офицер без промедлений доложил в полголоса.
- Поступил приказ от тайчо. Требуется информация о текущей обстановке с синигами-предателями, последних происшествиях в Сообществе Душ. Также капитан просила данные о Шихоуин Йоруичи, ее местонахождение сейчас. Это все, - в голове уже были запущены необходимые механизмы, к которым склонен каждый из дивизии Куроно Хару. С приходом четвертого офицера, все синигами стоящие у него на службе должны были освоить одну технику, которой его научил один синигами, о котором умалчивается. Нет, это не непобедимая техника синоби или третья форма высвобождения меча - это одно простое упражнение для запоминания сообщений. Чаще всего приходилось доставлять приказы, если и не в материализованной форме, то в вербальной. Проверить, как работало упражнение, Куроно не мог, но зато для него самого оно стало основным во время получения сообщений, даже в обычной деятельности, не отходящей к Секретной курьерской службе. Это очень секретная техника, так что ограничимся основами. Необходимо запоминать созвучия слов, предпочтительней их начало. Тогда при переводе и воспроизведении мозайку можно сложить без особых трудностей и выложить услышанное слово в слово.
Несмотря на ожидаемую гунданчо угрозу и внимание к ответу Хейдзин-фукутайчо, техника Хару работала безотказно. В голове откладывались цепочки созвучий, а осознание сказанного приходило чуть позже. Интерес к докладу представлялся еще и лично четвертому офицеру. По воле службы он был прикован к приказам, исходившем свыше, и изолирован от развернувшихся событий. С глубоким вниманием Куроно трепетно слушал слова своего лейтенанта, стараясь не надоедать постоянным поглядыванием в сторону синигами-предателей.

Отредактировано Kurono Haru (2010-06-13 15:18:41)

0

48

Кенсей всегда полагал себя достаточно неприхотливым и, сколько он себя помнил, ни разу этот принцип не нарушался. Ни когда он был капитаном Готей-13, ни во времена жизни в Каракуре. Хотя в последние сто лет их существование было довольно унылым - они скрывались в Мире Живых и старались в нём прижиться. Довольно быстро им это удалось. Вайзарды уже не были шинигами - не только из-за силы пустых, но и из-за того, что изменились как личности. Но сам Кенсей, по сути, изменился не столь сильно. Ему легко было адаптироваться к реальности Генсея, а резко снявшаяся ответственность за отряд только способствовала тому, чтобы стать проще.
Но, как показала практика, забытое очень легко возвращалось. И теперь, стоя тут, посреди Руконгая, Мугурума вдруг подумал, что было бы не так плохо вернуться в военную организацию. Тем более - ради борьбы против того, кто разрушил их жизнь. Мысль была не слишком правдоподобной, но, если всё сложится удачно, возможно, это действительно было бы осуществимо.
"Только надо ли? Мы же по-прежнему не шинигами."
Но сейчас всё зависело от расследования, которое Хэйджин обещала после ареста вайзардов.
Вопрос об их препровождении в Сейретей был в глазах Кенсея решённым, а потому об этом он больше не думал. Сейчас его больше интересовала тема собственного здоровья. Вместо обычной неприхотливости, он чувствовал себя лежащим присмерти - такое впечатление складывалось у вайзарда при виде совместной заботы окружающих о его ране. Причём отношение к этой заботе оказалось у Мугурумы разным. То, что так обратила своё внимание на его состояние Маширо, было вроде логичным - ведь они товарищи, но одновременно удивляло - от девушки странно было ожидать разумных поступков. Действия Хэйджин полностью вписывалсь в её цели, насколько себе их представлял Кенсей - тем более, тащить ещё и его в бессознательном состоянии было бы накладно. Лейтенант же третьего отряда, по всей видимости, от природы был на удивление заботлив.
Мугурума внимательно слушал диалог между Маширо и Хэйджин, но ничем не вмешался, хотя и было, что сказать, поскольку в этот момент к нему подошёл Кира. То, как целенаправленно тот прилизился и даже приподнялся, чтобы их лица оказались на одном уровне, прямо скажем, оказалось неожиданностью для вайзарда. Ясно, что шинигами собрался ему сказать что-то приватное - ну не поцеловать же, в самом деле, - и Кенсей ожидал, что это будет чем-то действитеьно серьёзным. Однако, страшно секретная информация оказалась состоянием его раны. Не слишком однадёживающим, как показала практика. То, что сказал Кира, говорило о том, что, по сути, рана-то отнюдь не залечена. В таком случае, разум подсказывал, что стоит прислушаться к советам и не рисковать. Хотя, конечно, убедить себя в осторожности было очень непросто. Мугуруме было легко понять лечение наспех для того, чтобы потом драться на износ, но вот так беречь себя - это было сложно.
- Спасибо за совет, Кира-фукутайчо. - произнося эти слова, вайзард слегка усмехнулся, глядя на светловолосого парня вполне дружелюбно. Но жест, который совершил лейтенант мгновением позже, мужчину ощутимо напряг. Насколько бы симпатичен Кира ни был бывшему шинигами, Кенсей не считал его достаточно дружественным, чтобы вот так похлопать по плечу. Это, возможно, и не слишком ожидаемо, но оказалось вторжением в личное пространство. Конечно же, ни о каких агрессивных ответных действиях и речи быть не могло - только взгляд мужчины стал откровенно предостерегающим, когда он задержался на лице собеседника после того, как проводил его руку. Даже если забыть, что пока что шинигами и вайзарды считались врагами, Мугурума был в прошлом выше по званию, нежели спасший ему жизнь парень. И потому дистанция должна была быть сохранена.
После того, как Кира удалился проверить состояние ударенного офицеришки, вайзард повернул голову к Хэйджин. В ответ на решение, что бессознательного бойца понесёт Маширо, он только серьёзно кивнул, соглашаясь с лейтенантом. Не то, чтобы тот парень был серьёзной нагрузкой - против признания обратного восставала проявившаяся неожиданно гордость. Однако, сделав над собой усилие, Кенсей последовал совету врача.
"Силы мне ещё пригодятся..." - эта фраза, на которую в начале мужчина не обратил внимания, всплыла вдруг в памяти. - "Значит, он полагает, что пригодятся..."
Прогоняя неактуальные сейчас мысли о возможном развитии событий, Мугурума поймал шутливый тон Хэйджин и рассмеялся.
- И то правда. - при этом он бросил короткий взгляд на Маширо. - Но иногда уж слишком. - Добавил он немного не в тему, покачав головой.
В ответ на предложение продолжить разговор позже мужчина снова кивнул. Мысль была абсолютно разумной - здесь было не самое подходящее место и время для долгих разговоров. Посмотрев вслед отошедшей со своим офицером шиноби, Кенсей перевёл взгляд на собравшихся вокруг Макьё сочувствующих и, фыркнув, остался стоять в ожидании момента, когда обе группки закончат свои дела.

+2

49

Поскольку другой отряд нисколько не волновал, третьего офицера, то он вернулся к своему созерцательному процессу солнца, неторопливо заходящему за горизонт, и уже окрасившему небо в бронзовый цвет. Война с вторженцами закончиться сегодня, Гинтоки понимал это. Хотя в прошлый раз на Сейрейтей напустили панику обычные риока из мира живых, заставив гоняться за ними несколько дней, сейчас отряды шинигами были готовы. И никто из нынешних нападающих даже не смог проникнуть в культурный и политический центр Сообщества Душ. Подобная расторопность могла лишь порадовать, если бы третий отряд так и остался в стороне. Но фукутайчо отправился в Руконгай, а значит санбантай не был больше резервом, а стал активной боевой единицей, которую забыли в Сейрейтее. Хорошо, что хоть третий офицер смог каким-то чудом выбраться за ворота.
В очередной раз колыхнулся ветер, теперь гораздо ближе. Это Изуру решил проверить лично. Конечно же не дело подчиненного, ругать свое начальство, но седовласый офицер скорчил бы страдальческую мину от подобного. Зачем нужно было отправлять его? Но так же, как нельзя вслух ругаться, нельзя было и обсуждать приказы сверху. Таковы были правила в Готей 13, сопротивляться которым у Гинтоки не было ни сил, не желания, пока он может хотя бы иногда отвлечься от всего мирского и поваляться в тени какого-нибудь дерева на берегу ухоженного пруда.
За всеми своими мыслями, третий офицер, чуть было не пропустил обращенных к нему слов старшего по званию офицера.
- Хинамори-фукутайчо? - не до конца понимая о чем говорит Изуру, переспросил Гинтоки, краем своего разума начиная понимать. Вот все-таки как зовут маленькую подругу Киры. Кивнув сам себе, он прокашлялся и ответил-таки на поставленный вопрос.
- Да, именно от нее я узнал, что вы отправились в Руконгай, что бы встретиться с врагами... - при последнем слове, Саката стрельнул глазами в сторону двух вайзардов, стоявших особняком и заломил руки, потягиваясь. По телу прошла блаженная дрожь, когда мышцы и сухожилия растянулись, а суставы еле слышно хрустнули. Конечно это было не очень красиво, и уместно, тем более в такое время. Но все-таки погода радовала третьего офицера. Время заката - было для него самым любимым по многим причинам, которые приводить не хватит времени и места.
Вот своим присутствием двух шинигами решила почтить один из пленников, вернее одна из. То, как она обратилась к Гинтоки и Изуру удивило Сакату до такой степени, что на обычно безмятежном лице отразилась эта эмоция. Изогнув бровь, сансеки оглядел ее, после чего с тихим вздохом посмотрел на ее будущую ношу. Почему-то сейчас, он сильно сочувствовал неизвестному офицеру одиннадцатого отряда. На вопрос Куны, Гинтоки решил не отвечать. Ведь рядом есть лицо, имеющее большую ответственность, нежели третий офицер, а именно лейтенант.

+1

50

Более пристальный осмотр тела многострадального Макье ничего нового не выявил, лишь подтвердил собственные соображение Киры и слова его третьего офицера. Парень пребывал в полуобморочном состоянии, впрочем, больше похожем на какую-то прострацию, и ни на что не реагировал. Изуру приподнял большим пальцем его веко, пару секунд понаблюдав за почти закатившимся зрачком – явным признаком близкой потери сознания, потом осторожно коснулся нижней челюсти. Подбородок медленно но верно опухал, наливаясь болезненной желтизной.
«Закрытый перелом челюсти. Не очень сложный, но довольно неприятный. Говорить не сможет недели две, не меньше»,- мысленно констатировал Кира, мимолетно подумав о том, что для столь словоохотливого парня, как Байан, так долго молчать будет настоящим испытанием.
- А вот с головой придется что-то сделать,- задумчиво пробормотал он себе под нос, не заботясь, как это может звучать со стороны. По мнению Изуру, седьмой офицер мог найти гораздо лучшее применение этой, безусловно, важной части тела, нежели подставлять ее под удар рассерженным вайзардам. Впрочем, у каждого свои приоритеты. Как бы там ни было, оставлять все, как есть, было рискованно: им предстояла еще неблизкая дорога в Сейрейтей, и она вряд ли добавит здоровья полубессознательному офицеру, как бы аккуратно его не несли. А посему гуманнее, и с медицинской точки зрения вернее, организовать парню хороший, крепкий сон (или обморок, что в данном случае одно и то же), потому что прийти в себя на полдороги ему совершенно не понравится (масса разнообразных «приятных» ощущений гарантирована).   
Кира приложил руки к вискам офицера, и второй раз за последние несколько часов меж его ладоней засияло, заструилось мягкое зеленоватое свечение. «Какая ирония, за этот день я использовал свои медицинские познания больше, чем за несколько предыдущих лет».
Саката не сразу ответил на его вопрос, словно все это время пребывал мыслями где-то далеко-далеко. А когда понял, о ком идет речь, кивнул сам себе, словно делая какие-то особые, одному ему ведомые выводы. Но слова сенсеки все же успокоили лейтенанта – Хинамори жива, здорова и благополучно добралась в Сейрейтей – и остальное не имело значения. Хотя Кира все  же должен был признать, что малышка Момо (сознательно или нет) несколько преувеличила его роль в случившемся конфликте. Из слов Сакаты выходило, что бравый лейтенант, как пафосные герои старых приданий, лишь только заслышав о появлении врагов, бросился им навстречу с оголенным мечом, дабы вершить справедливость во имя Общества Душ. Увы, реальность была намного прозаичнее. Впрочем, разубеждать своего подчиненного (ровно как и посвящать его во все нюансы своего появления в Руконгае) Изуру не стал, лишь согласно кивнув в ответ.
- Кого-нибудь еще послали следом за вами?- «кажется, я просил вызвать медиков, Зараки-тайчо и его оппоненту наверняка потребуется квалифицированная помощь».
Отняв руки от головы Макье (теперь парень размеренно дышал, погрузившись в лечебный сон) Кира слегка поморщился – ладони горели сильнее прежнего – но быстро справился с собой, вернув на лицо непроницаемое выражение. Как раз в этот момент, приветственно махая руками, к ним подошла Маширо. Кира видел, как вытянулось лицо Сакаты, стоило ему услышать ее своеобразное обращение. Лейтенант незаметно улыбнулся в кулак, отдавая должное умению зеленоволосой придумывать забавные прозвища, ему даже показалось, что третий офицер действительно чем-то напоминает обманчиво-неуклюжего, взъерошенного мишку. Но в следующее мгновение иллюзия пропала, и Изуру уже серьезнее ответил на вопрос Маширо:
- К счастью, он не труп, - произнес Кира, все еще не вставая с колен.- И я очень надеюсь,- выразительный взгляд, - что и по дороге в Сейрейтей он им не станет. Так что нести желательно аккуратно. Постарайся сильно не трясти.
Потеря мозгов, как опасалась девушка, (если там и было, что терять) парню не грозила, но Изуру был уверен, что единственное нужное ему лекарство еще не изобрели. Лекарство от глупости.

+2

51

"Всего лишь... - на мгновение Хэйджин почувствовала заметное разочарование, смешенное с досадой. Её действительно отвлекали от работы простого любопытства ради. Впрочем, никакого особого зла на это девушка не держала. Ей, как никому другому известно, как тяжело находиться далеко от гущи событий, сидеть и ждать новостей. - Пожалуй, об отчете стоило позаботиться немного раньше", - мысль была приправлена ощущением виноватости. Похожее, наверное, испытывают дети, которые не успели прибраться до прихода родителей. Вроде бы ничего критического, а всё равно неловко.
- Шихоуин Йоруичи вместе с Кучики Бьякуей направились к Куукаку Шиба. По последнему докладу группы шиноби, отслеживающих их местонахождение и ситуацию на ближайшей к ним территории, они всё ещё находятся в доме пиротехника. На данный момент там более чем спокойно, - Хэйджин решила начать с более простой и сильнее её касающейся информации. В конце концов, заданием лейтенанта было сопровождение Йоруичи в Сейрейтей и обеспечение её всем необходимым. Другой вопрос, что госпожа Шуншин ни в чем пока, судя по всему, не нуждалась, а ситуацию в Руконгайе было сложно не вмешаться, хотя у Ко были такие намерения - держать принцессу в поле зрения и если что быть под рукой. В этом смысле даже поход в Руконгай вместе с Рукией вполне вписывался в концепцию - какая-никакая, а конспирация. Но столкнувшись с Лизой, лейтенант не могла её игнорировать, и как следствие, не могла игнорировать всех вайзардов.
- С момента получения приказа о задержании вайзардов в Руконгайе произошли следующие серьезные боевые столкновения: Зараки Кенпачи против Мугурумы Кенсея, Зараки Кенпачи против Хирако Синджи, я против Ядомару Лизы. Обнаружено местонахождение следующих объявленных в розыск шинигами-отступников: Мугурумы Кенсея, Куно Маширо, Хирако Синдзи и Ядомару Лизы. На данный момент Ядомару находится в тюремном блоке второго отряда, ей должны оказать необходимую медицинскую помощь и допросить. Отчет о результатах допроса будет немедленно отправлен в Каракурский штаб второго отряда. Мугурума и Куно добровольно сдали оружее и готовы оказать содействия в расследовании. Их эскортом до тюремного блока займусь я, лейтенант и третий офицер третьего отряда. Хирако Синдзи, судя по всему, находится без сознания после сражения с Зараки Кенпачи. К месту их битвы направился отряд медиков во главе с Кёраку Шунсуем. Из обнаруженных вайзардов не ранена только Куно Маширо. Из шинигами серьезно ранен, похоже, только Зараки Кенпачи.
Хэйджин никогда не нравились длительные монологи. Она любила почесать языком, но всегда в большей степени являлась слушателем. Уже это склоняло её к мысли, что в письменном отчете передать все происходящие события было намного проще. В большей степени это относилось к личным домыслам и собственным выводам.
- По словам Хирако Синдзи, переданным Хинамори Момо, вайзарды непричастны к убийству парламентеров. Похожая информация исходит и от Мугурумы Кенсея. Лейтенантом пятого отряда был отправлен запрос о дальнейших действиях в главный штаб, но на данный момент дополнительных приказов не последовало. - "И это очень странно", - откровенно говоря, Хэй не слишком волновалась о результатах расследования. И хотя о всех полученных сведениях стоило проинформировать, чтобы там не было решено, произойдет это не так скоро, чтобы начать заранее болеть головой, а вот отсутствие приказов заметно нервировало. Впрочем, знакомить со своими догадками в этом направлении Хэй через посредников не стала, но очень надеялась, что её дотошный капитан выяснит причину подобного молчания или хотя бы намекнет, что с ним делать.
- Более подробный отчет будет предоставлен по возвращению в штаб отряда, - прежде ей хотелось выяснить, что удалось выяснить Канде, поговорить с Кенсеем и побывать на месте преступления. Просто наполеоновские планы, учитывая, что на завтрак Ко выпила только кружку кофе, пообедала сакэ с небольшим количеством закуски и до сих пор не представляла даже, когда представится возможность поужинать. Терпение терпением, а кушать после активации занпакто захотелось сильно.
- На этом, пожалуй, всё, - девушка сменила официальный тон на более свободный и подмигнула офицеру. Уж ему-то, судя по всему, точно не мешало бы расслабиться. Очевидная готовность Куроно чуть что вступить в схватку была в какой-то мере даже очень похвальной, но к сожалению слишком заметной. Учитывая, что даже безоружными вайзарды могли доставить им немало неприятностей, Ко ратовала за мирное разрешение, поэтому присутствие по-боевому настроенного офицера несколько напрягало. "Не быть тебе дипломатом, Куроно", - как-то даже лениво подумала девушка и окинула взглядом "полянку". Мугурума похоже ждал их возвращения, а Маширо, Кира и Саката столпились вокруг безымянного для неё офицера. Вот теперь ситуация более-менее подходила под определение мирной. Но лишний раз проверять этот "мир" на прочность Хэй бы не стала.
- Расслабься, Куроно. Выглядишь как камикадзэ перед терактом. Что-то случилось? – не заметить очевидно не слишком нормального для Куроно поведения лейтенант не могла, но её вопрос можно было свести как к формальности, так и к относительной откровенности. Беспечно прислонив чужие занпакто к дереву, девушка достала припасенную ещё с Генсея пачку сигарет. Дурно-пахнущая привычка сбивала ощущение голода и почему-то помогала думать, но плохо подходила для шиноби. Запах табака при неудачных стечениях обстоятельств мог предупредить чуткого противника, поэтому Хэй никогда не курила на задании, но сейчас особой тайностью и не пахло, а время пока мед. группа толпится над офицерчиком у них было. - Кстати, прежде чем вернешься в Каракуру, навести Канду и передай ему эти два занпакто. Пусть запечатает и отнесет в хранилище. Сделаешь?

+2

52

И того, что мы имеем? На меня обращает внимание только угрюмый блондин, какая прелесть. Видимо он самый мягкий из всех присутствующих. Хм мне вот всегда было интересно неужели я могу настолько раздражать людей? Хотя это не факт, ситуация такая, что большинство действий и слов, которые от меня исходят смотрятся более, чем не уместно. Ну да это все понятно. Она бросила короткий взгляд на Кенсея и тех других шинигами, которые стояли сейчас поодаль. Первое, что сразу же Куна зафиксировала, так это передача их зампакто тому рослому шиноби номер два. Она заметно насупилась. Зеленовласке категорически не нравилось, что их с друзьями делали козлами отпущения вот уже второй раз. Ладно хоть они знали кто виноват в прошлом, а сейчас кого ей обвинять и на кого слать всякие страшные проклятья из разряда, чтобы на тебя голодные меносы напали или чтобы ты провалился в Уэко Мундо до конца дней своих. Но подобное понурое выражение лица долго не продержалось. Маширо встряхнула головой. Какая же я дурочка! Сейчас не время об этом думать.
- Какая жалость, а я думала ему устроить сейретейские горки в лучших традициях генсейского парка аттракционов. Полетал бы парочку раз вниз вверх головой, авось и мозги на место встали бы. - Зеленовласка буквально прощебетала на одном дыхание эту сложную конструкцию предложений, причем даже не запнулась. Наверно, если бы кто-нибудь захотел засечь сколько слов она может произнести за минуту, то сильно удивился бы, потому что таких особо можно смело записывать в книгу рекордов Гинесса. Болтовня сопровождалась еще действиями. Куна наклонилась и аккуратно приподняла тушку офицеришки, чтобы ловко подлезть под него, устраивая у себя за спиной. Со стороны наверно это нечто смотрелось комично. Ростом Макьё был значительно выше, поэтому его ноги волочились по земле. Куна на это внимания не обращала, но вся картина в целом создавала неправильное представление. Хрупкая девушка (пусть только лишь с виду), которая тащит на своей спине такого бугая. тяжело не было, но вот странно - даже не то смягчительное слово.
- Уфф ну и разит же от него саке. Похоже даже помывка в пруду не помогла. - В голосе прозвучали капризные нотки.
- И кстати говоря, - при этих словах Зеленовласка повернулась к другому офицеру, которой ей напоминал мишку, - Медвежонок-тан с вашей стороны очень некрасиво сваливать на девушку подобные поклажи. Хотя что об этом. Могли бы хотя бы поздороваться. Эхь не преподают у вас в отряде этикет явно. - Этикет не преподавали ни в одном из отрядов, да тем более, что это была даже не Академия Шинигами, а тут в Сейретее выпускников вообще не учили, они собственно уже должны были знать, что и как. Однако это ведь была Куна, которая говорила первое, что приходило в голову, даже зная заранее, что скажет глупость.
- Кстати Доктор-тан я только что вспомнила, что очень проголодалась. Так, что если меня за хорошее поведение хорошенько не накормят я либо обещаю, что съем всем мозги, либо, что устрою бунт в тюремной камере. Ах да, а мне обязательно находится в тюремной камере? Я не хочу спать на тех жестких матрасах, и вообще я требую к себе особого обращения. - Звучало из уст Маширо подобное чуть ли как не ультиматум. Не то, чтобы ей все это действительно было нужно, но просто из вредности она хотела хоть какую-то бяку да устроить бывшим товарищам. Можно сказать, что когда она сейчас зачитывала свои требования, то расслаблялась и компенсировала самую малость свою обиду на Сообщество Душ. Хотя Кенсей наверно сказал бы, что это стандартная Маширо, которая своими заскоками испытывает его терпение чуть ли не каждый день.

Отредактировано Kuna Mashiro (2010-06-24 19:32:04)

+1

53

Почти все действующие лица пьесы, разыгравшейся на берегу ничем не примечательной речки не первого района Руконгая в последний час постепенно разделились на две части - совещающийся второй отряд и спасителей неосторожного офицера одиннадцатого. Кенсей же предпочёл дождаться, когда все сделают свои дела, на том же месте. То, о чём Хэйджин-фукутайчо говорила со своим офицером, естественно, вайзарда не казалось. Здоровье же парня из отряда Зараки и так пострадало от его кулака, так что вряд ли его присутствие могло несчастному помочь.
В образовавшейся паузе у вайзарда появилась возможность понаблюдать за происходящим. Сложив руки на груди несколько скованным из-за раны движением, он обернулся к группе, окружившей раненого. Честно говоря, Мугурума успел раскаяться в содеянном, глядя, сколько народу столпилось, чтобы пострадавшему помочь. Причём ударил-то он легонько. А то ведь и зашибить мог так вот, по чистой случайности. С другой стороны, убить одним ударом кулака Кенсей мог противника в разы более внушительного, нежели седьмой офицер.
"Нет бы сдержаться. Повезло, что шиноби такая адекватная. Если бы этот сопляк послужил поводом для боя, всё могло бы кончиться плохо."
Сам Кенсей, судя по словам заботливого лейтенанта, не был в состоянии полноценно сражаться. А смогла бы Маширо победить Хэйджин - вопрос. Хотя, подсознательно, вайзард не сомневался в возможностях своего бывшего лейтенанта. Куна ведь не просто так получила такой пост. Другое дело, что шинигами тут было несколько, и кто из них ещё принял бы участие в драке - неизвестно.
Тем временем Кира уже во второй раз за день на глазах Кенсея применил лечебное кидо. Нахмурившись, вайзард подумал, что, очевидно, последствия удара оказались достаточно серьёзны, чтобы фукутайчо воспользовался техникой, не проходящей для него безболезненно.
"И всё же сложно представить, как такой парень служил у такого капитана. Невероятно. Разве что это принцип сближения противоположностей в действии." - а если посмотреть на состав Готея-13, выходит, что принцип этот весьма распространён в этой организации.
Честно говоря, Мугурума несколько упустил, чем же отделался офицер, поскольку в тот момент его больше интересовал разговор с Хэйджин. Но, насколько он помнил, седой парень из третьего отряда сказал, что там перелом челюсти и контузия.
"Если так, чего там лечить?" - не совсем понимающе подумал вайзард. - "В четвёртом отряде бы и заштопали. Челюсть-то - ерунда, помолчать парню даже полезно."
Разговоры между третьим отрядом и Маширо мужчина слушал краем уха, но, когда до его сознания дошло обращение девушки к подчинённому Киры, он невольно подобрался. Реакция адресата могла оказаться разной и не факт, что удачной для вайзардов. А Куна тем временем продолжила болтать, требуя на этот раз обед. И, хоть и стоило бы быть серьёзнее, Кенсей усмехнулся, думая о том, что девушка удивительно долго не вспоминала о еде.

+2

54

Лейтенанту 2-ого отряда Хэйджин Ко от госеки 2-го отряда Канды Юу:

Отчёт № 1782.
Заключённая: Ядомару Лиза.
Дознаватель: Канда Юу.
Описание: Протокол допроса Ядомару Лизы, вайзарда и потенциального врага Готей 13, бывшего лейтенанта 8-го отряда, попавшей в плен сегодня. После своего поражения отведена в Тюремный отсек, где и пребывает в данный момент.

Содержание:
Из-за полученных в бою ранений, пришлось доставить заключённую в Тюремный блок щадящего режима. После оказания медицинской помощи членом четвертого отряда Миташи Равеном состояние Ядомару Лизы стабилизировалось. На данный момент его можно назвать удовлетворительным. Никаких сопротивлений и препятствий данной процедуре со стороны заключенной учинено не было.
В итоге допроса была получена следующая информация:
По словам Ядомару, вайзарды не собирались нападать на шинигами и вовсе не они атаковали и уничтожили группу парламентёров. Заключённая рассказала о том, что вайзарды около ста с лишним лет скрывались от шинигами и переживали не самые лучшие времена. При предложении со стороны шинигами перемирия, вайзарды решили пойти навстречу, хотя заключенная и сообщила, что инициативы с её стороны не последовало. Также Ядомару отметила тот факт, что она сильно разочарована произошедшим. После этого заявления заключенная пустилась в малозначимые указания того, как по её мнению следовало бы поступить шинигами. Данные указания, не нахожу достаточно важными для повторения в отчете.
На этом допрос был закончен.

0

55

Раздумья над судьбинушкой Макьо были прерваны голосом лейтенанта, который интересовался о том, кого еще послали за ними. В ответ на это, Гинтоки пожал плечами, и таки сложил руки замком на затылке, привстав на носки и чуть покачавшись. Мыслями он вернулся на полчаса, или около того назад, когда его на улице повстречала Момо.
- Эм... - Протянул офицер, остановив свои телодвижения и глянув в темнеющие небеса - Вроде бы Хинамори-фукутайчо хотела встретится с Уноханой-тайчо, что бы прислать сюда медиков... Да и Хейджин-фукутайчо оставила у ворот своего офицера, дожидаться медиков и Кьёраку-тайчо... - Задумчиво протянул сансеки, не отрывая взгляда от неба. Точной информацией он не обладал, поэтому надеялся, что из потока мыслей, начальство выудит самое важное и сделает правильные выводы, зная ситуацию в целом. И тут офицер заметил, что лейтенант прикрылся своим начальственным кулачком и пытается то ли не улыбнуться, то ли не рассмеяться во весь голос. Не успевшая опуститься бровь, тут же взлетела вновь и слегка дернулась. И это было единственным свидетельством о раздражении офицера.
Он уже хотел было спросить у Киры, чего ж он так доволен, но зеленовласая "пленница", которая судя по всему не могла долго находится не в центре внимания своих собеседников, вновь подала голос. Саката, склонив голову, стал наблюдать за тем, как она, словно синица щебечет над распростертым телом "бравого" офицера. По всей видимости, его внимание не осталось незамеченным, потому что буквально через несколько секунд, девушка обратилась уже к нему. Гинтоки бросил взгляд, полный подозрений на своего офицера, будто проверяя, не смеется ли тот и обратился к девушке.
- Ээм.. Добрый вечер, Маримо-сан - протянул он, похоже, еще не до конца, отойдя от удивления ее, не по статусу, наглого тона и вольной манеры обращения. Имени ее он не знал, а так-как девушка уже придумала ему прозвище, он не хотел оставаться в долгу. - По-моему тому, кто сам взялся нести эту ношу, не гоже жаловаться.
Многие говорили, что взгляд Гинтоки, напоминает им взгляд не живого человека, а скорее дохлой рыбы, но сейчас в них блеснул веселый огонек, впрочем тут же потухший. Если проводить аналогии с более эмоциональными людьми, это было сравни показыванию языка, дразнящего собеседника. Саката понимал, что достигнутое перемирие между двумя группировками шинигами - довольно хрупкое, а лишние конфликты, лишь расшатают его, поэтому он и ответил в столь шутливой, по его мнению, форме.
Гинтоки перехватил взгляд седовласого вайзарда, который смотрел в их сторону и пожал плечами, мол говоря, что сделал все что мог. Смотря в ту сторону, сансеки заметил черную адскую бабочку, летящую к Хейджин и Куроно, стоявших в сторонке ото всех. Таким образом, Кенсей стоял в гордом одиночестве, между двумя группками "шушукающихся" шинигами. Ситуация была до ужаса глупой, и любой проходящий мимо, даже и не сказал бы, что это стоит арестант, а взглянув на Маширо, прохожий вообще подумал бы, что это скорее лейтенант, нежели Кира, настолько командирским тоном, она говорила последние фразы.

+1

56

Хотя разъяснения третьего офицера и были несколько туманны, но за годы службы бок обок, Кира привык к его неспешной манере разговора, когда даже важная информация может быть подана, как нечто совсем незначительное (как если бы они сидели в одном из уютных руконгайских баров и, потягивая саке, делились последними сплетнями). Сейчас все было намного серьезнее, но даже это не мешало Сакате едва ли не зевать от скуки. Впрочем, Изуру услышал все, что хотел, и сдержанно кивнул, когда Гинтоки закончил излагать свои мысли. По всему выходило, что команда медиков под руководством Кьёраку-тайчо уже в пути, а значит, об остальном можно было не волноваться.
Подошедшая Маширо продолжала что-то весело щебетать, найдя новую «жертву» для своего словоизлияния в лице третьего офицера. Смешок лейтенанта не остался незамеченным, и Кира поспешил себя одернуть – хоть ситуация и казалась до чертиков абсурдной, но нужно было держать себя в руках, хотя бы до прибытия в Сейрейтей. Изуру уже понял, что вслушиваться в то, что тараторит зеленоволосая девушка, ровно как и пытаться уследить за потоком ее мыслей, - пустая трата времени, а потому большую часть монолога пропустил мимо ушей, улавливая лишь общие капризно-недовольный интонации.
«Интересно, она всегда  была такой?.. Если да, то у Кенсея, должно быть, поистине стальные нервы»,- с уважением подумал Кира, наблюдая, как девушка приноравливается к будущей ноше. Естественно, каждое ее действие сопровождалось ехидными комментариями в адрес как сознательных, так и бессознательных офицеров. Саката, похоже, принял правила ее игры и отвечал в такой же шутливой манере, изредка странно поглядывая на лейтенанта, словно подозревая его в тайном сговоре с возмутительницей спокойствия. Не заостряя внимание на их «обмене любезностями», Кира оглянулся по сторонам, примечая откровенно скучающего в сторонке вайзарда и черную крылатую посланницу, прилетевшую к Хэйджин-фукутайчо. «С какими вестями на этот раз?» Сердце привычно екнуло в груди, но в следующую секунду Изуру уже отвернулся от представителей второго отряда, решив, что если это не снова что-то личное, то Хэйджин обязательно с ним поделится, когда сочтет нужным.
Неугомонная Маширо (и откуда только у нее берется столько энергии?), теперь уже обращаясь напрямую к Кире, настойчиво требовала, чтобы ее покормили, грозя страшными карами, вроде съеденных мозгов и чего там еще.
Кажется, теперь я понимаю, куда подевались мозги этого бедного парня,- задумчиво произнес Изуру, кивая на тело Макье, наконец, пристроенное за спиной девушки. «Похоже, в ее компании у меня появляется какое-то нездоровое чувство юмора»,- с досадой отметил лейтенант.- А если серьезно, то здесь я вряд ли могу тебе помочь.
«Я и сам завтракал весьма хило, а обедал и подавно, но, поверь, сейчас это меньшая из моих проблем». Но Маширо, похоже, относилась к комфорту и своевременному принятию пищи гораздо более ревностно, чем сам лейтенант, и, тем не менее, обрадовать ее было нечем. 
- Об «удобстве» тюремных камер знаю не понаслышке, но чем быстрее мы разберемся в том, что произошло, тем быстрее вас выпустят (при условии, что все ранее сказанное – правда). А значит, тебе стоит попытаться оказать всяческую помощь в расследовании (и постараться не свести с ума всех окружающих). Это единственное, что я могу посоветовать (хотя я заранее сочувствую тому офицеру, что будет тебя допрашивать). А теперь – идем. Мы и так потратили много времени.
Кивнув своему офицеру и убедившись, что парень последует за ним, Кира направился в сторону одиноко стоящего Кенсея. В данный момент лейтенант желал лишь одного: чтобы его маленькая, но весьма неприятная оговорка осталась незамеченной.

+2

57

Срочный доклад лейтенанта оказался для Куроно спасением в этот день. Хейдзин-фукутайчо выложила информацию так, как всегда должен был сортировать ее Хару. Он уже привык, что у большинства синигами сбивчивая речь, а уж что говорить о вечно молчаливых и пространных синоби. Тут, несомненно, четвертый офицер вспомнил и свое прошлое, будучи членом спецподразделения.
- Идиот. Совсем забылся, - сотряс себя Куроно, после чего вонзил ногти в раненые ладони. - Это послужит тебе напоминанием, дурак.
В каком направлении несло офицера, после случившегося в штаб-квартире второго отряда, не мог понять даже автор сего повествования. Синигами с грозными шрамами на всем теле собрал в себя все то, что пытался так успешно забыть. Какие-то чувства, забота о ближнем? Слабости, присущие остальным - места им нет во втором отряде. Три сотни лет прошли под звоном: искорени свои недостатки, потеряй часть человеческого, взамен получи силу. И он все сделал, так как ему следовало. Истребил. Потерял. Получил силу, поднялся в должности, стал тем, от кого многие зависели, а не наоборот. Да, положение, новая ответственность прибавили лишних забот, но это не мешало. Нет. Считать, что за срок службы пыл Хару поубавил, а его место по праву теперь должен занять более подходящий синигами, было неверно. Пускай и мешанина проблем, заставшая его не в срок, была усилена встречей с капитаном. Нет, он ни в коей мере не считал ее причиной своей вины, а зря. Многое, на что он был ранее способен и обучен вмиг обернется боком, если под угрозой будет эта душа. До боли притягивающая реяцу: она вскружила ему голову еще сто лет назад. Куроно всегда тянулся к сильным, ему это казалось естественным, его чертой. Но.. многие "но" забили голову настолько, что было невозможно выполнять свою прямую обязанность, а именно слушать доклад фукутайчо, речь в котором шла о последних происшествиях в Сообществе Душ.
В голове отчетливо сохранилось сообщение о бывшем капитане Шихоуин Йоруичи. Дурные мысли о капитане-предателе полезли в голову вслед за сомнениями о чувствах к капитану Сой Фон. Перестань. Четвертый офицер закрыл глаза и глубоко вздохнул. Не сейчас. Что касается других происшествий, в остальном пришлось восстанавливать по фактам. Но Хару с уверенностью мог утверждать, что при передаче доклада не упустит ничего важного. Также для себя Куроно отметил, что подробный отчет поступит чуть позже: "Это бы обрадовало капитана. Надеюсь, не дойдет до того, что меня вновь пошлют мыслимыми и немыслимыми усилиями подгонять своего лейтенанта с написанием отчета. Куда уж быстрее?"
Синигами на секунду уступил улыбке, но только на секунду. По прошествии вновь напрягся и был неестественно строг. Угроза со стороны синигами-предателей уже не надвигалась согласно сообщению Хейдзин-сан. Предстояло бы и сменить стойку, расслабить плечи, на время позабыть об опасности. Но Хару не доверял словам и поступкам: лишняя сомнительность, зародившаяся еще во время бремени - жизни в отдаленных районах Руконгая. Поэтому заставить и убедить себя в обратном он не мог. Тут же последовало и замечание лейтенанта, которое сразу его вернуло в привычное для ситуации русло.
Спасительным ли оно оказалось? Несомненно. Совет, казавшийся ранее замечанием, преобразил гунданчо четвертого отряда. Он выпрямился, попытался искусно улыбнуться, покачал головой и разжал кулаки. Под ногтями застывала кровь с потревоженных ладоней. Сколько же им досталось за пару часов. Это не оставило офицера без ответа. Куроно вытащил запрятанный в поясе платок и стер им с рук проявившуюся кровь. Это могло бы поставить много новых вопросов. Главный, конечно, о психологическом здоровье гундачно. Но Хару понимал, что сделанное им непосредственного для него является больше чем обыденным, и любой бы на его месте поступил бы точно также. Опережая вопрос или вопросы, четвертый офицер ответил на совет лейтенанта:
- Да, ты права. Что-то я перенапрягся. Сгорел на работе, - стараясь свести все к шутке, Куроно еще раз неудачно попытался состроить улыбку на лице. Он, несомненно, радовался, что надежный товарищ поинтересовался его делами, да, и просто встретить Хейдзин-сан было непременной удачей. Относился к ней офицер очень уважительно и никогда не позволял себе никаких вольностей. К слову, на территории второго отряда это смертельно опасно. Он считал, что место лейтенанта она заслужила по праву, сместив с оного Омаэда Маречио. Наконец-то рядом с капитаном был человек достойный этого. Продолжение вопроса Хейдзин поставило Куроно в ступор. Интерес к нему, скорее всего обычная формальность. Так он посчитал, но доля сомнений закралась в это мнение. Хару осторожно продолжил, не сводя разговор в разбор собственных проблем:
- Все в порядке. Ну, почти все, - лейтенант прислонила к дереву занпакто синигами-предателей и позволила себе немного расслабиться, дав волю табачному дыму. Куроно был тоже не прочь присоединиться, но запах обычных сигарет заставил ценителя табака поморщиться. Казалось, что сейчас внутри разыграется буря и потребует закурить кисеру для того, чтобы ее утихомирить. Но этого не случилось. Четвертый офицер по-настоящему успокоился, опережая желание вдохнуть табачный дым.
- Солнце скоро скроется за горизонт, а внутри чувство, что для меня день только начался. Я немного этим обеспокоен. - Выразиться менее метафорично не вышло, но за это он не боялся. Единственным положительным моментом было то, что Куроно стал понимать, в чем кроется его проблема. Он бодро отреагировал на просьбу Хейдзин:
- Мне не сложно. Да, и на твои просьбы я просто не могу ответить отказом, - сейчас Хару не сфальшивил. Это была его настоящая улыбка.

+3

58

оос: фукутайчо извиняется за паузу. Несколько дней пост был в состоянии "почти дописан", но возможности выложить никак не подворачивалось.

Взгляд Хэй меланхолично скользнул по лицу Куроно и спустился к его рукам. Она не могла не заметить очевидного, пусть даже и думала в большей степени о делах насущных. Другой вопрос, что не в её правилах демонстрировать свою внимательность. "Слишком напряженный", - подумала девушка вместо того, чтобы вслух начать расспрашивать о причинах подобной травмы. "Сгорел на работе"? Что за глупости. Мы тут все, как погоревшие", - она не ставила его слова под сомнения, просто подобное никогда не было для неё оправданием. Было ли оно оправданием для других, её не волновало. Хэйджин приняла эту реплику, сдобренную откровенно не удавшейся попыткой улыбнуться за отмазку. И на этом, если не успокоилась, то, как минимум, решила глубже не лезть. По-крайней мере, пока. Насиловать, вытягивая причины в подробностях не было времени, да и методы Хэй не предполагали давления. Она предпочитала пить теплое саке в хороших компаниях и слушать, так, как правило, узнаешь намного больше.
- Отставить сгорание! - командным тоном, но шутливо проговорила лейтенант, выпуская из-за рта струйку дыма. - В другое время это послужило хорошим поводом для того, чтобы взять отгул, а сейчас нельзя. Военное положение к отдыху не располагает, - по идее это должно было послужить одобрением. При таком же заявлении в более мирной ситуации, Хэйджин вполне серьезно посоветовала бы офицеру отдохнуть, выпить, найти девушку, а сейчас каждый профессионал должен быть задействован с толком, с пользой, с расстановкой.
- Да уж... день прошел мимолетом, и за него случилось столько, сколько не случается и за месяца. Так что неудивительно, что у тебя такое ощущение. - Хэй нынешнее положение дел тоже не внушало доверие, но тому причиной была даже не внезапная суета в Сейрейтее, а то ощущение, с которым она покинула Каракуру. "С годами становишься суеверной, и от одной разбитой кружки тянется вереница угнетающих мыслей. Надо заканчивать с этим делом". Она бы с удовольствием расспросила Куроно о ситуации в Генсее, но понимала, что в этом нет особого смысла. В отличие от неё Хару в Каракуре бывает нечасто и ненадолго. Наивно спрашивать у него оценку тамошнего положения и глупо тратить на это время.
- Конечно, не можешь! - весело усмехнулась Ко. Она всегда легко отвечала на улыбки вне зависимости контекста. - Но лучше с радостью выполнять просьбы, чем из-под палки приказы, так ведь? - девушка слегка сощурила глаза и улыбнулась, отчего на лице отразилось практически чистое озорство.
Впрочем, это выражение надолго не задержалось. Как только Хэй заприметила бабочку, то растеряла половину здорового ажиотажа, а стоило ей ознакомиться с её содержанием, то откровенно нахмурилась. "И это все, что он выяснил за это время?! Что я должна буду докладывать Сой Фон-тайчо?! Что наши дознаватели не умеют работать?!" - она всегда плохо относилась к некачественно выполненному заданию. Допрос, сделанный Кандой, подтверждал информацию Хинамори и её собственные предположения, касающиеся победы над Ядомару, но его неинформативность и неглубокость буквально раздражали.
- Тогда бери занпакто и отправляйся к Канде. И передай ему, что до моего прихода, он может писать объяснительную на тему: "Что мне помешало нормально выполнить свою работу?"
- воспитанная вторым отрядом Хэй привыкла, что у каждого есть своё место и каждый должен выполнять свою функцию. Шиноби работали как отдельные детали большого механизма. Так, она командовала взводом быстрого реагирования, Тенсо следил за Ульем, а Куроно передавал сообщения. Если Канда не мог полноценно выполнить свои обязанности во время военного положения, это роняло тень на работу всего отряда.
"Теперь забот у меня прибавилось..." - вздохнула Ко, с раздражением откидывая докуренную для фильтра сигарету. Меньше всего лейтенанту хотелось переделывать чужую работу. Вечер был испорчен, у сигареты оказался отвратительный вкус, а на Хэй заранее накатывала усталость. Несмотря на это она довольно легко распрямила плечи, хлопнула Куроно по плечу и двинулась в сторону скучающего Мугурумы. "Отправлять это тайчо не стоит. Лучше уж обзавестись более полной информацией".
- Как там наш офицерчик? Переносимый? Пора бы и в Сейрейтей направляться! - сохраняя беспечный тон, поинтересовалась лейтенант так, чтобы её слышали сгрудившиеся над Макьё шинигами бывшие и нынешние. - Мугурума, - уже тише продолжила девушка, - по дороге я хотела бы задать тебе пару вопросов. Не мог бы ты рассказать, что случилось в тринадцатом районе Руконгайя. - Разумеется, её не волновало мнение вайзардов, касающееся поведения шинигами. По мнению Хэй, все бы сделано правильно: район огорожен, Сейрейтей закрыт, а возможные виновники пусть и не в полном составе, но пойманы. Даже если они не причем, это единственные свидетели, а, значит, реальный шанс восстановить события сегодняшнего утра.

+2

59

Все, что не касалось ее персоны было внешне зеленовлаской проигнорировано. Правда информация, которую донес до угрюмого блондина Мишка-тан была весьма ценной, это значит, что все же у кого-то из готейцев совесть есть, а значит положение у них с друзьями не такое и плачевное. Ну а Куна как всегда все важное пропустила через себя, и готова была дать отпор мишковидному шинигами. Она отлично поняла, что он перехватил инициативу и в долгу не собирался оставаться. Можно сказать тем самым провоцируя. В ней тут же загорелся азарт.
- Донесу до твоего косолапого сведения, что я абсолютно не жалуюсь, а констатирую факт. Раз уж сюда прискакал мог бы быть и полезным. Ба-а-а-а-ка. - К тому, что кареглазый назвал ее голова-трава девушка отнеслась очень ровно. Таким ее было не пронять. Вообще Маширо не помнила никого, кто мог бы ее поставить на место и прервать столь любимый словесный поток, кроме нее самой. Ну а ежели говорить о Кенсее, и тех, кто лишь с виду мог бы попасть под эту категорию, то здесь дело в том, что она просто сама знала, когда ей стоит притормозить. Дожидаться реакции она не стала. Мол за ней последнее слово. Куне хотелось успеть везде, а помимо угрюмого блондина она взяла курс еще подоставать Шиноби-тян. Даже повод уже придумала.
- Оу а серьезно это как? - Скорее риторический вопрос. Она парочку раз встряхнула тело, что было за спиной, перехватив его удобнее и устремилась вперед, чтобы сровняться с угрюмым блондином. Очень своевременно, ибо наконец-то был дан зеленый свет и можно было двигаться.
- Ох очень сомневаюсь, что Маширо может оказать помощь. Но поболтать всегда буду рада. - Уточнять, что именно означает фраза, и с кем она бы не прочь была поболтать зеленовласка не собиралась. Оставила это на совесть угрюмого блондина. В принципе это был скорее собирательный образ времяпровождения, а если конкретно то, она имела в виду грядущий допрос. Вот там бы она поболтала и не обязательно, что по делу. Настроение было паршивым, что никак не отражалось внешне, а значит тому, кто ее будет допрашивать не повезет испробовать на себе, что значит "Маширо не в духе". Пожалуй ее терпение начинало подходить к пределу уже сейчас. Ничего страшного. Было и хуже. Главное улыбайся! Это всех раздражает. Что именно опять ее подтолкнуло к несколько взрывоопасному характеру настроения определить точно Куна не смогла бы. Возможно просто череда событий, людей и слов, но собственно не так уж важно это было.
Опередив Мишку-тана и Доктора-тана, она быстрыми шагами направилась в сторону Хэйджин-сан, которая уже стояла около ее капитана.
- Ано-о-о.. - Растянув гласные, вмешалась весьма некультурным образом Куна. Даже, если бы Кенсей на нее сейчас посмотрел одним из своих убивающих взглядов (если бы они вообще могли быть на такое способны), то она бы его проигнорировала. Вот если бы он пускал лазерные лучи из глаз, тогда можно было бы подумать и на рожон не лезть, а так..
- Ко-чан. Раз уж тут такое дело и Доктор-тан это так, он веса не имеет, то видимо насчет тюремного заключения и кормежки это к вам, а значит.. - Маширо позволила себе небольшую театральную паузу.
- Значит Маширо не хочет туда, Маширо хочет есть, а еще можно покурить? - Светящаяся улыбка. Продолжение не заставило себя ждать. - Onegai shimasu.* - Выговаривая каждый иероглиф, так чтобы он попадал под нужную ей интонацию. А в данном случае Куна просто пыталась вложить побольше вежливости в сочетании с игривостью в эту фразу. Надо заметить, что такую вежливую форму она произносила крайне редко и это для нее было чем-то, что сродни завтра скорее выпадет снег, нежели зеленовласка скажет кому-то такое.

__________________
*Onegai shimasu - Весьма вежливая форма. Может использоваться самостоятельно. Особенно часто используется в просьбах типа "сделайте нечто для меня".

Отредактировано Kuna Mashiro (2010-07-10 21:04:33)

+2

60

В том, как одновременно закончились разговоры у двух маленьких компаний с противоположных сторон поляны, было даже что-то забавное. По крайней мере, Кенсей, увидевший как одновременно все двинулись в его сторону, усмехнулся. Но, правда, именно эта эмоция пропала быстро. Движение народных масс означало, что пора двигаться в Сейретей. С одной стороны, было чувство, что уже давно пора это сделать. С другой стороны, если здесь они стояли на живописной пейзаже и просто общались, то в Сейретее вайзардов ждала тюрьма, расследование и возможные неприятные неожиданности. Другое дело, что, несмотря ни на что, тянуть время как резину не было никакого смысла.
Первым к Мугуруме подошёл в итоге Кира. Вайзард уже хотел было заговорить, коротая время, но быстро понял бессмысленность - Хэйджин уже подходила. И не одна, а с предложением отправляться в Сейретей. Обернувшись к ней, Кенсей ухмыльнулся, перенимая её позитивное настроение.
- Переносимый, а как же. Мозгов-то нет - нечего и сотрясать. - грубовато пошутил мужчина, глянув в сторону Маширо, снаряжённой для переноски тела. - Его вон уже приготовили для транспортировки. Жалко, что он без сознания - не часто поучаствуешь в экстремальном ношении тел. Особенно в качестве носимого. - от продолжения он просто не смог отказаться. Он, конечно, верил в возможности своего бывшего лейтенанта. Но в возможности по доведению всех окружающих он верил больше, чем в здравый смысл. И такое мнение вполне подтвердилось (в тысячный раз), когда девушка обратилась к шиноби. Мугуруме осталось только сдвинуть брови и надеяться, что фукутайчо не будет сердиться. Когда Куна закончила и воцарилась короткая пауза, вайзард открыто посмотрел в лицо Хэйджин, отвечая на её вопрос.
- Я расскажу всё, что знаю на эту тему. Но, увы, это даже меньше, чем известно вам. - шутливость тона очень быстро рассосалась, оставив сосредоточенность с характерной хмуростью. - Последнее и единственное, что я помню про тринадцатый район - свет в конце пути из Генсея. Шинигами, которых мы, по вашим представлениям, убили, я даже не помню. Следующее, что я увидел - явно не тринадцатый район Руконгая, в котором я пришёл в себя. Ничего нового в самочувствии не было. Никого из вайзардов поблизости не ощущалось. Посчитав это единственно верным, я отправился в сторону Сейретея. Достаточно скоро я встретил Маширо, и дальше мы пошли вместе. В первом районе мы встретили Зараки-тайчо. Дальнейшее вам, думаю, известно. Таким образом я ничего не знаю про смерть парламентёров. О самом факте я узнал перед битвой с капитаном, обстоятельства мне неизвестны до сих пор. - речь получилась довольно длинной, но Мугурума посчитал верным изложить сразу все произошедшие в этот день события. Увлёкшись разговором, с места он так и не тронулся, оставшись стоять рядом с Хэйджин-фукутайчо, внимательно глядя ей в лицо и не отвлекаясь на окружающее.

+3


Вы здесь » Bleach World » Rukongai » Берег реки