Bleach World

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach World » Rukongai » Берег реки


Берег реки

Сообщений 21 страница 40 из 72

21

Семейная перепалка между бывшим командованием девятого отряда неминуемо приблизилась к традиционному финалу. Точнее, в этот раз традиционным финал не получался. По закону жанра после пары глупостей Маширо, наступал обмен "любезностями", а после него следовала развязка, в которой взбешённый Кенсей бросался на Куну с кулаками, а товарищи его усиленно останавливали. Сейчас же повисать на Мугуруме было некому - ну не Кире-фукутайчо же. Тем более вес шинигами был маловат для того чтобы остановить такого качка, как говорила о нём Маширо.
Так что в этот раз, дойдя до кульминации бешенства, вайзард только зарычал и, резко отвернувшись, прекратил таким образом спор. Нет, он бы однозначно продолжил, но беда была в том, что аргументы словесные кончились, а держать его, чтоб он не применил кулаки, было некому.
Но не успел Кенсей переключить своё внимание на фукутайчо, как Куна тут же появилась рядом. Выражение лица вайзарда неминуемо начало сатанеть, а желание убить вездесущую Маширо на месте набрало новую силу. Но, прикладывая огромное усилие, Мугурума заставил себя дышать ровно.
- Вы не волнуйтесь, я свалиться от этой раны вообще-то не собираюсь. - довольно миролюбиво отозвался он на умилительную заботу лейтенантов. Правда, настрой исчез так же быстро, как появился.
Он задал вопрос про капитана абсолютно без задней мысли. Да и правда - чего такого в простом вопросе. Но, увидев, как изменилось лицо Киры, Кенсей сразу понял что попал на больное. Это не радовало - не то, чтобы вайзарда волновал душевный покой едва знакомого шинигами, но расстраивать его Мугурума банально не рассчитывал. Повисла глубокая пауза, в которой было полно времени, чтобы прикинуть, на кого же он попал. Вариантов было не очень много: кроме всяких непредсказуемых, всего три. Три капитана-предателя, один из которых сотню лет назад сломал жизни восьми товарищам. А второй... Вспомнив Тоусена, Кенсей неконтролируемо сжал кулаки, а лицо его отразило смесь злости с сожалением. Тогда, сто лет назад, всё было сделано руками Тоусена Канаме, офицера его отряда. Это он убил всех, кроме самого капитана и Маширо. Третьего же Мугурума особо и не приметил. Вечно улыбающийся подросток за плечом Айзена не проявил себя в ту ночь. А в остальном вайзард мало что знал о нём тогда. Гениальный руконгайский мальчик-альбинос с белыми волосами и самой неприятной из всех известных Кенсею улыбок - Ичимару Гин. Сейчас, правда, знал не многим больше - только то, что он стал капитаном. А номера отрядов его не сильно волновали.
"Значит, тот маленький мерзавец вырос в большую тварь..."
Надо же было попасть именно на его лейтенанта. Хотя заподозрить в унылом, добросовестном и спокойном парне бывшего подчинённого Ичимару как минимум непросто.
- Вот как... - что ещё сказать, Мугурума как-то не придумал. - Интересно, как вышло, что ты попал из четвёртого отряда к такому капитану. - с тенью сомнения озвучил-таки вайзард давно интересовавшую мысль.
Но, пока они разговаривали, многострадальный офицер одиннадцатого вылез из воды и вернулся, что спровоцировало Маширо на следующий виток действий. И, конечно же, она вспомнила, что проголодалась. Даже удивительно, что это произошло только сейчас.
- Эй, я не думаю, что нас там ждёт обед! - не вставить своё слово Кенсей просто не мог. Но вот тот момент, когда она начала подталкивать Киру, а тот взял её за локоть и руку тут же отдёрнул, привлёк внимание.
- Лейтенант, что у тебя с рукой? - сдвинув брови спросил вайзард. Он рассудил, что, если бы что-то было с Маширо, шинигами бы сразу хватать её не стал.
Двигаться в Сейретей вот прямо сейчас Мугурума не планировал - как минимум, он собирался закончить разговор.

+3

22

Да уж, это я как-раз таки отлично понимаю. Даже вспоминать не хочется, сколько я себе ужасов напредставляла, пока глупый Кенсей был без сознания. Я наверно даже понимаю, почему Хиори ведет себя так с Шинджи... А вот последние мысли отозвались горечью и волнением. Наверно сейчас была ситуация, в которой ей еще не доводилось бывать, сейчас ей было очень трудно вести себя, как обычно. Она просто жестоко издевалась над собой и заставляла расплываться этой дурацкой улыбке на лице. Это была уже просто привычка. А может просто зеленовласка разучилась искренне улыбаться на публику.
- Глупый Кенсей и кому это ты говоришь? Доктор-тан тебя уму разуму учит, а Маширо даже согласилась добровольно приглядывать за таким несносным и хмурым грубияном. Ты радоваться должен, что о тебе так пекутся. - Да-да, очередная продуманная глупость не заставила себя ждать, можно сказать она была ответом сразу двум - Кенсею и угрюмому блондину. Хотелось бы ей самой верить, что на этом она успокоится и не успеет довести Кенсея до крайней черты, но мечты, мечты... Маширо можно было бы в этом плане сравнить с заводной игрушкой, пока заряд не сядет или кто-нибудь не сломает игрушку, она не остановится.
Да, я сразу это поняла. Интересно Кенсей, что ты медленнее соображаешь. Мне вот тоже интересно, как это так он перевелся.. Ей и самой было любопытно узнать ответ, но увы демонстрировать на публику Маширо привыкла свои другие качества. В любом случае на нее не обратят внимания, либо поставят на место. Но вот, что тем, кто почему-то решил раньше всех себя проявить, окажется офицеришка одиннадцатого отряда, она не ожидала. Да еще таким методом. Ох как она сейчас хотела бы переиграть с ним ту битву, видимо зря пожалела, все-таки пару пинков ему надо было приличных отвесить, но после драки кулаками не машут. Ха-ха. Очень смешно Макьё Байан. Однако своих мыслей зеленовласка ничем не выдала, она приложила пальчик к губам и как бы оценивающе сейчас посмотрел на все то, что изображал из себя офицер.
- Нет, пожалуй твои театральные таланты я переоценила. Прости, Тыковка-тан, но актер из тебя увы, такой же, как и борец. - Слова сопроводились какой-то дразнящей моськой и на этом она была очень собой довольна, посчитав, что разговор с Макьё исчерпан, а значит можно уже собственно и к финальным капризам переходить. Но не тут-то было. Угрюмый блондин очень резко ее осадил.
- Не эй, эй, эй. Маширо. Маширо. Маширо. Вот это мое имя. - Тут же нашлась, что сказать. А вот угрюмый блондин, после того, как поймал ее за локоть, чтобы отстранить от себя, как-то резко и ломанно отдернул руку, словно обжегся. Не одна она заметила это. И догадки на этот счет у нее имелись. Продолжать вести себя, словно капризный ребенок, и дальше без передышки, совсем не хотелось.
- По-крайней мере даже преступников кормят, чтобы они не загнулись раньше времени. - Довольно холодно произнесла девушка, что уж точно никак не могло увязаться с ее поведением до этого.

Отредактировано Kuna Mashiro (2010-05-02 19:39:35)

+4

23

Сплошным молчанием отпаррировал он в ответ на все слова и спокойно вздохнул, он не пил уже достаточно много и теперь ему предстояло терпеть Маширо и всю эту возню. Резкое и прямое движение и он стоит чуть поодаль от этой троицы. Он находился в очень непостоянном настроении, радость сменилась снова грустью и все ещё не до конца понятно, что есть что, и почему он попал сюда в такую причудливую компанию, которая его даже всерьёз не воспринимает. Девушка вообще с трудом способна к адекватным решениям, они у неё видны лишь в действительно опасные моменты. Парень с серыми волосами больше похож на утес, который так же разговорчив и так же способен на открытие своих истинных мотивов. Кроме того, что он точно крепок и силён, и не относится к подлым людям, он больше ничего не мог сказать о нём. Лейтенант же похоже вообще принимал странные методы к действию. Всё вокруг казалось ему очень странным, словно он шёл по длинному коридору и не мог найти ключа к нужной ему двери. Да и дверь вела себя странно, то ручки не было, то замка, а иногда и сама дверь оказывалась на потолке.

– То ли это о чём говорил мне Зараки-тайчо? Что надо больше уделять внимания тренировкам, но чтобы меня разодрали пустые, я никогда не смогу её победить. Эта сила и сила пустых идущая от этой маски, её реяцу. Пожалуй, Юмичика-сан смотрелся бы лучше в этом деле и смог бы что-то сделать, но только не я. Неудачник? Возможно. По возвращению подаю прошение о том, чтобы меня перевели в какой-нибудь другой отряд, я не хочу видеть лица своих сослуживцев, когда они узнают, что я проиграл.
А ведь я и знал, что мои силы не безупречны. Интересно, смогла бы она увидеть и избежать последнего лепестка моей Бисенто – Гардении? Не знаю, но и пробовать, смысла нету. Я немного помолчу, послушаю, о чём они говорят, а то так утомительно каждый раз летать в пруд за водой. Кхе, обязательно надо будет её туда сбросить, но боюсь не сейчас. Когда-нибудь, когда я действительно стану сильным и отменным офицером. Но чтобы перевестись, мне надо найти кого из капитанов, а их сейчас едва ли легко найти…
– размышлял Макьё и бросив взгляд на троицу, что-то там ещё выясняющую о том, кто куда и кого за что схватил и почему вообще так произошло.

Одинокое молчание и поворот спиной к ним, сделал его окончательно спокойным от лишних эмоций, хотелось только одного, уже наконец-то решить что делать с этими пришельцами и даже если тех ждала не слишком приятное пребывание в камерах, то попросить Зараки-тайчо вступится за вайзардов, всё-таки плохого ребята ничего не сделали и сажать их в камеры, по меньшей мере – идиотизм. Но это не в силах Байана, что он может с своими недоспособностями, а вот уже такая фигура как Зараки-сан возымеет эффект.

- Смех, а вот мне уже не до смеха...

+2

24

Изуру видел, какая гамма чувств отразилась на лице беловолосого вайзарда, когда имя Ичимару Гина было произнесено вслух. Он мог бы перечислить с десяток различных эмоций, всего на мгновение мелькнувших в темных глазах: гнев, ярость…сожаление? От Киры не укрылось, что Кенсей с силой сжал кулаки, так что побелели костяшки пальцев. Вспоминал ли он в этот момент о событиях многолетней давности, или к кому-то из предателей у него имелись личные счеты – так и осталось загадкой, но Изуру уже привык к тому, что малейшее упоминание о троих капитанах будило в душах шинигами самые негативные чувства. Оно и не удивительно: эта зияющая рана на сердце Сейрейтея затянется еще очень нескоро. Вот и у вайзарда наверняка вертелось на языке немало едких слов, но он их так и не озвучил (за что Кира был ему искренне благодарен), вместо этого спросив лейтенанта о причинах перевода в третий. 
В Готей-13 текучка кадров не была чем-то необычным, но перевод из четвертого, считавшегося самым слабым отрядом в плане боевой мощи, в третий сразу на должность фукутайчо, был действительно несколько подозрительным. Впрочем, его собственная ситуация была довольно прозаичной, Кира даже склонен был считать, что это просто удачное (или не очень) стечение обстоятельств. Тогда все свалилось в кучу, и неожиданное предложение Ичимару казалось вполне неплохим выходом, к тому Унохана-тайчо, похоже, тоже искренне желала своему подчиненному продвижения по службе, и вопрос с назначением был решен в рекордно короткие сроки. В итоге все сложилось довольно удачно, и Изуру даже гордился своим решением… до тех пор, пока ему не передали слова Айзена, сказанные тем на холме Соукиоку: «А самых сговорчивых я сделал лейтенантами, своим и Гина…». После этого Изуру не раз задумывался, не был ли его «свободный выбор» такой же иллюзией, как и все остальное. Но, отвечая вайзардам, он решил не вдаваться в подробности.
- Он сделал мне предложение, от которого я не смог отказаться,- как Кира узнал впоследствии, отказать Ичимару вообще было очень сложно,- но я не сожалею об этом.
Это было правдой. За свою жизнь, совсем не долгую по меркам Общества Душ, Изуру жалел о многих вещах. Может даже чересчур о многих… но только не о том, что стал фукутайчо третьего отряда. И пусть некоторые заклеймили его «лейтенантом предателя», все еще не веря, что он не был сообщником своего командира, Кира все равно гордился тем, что носит на левой руке шеврон с цветком бархатца.
- А ты, должно быть, был одним из капитанов?- в свою очередь спросил он Кенсея. Информации о вайзардах было довольно мало, или, что вероятнее всего, она хорошо скрывалась, потому Киру не мог не волновать вопрос об их прошлом.
- Я запомню,- с улыбкой пообещал Изуру, после того как Маширо несколько раз прокричала ему на ухо свое имя. «Вот уж действительно запомню». И хотя девушка продолжала скакать рядом с ними, откалывая шуточки, но даже ее безупречная маска детской непосредственности иногда давала трещину.  Так что Кира лишь вздохнул в ответ на ее неожиданно серьезные слова: утешить было нечем, да и вряд ли она в  этом нуждалась. «Вполне возможно, что основные неприятности у этих двоих еще впереди».
А вот следующий вопрос был несколько неожиданным, похоже, что невольное движение лейтенанта не осталось незамеченным.
- Это так, небольшой побочный эффект от лечения,- немного извиняющимся тоном произнес он, украдкой бросая взгляд на свою ладонь (пальцы еще дрожали, и Изуру подавил какое-то детское желание спрятать руки за спину). Неприятно было признавать, что сейчас вряд ли сумеет даже занпакто нормально держать,- все же медицина – не мое призвание.
О том, что именно этот побочный эффект, индивидуальный для Киры и, надо признать, весьма болезненный, заставил парня отказаться от карьеры медика, он предпочел умолчать.

+3

25

Кенсей повернулся к Маширо, внимая очередному упрёку, но, вопреки ожиданиям, не разозлился, как это бывает обычно. Наоборот, усмехнувшись, поднял руку и потрепал девушку по волосам.
- Разве незаметно, как я радуюсь? - тем оттенком своего резкого голоса, который обозначал позитивное отношение к вопросу, вопросил Мугурума, не отводя взгляда от своего бывшего лейтенанта.
Кенсей действительно не мог не обратить внимание на заботу Куны. Он не в первый раз обращал внимание, что её поступки не всегда вписываются в поведение безмозглой дуры, а то, что их перепалки - просто привычка, давно было очевидным, хотя и никогда не озвучивалось. Но за этот день, однозначно самый насыщенный за последнюю сотню лет, уже неоднократно Мугурума видел Маширо не только действующей сознательно, но и выглядящей серьёзно. Это заставляло задуматься, но прямо сейчас заниматься этим было некогда.
Ещё с минуту вайзард задумчиво разглядывал своего бышего лейтенанта, а потом вновь перевёл взгляд на Киру. Честно говоря, формулировка причины перевода в другой отряд звучала необычно. По крайней мере, на взгляд Кенсея "предложения, от которых невозможно отказаться" обычно представляли из себя те случаи, когда о согьасии даже не спрашивают.
Нет, вообще-то, вайзард вполне мог себе представить Ичимару, выбравшего себе фукутайчо без согоасия оного, но в данном случае казалось, что Кира скорее не освещает настоящих причин такого действия.
- Видимо, Ичимару был неплохим капитаном. Или дело не в преданности Готей-13? - Мугурума усмехнулся, не удержавшись от последнего вопроса. Как ни крути, Ичимару в первую очередь был предателем, и его лейтенант, говорящий такие слова, сразу наводит на мысли об излишней лояльности с альбиносу.
- Да, я был капитаном девятого отряда лет сто назад. А вот эта... - эпитет он опустил, недвусмысленно кивнув на Маширо, - мой бывший лейтенант. Потом Айзен провёл над нами эксперимент. - вместе со взглядом голос вайзарда тут же наполнился скрытой ненавистью. - Тоусен Канаме был моим офицером. - он мог бы сказать и про двоих других, но не стал.
Задав следующий вопрос, Мугурума невольно проследил взглядом за тем, как Кира посмотрел на свою руку и хмыкнул сочувственно.
- На "небольшой" не очень-то похоже. - вайзард помедлил, отводя взгляд от вздрагивающей ладони лейтенанта. - Спасибо. За то, что лечил меня, невзирая на такой побочный эффект.
"Если бы мы с Куной не намеревались добровольно пойти в Сейретей, сейчас эти двое не смогли бы противопоставить нам ровно ничего. Даже учитывая мою недавнюю рану. Один слабак из одиннадцатого, у другого руки дрожат. Наверное, только медик, пусть и бывший, мог пойти на такой риск."
Кенсей ничего не сказал об этом, но покачал головой.

+2

26

---------> Хэйджин Ко, Саката Гинтоки ------------> Западные Врата

Хэйджин усмехнулась, глядя в сторону ушедшему в шинпо офицеру. Его поспешность была, по меньшей мере, забавной, но не слишком удобной. Понятия "Руконгай" и "первый район" весьма растяжимы. "И в каком направлении он так помчался? Мальчишество!" - укоризненно подумала и, подмигнув Тенсо, ушла в шинпо вслед сансеки, собираясь нагнать его до того, как выберет какое-то определенное направление. Не хватало ещё петли нарезать!
Единственным удовольствием этой короткой игры в кошки-мышки было в том, что теперь Хэй ознакомилась с его скоростью достаточно, чтобы скорректировать свою. "Лучше ему так больше не делать", - оказавшись в полуметре от застывшего между двумя шагами Гинтоки, лейтенант кивком указала направление и немного оторвалась вперед. Говорить офицеру о том, что искать его в случае, если он отстанет или двинется в другую сторону, девушка не стала. Во-первых, это для неё было естественным, во-вторых, она не хотела тратить время на разговоры. Короткие шаги-вспышки не способствовали полноценной беседе, останавливаться же ради такой ерунды определенно не стоило.

Уходила вперед она только дважды. Первый раз, подобравшись к месту сражения Зараки, чтобы убедиться в том, что бой закончен, а бойцы живы. Источники реяйцу, так щедро распыленной в окружающей обстановки, продолжали тускло, но "гореть". Их жизням вряд ли что-то серьезно угрожало. Памятуя о том, что сюда вот-вот должна прийти медицинская помощь, Хэй не стала задерживаться. Вряд ли офицер третьего отряда знал лечебное кидо, а носильщики найдутся и в рядах тех, кто шли следом.
Кроме того на поле сражения не чувствовалось духовной силы Киры Изуру - ещё один довод к тому, что ни одного из них в этом месте ничего не держало. "Он не должен был далеко уйти", - подумала Хэй, вспоминая, как лейтенант третьего отряда, распрощавшись, направился именно к месту сражения Зараки. "От духовной силы этого монстра что-либо найти или почувствовать сложно!" - она недовольно поджала губы и сконцентрировалась, стараясь отрешиться от рейяцу Зараки и найти нужную ей. Это было также легко, как в дыме почувствовать какой-то один, единственный аромат.

Нашелся Изуру относительно невдалеке. И, судя по её ощущениям, был не один. Скрыв своё реяйцу, Хэй сказала Гинтоки сделать то же самое. Вряд ли это сильно поможет, но при условии отвлеченности тех, к кому они собирались направиться, могло сэкономить время, необходимое хотя бы для того, чтобы оглядеться. Прежде чем появляться среди долгожданных гостей, ей хотелось убедиться хотя бы в том, что лейтенант третьего отряда и какой-то офицер не являлись заложниками вайзардов. Предположить, что у них были другие причины находиться в обществе двух бывших представителей Готея-13, Хэй с ходу не могла.
Оторвавшись вперед, ей удалось разглядеть разношерстную компанию, находящуюся во всевозможной степени потрепанности и сделать вывод, что никаких особых враждебных жестов по отношению друг другу они учинять не собирались. Далее прятаться не было никакого смысла. Даже если они до сих пор не заметили её, то заметят подходящего Гинтоки. В несколько коротких шинпо девушка оказалась в метрах десяти от занятно смотрящейся вместе компании.

- Доброго вечера, - она не стала разом хвататься за рукоять занпакто. Во-первых, девушка прекрасно владела навыками рукопашного боя, во-вторых, не хотела демонстрировать агрессивных намерений. Прежде чем предъявлять обвинения, стоило разобраться с самой ситуацией. "Помнится, Хинамори говорила что-то о жертвах обстоятельств. Посмотрим на их поведение". Нельзя сказать, что Ко разом стала сторонницей того же мнения. Просто её не прельщала вероятность бессмысленного вступления в бой с превосходящим по силе противником.
Она обвела единым взглядом всех присутствующих, подмечая их состояние. Мугурума Кенсей был похоже тем, с кем вел бой Зараки до этого. По-крайней мере именно его рейяцу девушка чувствовала тогда в Руконгайе. Судя по всему, капитан одиннадцатого отряда не хило его потрепал. Он вряд ли готов к активным действиям. Хэй не спешила так легко сбрасывать вайзарда со счетов, но основную опасность видела в Куно Маширо, выглядящей очень даже здоровой. На мокрого офицера непонятного ей отряда девушка внимания не обратила.
- Кира-кун, - улыбнувшись, она остановила свой взгляд на лейтенанте третьего отряда. Судя по отсутствию рукавов на его косодэ, замечательная идея перевязывать раненных вайзардов пришла в голову им почти одновременно. Видимо, издержки должности. - Не хочешь ввести нас в курс дела? – она обращалась именно к нему, не спеша представиться, именно из желания предварительно сделать какой-то вывод. Кроме того, таким образом Хэй максимально возможно тактичным способом пыталась выяснить, все ли с ним в порядке и нужна ли ему помощь.

Отредактировано Heijin Kо (2010-05-08 17:12:49)

+2

27

Конечно же Гинтоки не сомневался, что лейтенант его догонит. Поэтому те несколько шагов, что он успел сделать, оставаясь лидером, составляли прямую линию без всяких выкрутасов. Ведь хоть со стороны это могло показаться и игрой, но они выходили в опасную зону, в которой должны были идти боевые действия, хотя сансеки и не ощущал сильных всплесков реяцу, свидетельствующих о том, что где-то эти самые бои и идут. Конечно можно было задуматься, что произошло, и победил ли Готей 13. Особо в задумчивость уйти не получилось, так как после очередного шага, рядом возникла Хейджин, взмахом руки указывая их дальнейшее направление. Кивнуть Саката не успел, девушки уже и след простыл. Поэтому ему не оставалось ничего, кроме как сконцентрироваться на ощущениях ее духовной силы и как можно быстрее последовать за ней. Такой вид путешествия его более чем устраивал. Девушка исчезала за секунды до его появления на том же месте, а значит можно сказать, что двигались они по отдельности. Поэтому где-то на задворках сознания можно было подумать о чем-нибудь своем не беспокоясь за выражение лица и подобной чуши, о которой надо думать когда находишься в обществе. Конечно же Гинтоки осматривал окрестности в те краткие периоды, когда его фигура застывала где-нибудь в воздухе. В такие моменты, пока ноги делают толчок, выбрасывая реяцу, седая голова крутилась, осматривая все, что могло попасть в поле зрения. Однако из-за военного положения и боев, которые проходили тут совсем недавно, большая часть душ попряталась по домам, так что кроме пейзажа и архитектуры, любоваться было нечем. Саката по этому поводу не стал горюнить и посторался догнать, оторвавшуюся Хейджин, которая видимо уходила на разведку, так как его умение скрывать реяцу была не чета еённому. Сигнала к остановке не последовало, так что третий офицер продолжил шагать во всю свою прыть, чтобы не увеличить и так большой разрыв между двумя шинигами. Но вот она остановилась, и Саката через пару шагов нагнал Ко. Та приказала ему скрыть свою реяцу и выдвинулась вперед. Гинтоки конечно же выполнил, как мог приказ и медленно последовал за ней, оставшись в кустах на случай, если те, кто находились рядом с Кирой-фукутайчо и каким-то офицером - опасно настроенные враги. Однако враждебных действий не последовало, а так как сансеки не был мастером в искустве маскировки, и не почувствовать его реяцу мог лишь явно младший по званию офицер, недавно опробовавший местную реку, то он решил показаться, через шунпо-шаг переместившись за спину своего лейтенанта и по уставу, припав на одно колено, уперев в землю кулак, доложился. - Кира-фукутайчо. Саката Гинтоки прибыл в ваше распоряжение. - отчеканил он, осматривая бывших членов Готей 13, которые, судя по изорванной форме Изуру, получали первую помощь

+2

28

Хе-хе-хе... Кенсей? Уж, если Кенсей начал себя вести не так, как обычно, не назвал дурой, не отвесил подзатыльник, в конце концов, просто не наорал, то создавалось впечатление, что их положение из разряда хуже не бывает, переросло в положение хуже бывает и еще как хуже самого плачевного состояния. Может быть, она преувеличивала, но это было естественно в той ситуации, в которую они все попали. Маширо ничего не ответила Кенсею, она просто тяжело вздохнула. Не было сил даже натягивать фальшивую улыбку или подколоть его за подобное несвойственное поведение. Как-то даже красноречие Тыковки-тана внезапно иссякло, в этом конечно была и часть вины самой Маширо, может даже большая ее часть. Да, не хорошо вышло. От и до все вышло не хорошо. Это не наше место. Не наш дом. Больше не наш. Надеяться на остатки былых чувств у Готея к нам бывшим капитанам, лейтенантам, объявленными уже тогда врагами? Это так глупо Куна Маширо. Так наивно. И так, по-твоему. Все еще надеешься? Все еще понимаешь? Зеленовласка больше погрузилась в мельтешащие мысли, чем в разговор капитана и угрюмого блондина. Все, что она посчитала важным и интересным, было сказано, остальное ее мало волновало. Тут даже не надо было разыгрывать спектакль, в котором она бы демонстративно изображала из себя заскучавшую персону и так далее по сценарию.
Маширо даже бы позволила себе и дальше пребывать в таком достаточно уникальном состоянии покоя и спокойствия, если бы не почувствовала приближающиеся колебания рейяцу. Сначала она была уверена, что к ним стремится один шинигами, который, кстати, пытался скрыть рейцу, и достаточно прилично у него это удалось, но вот того, что на самом деле их двое стало для нее неожиданностью. А вот это уже может оказаться проблемно. Она была не уверена, но по ощущениям духовная сила, которая исходила от внезапно появившейся девушки, была похожа на ту, которая принадлежала тому шинигами, который сражался с Лизой. Маширо даже не была уверена, в том, что если незнакомка нападет, то ей удастся защититься. Лиза ведь проиграла. От возвращения к этой мысли накатило неотвратимой волной, которая тянула на самое дно. Чтобы ее друзья и проиграли шинигами? Это страшно. 
Доброго вечера? Доброго вечера? Она что смеется над нами да? Глаза остановились на шевроне лейтенанта. Шиноби. Она их мягко говоря не любила. Поэтому о том, что собралась делать абсолютно не думала, она просто тут же рванула с места и наглым образом втесалась между всеми и этой шиноби, смотря на нее слегка так снизу вверх, но тем не менее во взгляде горела полная решительность.
- Эй эй эй! Дамочка что за прыть? Или у вас в отряде положено так? То, что вы сказали доброго вечера вас еще нисколько не извиняет! А вместо Доктора-тана выскажется Маширо! Какого гребаного меноса этот идиот Зараки Кенпачи пытался убить Кенсея? Или может у вас всех там крышу посносило в Готее?! Уже союзников от врагов отличить не можете?! Собственно ляпнула, так ляпнула, но ее целью было привлечь к себе больше внимания, чтобы прежде всего угрозу видели в ней, однако Куна не догадывалась, что ее и без этого таковой посчитали.
Внимание на офицера прибывшего следом за шиноби она не обратила, офицеры - их вообще не следовало опасаться.

Отредактировано Kuna Mashiro (2010-05-12 20:51:19)

+4

29

Седьмой офицер только улыбнулся, глядя на «подкрепление», от духовной силы пришельцев ему снова хотелось уйти куда-то в сторону, да и судя по всему, они были намного сильнее всего. Похоже сегодняшняя ситуация складывалась очень интересно, слишком много было сильных лиц, следовало встряхнуть мир и показать ему, что ещё жив некий Макьё Байан. Он внимательно осмотрел новоприбывших и сделал вывод, что командиром тут явно была девушка с чёрными волосами. Идущая от неё холодная волна и нотки в голосе сразу дали понять светловолосому офицеру то, что она явно не будет из дружелюбных людей. Вежливо-холодные грани льда не успокаивают, они режут плоть и проникают в сердце и органы, их следует беречься и уклоняться от них. А второй напоминал слишком уставшего или явно не слишком компетентного человека, но вот на такой трюк он уже не клюнет, урок с Маширо учитан и записан в память. На него почти не обращали внимания, во всяком случае, он не был чем-то таким, от чего можно было ожидать угрозы. Его не расценивали даже за личность, так он считал. Ну, 7 офицер, ну слабак с первой стадией активации меча, а ведь вся сила ещё не была показана. Он попросту понял ещё тогда, что тыкать иглой в панцирь бесполезно и не стал использовать свою максимальную мощь. О том, что он был достаточно, умел знали те, кто получил нагинатой по шее, но вот стоящие здесь точно не могли получить от него, хотя бы царапину.  Представление прибывшего юноши из третьего отряда, и попросту вежливо-холодный тон Ко, разбавила Маширо. Офицеру в энный раз за день захотелось ударить себя рукой по лицу, словно намекая на то, что спорить с такой леди не стоило. Байан не понимал, откуда пришло это чувство, но основываясь на неплохом знании людей и второго отряда, он предпочитал с ними не спорить. Второй отряд казался ему чем-то вроде скованных одной цепью, какие-то странные шинигами, словно у них эмоции отобрали и у них есть одна директива «долг». Шунпо Байан сделал превосходно, едва не вмазавшись в Маширо, а точнее появившись прямо у неё за спиной. Офицер только тихо смеялся, глядя на экспрессивную логику Маширо и её манеру разговора, а после встрял разговор, следуя своей очень неординарной логике.

- О, долгожданное подкрепление. Вечно приходят под конец. – вздох и молчаливый взгляд на окружающих его людей, сразу же почва уходит из под ног. Он попросту чувствует свою слабость, в тонком сравнении с ними. На ухо Маширо прилетает тонкий шёпот.

- На твоём месте, я бы был чуточку спокойней. Видишь ли, всё-таки она из второго отряда, а у них сперва бьют – после спрашивают. Просто не хочу очередной свалки, Маширо-тян… - спокойно так говорит и покосился глазом на беловолосого, которого уже расценивал как первого кто врежет тому, кто покушается на жизнь девушки в маске кузнечика.

– Чтоб у меня так тайчо себя вёл. Защищал и оберегал, но нет ведь, судьба выдала мне самого сильного, но и самого страшного тайчо. Ему ведь плевать где я и что я, что я не пил саке, пожалуй, пора найти друга – большого и сильного, который бы смог закрывать меня. Но, чёрт побери, тут нету ни Ибы-сана, ни Комамуры-тайчо. Ох, почему здесь нету хотя бы Нанао-сан, которая хоть и строга, но может бы присоветовала что-то. Вот он злой рок людей пьющих саке. Если ты не допиваешь, потом у тебя ситуации вроде этой, если ты же допил и лежишь в виде мебели, то с утра сплошные проблемы. Да и ещё, тебя сторонятся.
Надо спросить у Кьёраку-тайчо, как он умудряется пить и быть таким сильным капитаном. Возможно, стоит и с ним поговорить, ибо 11 отряд после этого сражения не дом мой больше.
- последний штрих и напев маленькой песенки.

- На берегу очень тихой реки, в дебрях священных, у чистой воды...

Отредактировано Makyo Baian (2010-05-13 01:26:31)

0

30

Подсознательно Кира чувствовал, что разговор  о бывшем капитане принимает все более опасное направление. Сейчас, как никогда, следовало тщательно обдумывать и взвешивать каждое слово, чтобы ненароком не сболтнуть чего-нибудь лишнего: того, что могло скрываться в потайных уголках его души и вовсе не предназначалось для посторонних ушей. Но неосторожные слова вайзарда уже разбередили старую рану, и воспоминания о былых днях против воли всплывали в памяти лейтенанта. С некоторых пор Изуру отчаянно желал их забыть, но в то же время, противореча сам себе, боялся потерять, хоть и прекрасно понимал, что цепляться за прошлое бесполезно. Однако последняя фраза его беловолосого собеседника несколько удивила Киру, и золотистая бровь непроизвольно поползла вверх. После предательства Ичимару, он не слышал ни одного лестного отзыва о бывшем командире, и счел бы, что ему показалось, если бы не прямой и чуть насмешливый взгляд, устремленный сейчас на него. О том, были ли слова Кенсея искренними, или это  очередная тонкая издевка, Изуру подумает как-нибудь потом, а пока…
- Неплохим,- эхом отозвался он, поднимая глаза на вайзарда,- сложным… но неплохим.
Он и сам не смог бы сказать, что заставило его ответить абсолютно честно, произнеся именно те слова, что уже давно вертелись у него в голове, но Кира совершенно точно не собирался забирать их обратно.
- А что касается преданности,-  голос лейтенанта был тих, но непривычно серьезен,- то это не то, о чем бы я хотел сейчас говорить.
Преданность человеку и преданность системе – разные вещи. И самое неприятное – когда они противоречат друг другу. Прочувствовав это на собственной шкуре, Изуру мог бы многое теперь рассказать, но если такому разговору и суждено было состояться, то уж точно не здесь и не сейчас: тут слишком много лишних глаз, и начинать еще более опасную беседу Кира вовсе не стремился (ему и так казалось, что последние полчаса он ходит по лезвию ножа).
«Девятый отряд. Тоусен Канаме. Эксперимент…» Вайзард дал ему интересную пищу для размышлений, и Изуру уже хотел поподробнее его расспросить, но какое-то неясное, тревожное чувство заставило смерить свое любопытство. Кира привык доверять интуиции, и все вопросы мигом застряли в горле, так что он лишь кивнул на слова Кенсея, внимательно слушая и одновременно пытаясь разобраться в своих ощущениях.
Еще один кивок - на этот раз чуть более долгий и с легкой улыбкой - в ответ на благодарность за лечение (и здесь в искренности слов вайзарда Изуру не сомневался). «Думаю, мы бы нашли общий язык»,- неизвестно к чему подумал Кира, а в следующее мгновение его ясно настигло осознание того, что на поляне они больше не одни. Приближение знакомой рейацу чувствовалось весьма отчетливо, но не успел Изуру удивиться, какого черта здесь делает его третий офицер, как в паре шагов от него из шунпо вышла лейтенант второго отряда собственной персоны. Выглядела она, стоит признать, довольно внушительно: потрепанная, местами порванная форма и живописно разбросанные по ней пятна крови (своей или чужой, не разобрать) - в корне отрицали идею о том, что Хэйджин без приключений довела Рукию обратно в Сейрейтей. Скорее уж, все было совсем наоборот.
Девушка поздоровалась и, игнорируя всех присутствующих, сразу поинтересовалась у Киры положением дел. Она выглядела спокойно и собранно, но, судя по напряженной позе, была готова мгновенно отреагировать на любое изменение ситуации. Изуру уже собирался ответить, что все под контролем, но был бесцеремонно перебит Маширо, которая буквально вклинилась между ним и Хэйджин. Глупо было ожидать, что зеленовласка усидит на месте, когда на сцене появились новые действующие лица, но гневная тирада, полетевшая в сторону лейтенанта второго отряда, могла в одночасье нарушить то хрупкое равновесие, что было достигнуто с таким трудом. Изуру почувствовал непреодолимое желание провалиться сквозь землю, но, к сожалению, такой роскоши он себе позволить не мог. Потому он лишь бросил умоляющий взгляд на Кенсея, мысленно прося «ну хоть что-нибудь с ней сделать!» и переключил свое внимание на Хэйджин, стараясь предотвратить возможную ссору.
- Хэйджин-сан, - торопливо заговорил он, прекрасно понимая, что терпение у Ко далеко не железное, а учитывая специфику ее работы, так и подавно,- прошу, не делайте опрометчивых выводов. Нам удалось разрешить конфликт дипломатическими методами, и господа вайзарды согласились добровольно проследовать в Сейрейтей. В применении силы нет необходимости.
За словесными прениями Кира совсем забыл о еще одной рейацу, которую почувствовал поблизости еще до появления Хэйджин, и только бодрый голос, раздавшийся у него за спиной, напомнил о третьем офицере его отряда, видимо, прибывшем им на подмогу вместе с девушкой. Обернувшись, Изуру несколько мгновений созерцал растрепанную серебристую макушку припавшего на одно колено парня. Складывалось впечатление, что того не очень занимала происходящая перепалка (хотя, возможно, так оно и было), и он лишь ждал приказа от лейтенанта.
- Встань, Саката,- негромко произнес Кира (снова разболелись ладони, и на официальный стиль просто не было сил).- Скажи мне, по чьему приказу вы прибыли и какова обстановка в Сейрейтее?
«Как отреагировал сотайчо, и какие меры приняли относительно вайзардов?»- подразумевал его вопрос. Естественно, Изуру не просил разглашать особо важную информацию в их же присутствии, но должен был составить хоть какое-то мнение о царящей кругом атмосфере.

+5

31

Отвечая на необычный и неожиданный разговор, лейтенант в удивлении поднял бровь, и, увидев это, Кенсей поневоле среагировал так же - только брови вайзарда сошлись к переносице. Мысли, породившие такие эмоции, наверняка были сейчас очень похожи у обоих. Если простой вопрос о капитане был логичен в обстоятельствах разговора, то теперь, говоря о предательстве, они явно перешли грань уместности. Но это не было удивительным для Киры, по крайней мере, по мнению Кенсея. Вряд ли для кого-то из преданных лейтенантов это не было больной темой. Ведь их бросили капитаны. А вот зачем развил этот разговор Мугурума, ему самому было не очевидно. С одной стороны, не за чем было обсуждать это, особенно сидя вот так на полянке после боя. С другой стороны, он сказал то, что думал, и ничуть не считал, что сделал это зря.
Причины этого упирались в мировоззрение бывшего капитана девятого отряда. Он до глубины души был воякой, и только сверху это было прикрыто чем-то ещё. Фактически, практически все отношения с окружающим миром строились у него на основе военной иерархии. Не в таком грубом плане, что он строго всех воспринимал только соответственно званию. Нет, скорее эта иерархия была изначальной, подсознательной основой для построения картины мира. И это очень сильно сказывалось. Кроме того, было и не только это - иногда его отношение к каким-то вещам основывалось так же на военных принципах. Так было и сейчас: для него сам факт того, что Ичимару был неплохим капитаном, был важным и стоящим того, чтобы его озвучить. Но только это ни на что не влияло - он оставался предателем. Другое дело, что личной ненависти к нему Кенсей не питал. Он не был склонен к такому закоренелому негативу по отношению к кому-либо, если только на это не было сознательного повода. Ичимару же не принимал прямого участия в чём-либо, кардинально испортившем вайзарду жизнь в отличие от Айзена. И Тоусена.
- В Готей-13 не принято вспоминать тех, кто покинул ряды. - проговорил вайзард, следуя своим мыслям и практически переча разговору, который сам же начал. Он не знал, что сказать на слова Киры о том, каким капитаном был Лис - потому что по ощущениям он был скорее рад, что это было так, но вслух сказать это язык не поворачивался. По разным причинам, и потому что не принято вспоминать - тоже. И сам он, и его друзья испытали это на собственной шкуре.

Продолжить разговор Мугурума не успел, потому что в воздухе чётко ощутилась рейацу шинигами, приближающегося к ним.
"Видимо, это всё же подкрепление из Готей-13." - это не удивляло вайзарда, скорее наоборот он ждал, что подкрепление появится. Только то, что шинигами был вроде один, казалось странным. До тех пор, пока на поляну не выступила девушка-лейтенант, скрывавшая духовную силу так искусно, что почувствовать её было практически невозможно. Так, как умеют только шинигами второго отряда, славящиеся своим умением скрываться (как и многими другими умениями).
Если бы Кенсей не собирался отправиться в Сейретей, такая подмога могла бы создать трудности, но такого у бывшего шинигами в планах не было. Именно поэтому, убедившись, что прибывшая девушка не обнажает оружия, первым делом он хотел с ней поговорить. Только во вторую очередь он подумал о том, что Маширо запросто может сейчас что-нибудь выкинуть, и значит, её надо держать. Однако, подумал он слишком поздно.
От неожиданности первые несколько секунд он тупо наблюдал, как Куна недвусмысленно разжигает абсолютно сейчас ненужную рознь. Выражение его лица оказалось быстрее реакции мозга, потому что бешенство стало на нём проступать на глазах. Бросив взгляд на Киру, видимо, так же несколько оторопевшего, Мугурума наконец собрался вмешаться. Правда, Макьё, так и не растерявший боевого духа, сделал это раньше.
"Это талант - постоянно попадать под руку," - с мгновенно вскипевшим раздражением подумал вайзард, решительно выходя вперёд. На то, чтобы за шкирку убрать с дороги офицера одиннадцатого и, взяв Маширо за плечо, её легонько встряхнуть ушло ровно три секунды.
- Эй, - довольно грубо прозвучавшее междометие в исполнении Мугурумы звучало почти как обращение, - Молчи. - весьма внушительным тоном рыкнул он и перевёл взгляд на лейтенанта второго отряда, ожидая, когда договорит Кира, чтобы вставить своё слово. - Да, мы пойдём в Сейретей, чтобы спокойно разобраться. У нас нет намерения драться. - сказал вайзард, прямо глядя девушке в лицо. Но толком разглядеть её и составить какое-то мнение он до сих пор так и не мог - слишком большую долю его внимания занимала Куна и старания избежать конфликта. Может, он всегда был и не против боёв, но не тогда, когда цель его совершенно не понятна, а боеспособна из двоих практически одна Маширо.

+2

32

ооф: ну и гигантер >.< и с чего все взяли, что я тут же брошусь разводить конфликт?
Макьё-сан, у меня не черные, а каштановые волосы.

Хэй с одобрительной улыбкой встретила Гинтоки, моментально занявшего своё место подле лейтенанта. Он замечательно справился с поставленной перед ним задачей, и теперь любая ответственность, связанная с этим шинигами, снималась с её плеч. Другой вопрос, что чувство облегчения, последовавшее за моментальным осознанием этого факта, довольно скоро испарилось.
Лейтенант все ещё вопросительно смотрела на Киру, когда дорогу ей перегородила девушка с яркими салатовыми волосами. Откровенно раздражающая внешность вполне соответствовала её поведению, но реагировать агрессивно без объективной причины, вопреки мнению большинства, лейтенант второго отряда не собиралась. Случись что-то подобное где-нибудь при других обстоятельствах, Ко быть может и спустила свой характер с поводка, наезжая на вайзарда в ответ, но сейчас обстановка явно не способствовала подобному поведению.
Рефлекторно мышцы девушки, стоило только Куно двинуться в её сторону, напряглись. И сейчас, несмотря на внешне небрежную позу, лейтенант была готова любым образом отреагировать на её действия. Взгляд Хэй скользил по выражению лица Маширо, её позе, положению рук и ног, собирая информацию. Лейтенант подмечала не только и не столько то, что и как говорила Куно, она следила за тем, как девушка двигалась, заранее выбирая те места, в которые, в случае, если боя будет не избежать, можно будет ударить наиболее эффективным способом.
"Союзников?" - девушка, удивленно приподняла бровь, выцепив из гневной тирады всего одно слово. "Похоже, они все поют одну и туже песню, но на разный лад", - она вспомнила рассказ Хинамори о её коротком диалоге с Хирако. Конечно же, вероятность того, что вайзарды сговорились имела место, но просто игнорировать одну и туже информацию, полученную из разных источников Ко не могла. "И почему у Лизы не возникло желание почесать языками?" - мысленно цокнула Хэй, сохраняя несколько отстраненное выражение лица. Разговор с Маширо сходу не представлялся ей простым.
- Неужели я похожа на человека отвечающего за действия Зараки Кенпачи? - с искренним любопытством и легкой насмешкой поинтересовалась Ко. Вряд ли подобная реплика способствовала в дальнейшем разговору по делу, но Хэй не сдержалась. Её настигло ощущение неправильности происходящего. Иногда так бывало, что события происходящие последовательно, по одиночки не вызывали никаких особых возражений, на них попросту приходилось реагировать постепенно, но сейчас, похоже, ситуация в глазах Ко достигла своего пика. Казалось, унылое и пасмурное утро, когда она нехотя проснулась, было давным-давно. Абсолютная тишь, преследовавшая их на протяжении года и прерываемая только срывом печати на Вратах, внезапно сменилась водоворотом событий. Ещё утром Хэй вроде бы хотела чего-то подобного и вот теперь не была уверена, что довольна исполнением этого желания.
"Мм?.." - явление некоего офицера за спиной Маширо лейтенант наблюдала практически с отстраненным любопытством, смирившись с несколько неадекватным ходом событий. Похоже, молодой человек ни разу не слышал о том, что лезть между молотом и наковальней, как минимум, опасно, а представление, пожалуй, самого собранного и исполнительного отряда, кучкой головорезом может не понравиться их лейтенанту. "Пахнет саке", - не сдержавшись, сморщила курносый носик девушка. Ей, никогда не отказывающейся в свободное время от пиалочки хорошего алкоголя, почему-то до ужаса не нравились подвыпившие мужчины, особенно, если они лезли не в свое дело.
- Хотелось бы знать, у офицера какого отряда такое дикое мнение, которое к тому же, судя по всему, поддерживается со стороны лейтенанта третьего отряда, - ни к кому конкретно не обращаясь, проговорила Хэй. Наградив Изуру взглядом "и ты, Брут", девушка тяжело выдохнула. Было бы неплохо, если бы Кира кратко растолковал, как они до жизни такой докатились, а не делал выводы, будто бы напрямую вытекающие из слов офицера. - Изуру-фукутайчо, я никогда не стану применять силу без необходимости, - спокойно проговорила Хэйджин, по большей мере не отвечая на реплику Изуру, а обозначая вслух свои намерения.
"Дипломатическими методами?.. Вот значит как", - как и в случае с Маширо Хэйджин вычленила из слов лейтенанта только нужную информацию. "Я бы после общения с Зараки тоже выбрала дипломатически методы", - про себя хмыкнула девушка, впрочем, не позволяя себя увлечься сторонними мыслями. На данный момент стукнуть вайзардов ей хотелось чуть ли не в последнюю очередь. Для них ожидать агрессию, по крайней мере, последовательно. К её большему сожалению, Изуру, к которому она обращалась в первую очередь, не сказал ей ничего такого, чтобы сколько-либо прояснило ситуацию. "Ну... хотя бы удалось узнать, что шинигами не заложники".
Прежде чем Хэй удалось продолжить разговор с Изуру, лейтенант переключил свое внимание на Саката, а в её сторону довольно твердым шагом направился Мугурума. Обменявшись репликами со всеми представителями этой разношерстной компании, девушка, откровенно говоря, не ожидала от бывшего капитана какой-либо логичности, но он не только сделал единственно верное действие - убрал маячившую перед её носом зеленовласку, довольно властно посоветовав ей не ступать в диалог, - но и подтвердил слова Изуру.
- Вот и чудненько, - лейтенант второго отряда открыто улыбнулась. - Наши желания совпадают, Мугурума Кенсей. Я также хочу спокойно во всем разобраться, - Хэй не врала, она просто подбирала те слова, которые лучше подходили ситуации. Её недоверчивое отношение к вайзардам в целом и к ситуации в частности никуда не делось. Но имея возможность договориться обо всем мирно, было бы глупо не попробовать. Если вайзарды пойдут навстречу, возможно, им очень скоро удастся выяснить, что на самом деле произошло в месте, где должны были вестись переговоры.
- Но ответно, я прошу вас сдать оружие, - прямой взгляд зеленых глаз был направлен на вайзарда. Мужчина создавал впечатление человека, трезво оценивающего обстановку. Он на данный момент в её глазах был единственным, с кем действительно можно было вести переговоры. - Моё имя Хэйджин Ко, я лейтенант второго отряда. Официально вы будете арестованы по предъявленным вам обвинениям и заключены в камеры на территории второго отряда. Поступить иначе не в моей компетенции, - заранее прерывая все возможные возражения, сказала Хэй, переводя взгляд на Маширо. - Может быть, вам кажется, что у Готея-13 "посносило крышу". Но это не так. Вы и ваши товарищи живы, а представители шинигами, которые должны были встретить вас в Руконгайе, мертвы, - в её голосе прозвучали стальные нотки. Девушку, разумеется, радовало, что шинигами смогли найти “дипломатический подход” к данной ситуации, но больше всего та легкость, с которой они верили вайзардом, говорила о том, что они забыли о жертвах со своей стороны. Для неё, как для представителя второго отряда, подобное оправданное поведение было в порядке вещей. Но ни офицер, ни Изуру таковыми не были. Им можно был позволить себе и желание защищать, и благородство, и слепую доблесть. - Все, что я могу обещать со своей стороны - как только в Руконгайе установится мирное положение, представители шестого и второго отрядов приступят к полноценному расследованию. До его окончания, вам будет обеспечена медицинская помощь и пища. При вашем содействии расследованию, никто бездоказательно не будет применять к вам агрессивные методы.

+5

33

Зеленовласка почувствовала, что после ее необдуманной реплики внезапно за спиной появился Макьё Байан, вот только того, что он начнет ей нашептывать на ухо слова предостережения девушка не ожидала. Опять этот противный запах саке настойчиво лез в нос. Она не любила алкоголь, но и не брезговала им в компании. Она привыкла делать все наоборот. Привыкла жить наоборот. Вот и сейчас ей так хотелось поставить на место горе-советчика, который считал, что видимо она была бездумной камикадзе, которая совершенно не представляла, чем может обернуться ее глупый поступок. Интересно почему нас должно интересовать, что хотят эти предатели? Предателями были в ее понимании шинигами, да она скучала по ним, но все же и не могла забыть, как с ними обошлись в прошлом. Сейчас старая рана начинала кровоточить. Она не смотрела на Макьё, по сути она ждала ответа от шинигами. Вот только ответить не успела, так как Кенсей грубо окликнул ее. Даже, если он не назвал имени или фамилии, то естественно, что обращался таким тоном именно к ней. Вроде бы она и понимала, что не следует продолжать строить из себя дурочку, что вот он самый замечательный момент, чтобы продемонстрировать хотя бы зачаток чего-то разумного, имеющегося в наличии у нее в зеленоволосой голове, но только вот внутри бушевало так много невысказанных чувств, эмоций, слов, а сейчас превалировало раздражение и обида над всем остальным. Так что встряска от Мугурумы не помогла. Девушка лишь позволила ему "поиграть с ней", как с бесчувственной куклой, которую трясут, когда она не угодила, потому что она ведь кукла - что-то пластмассовое и неживое, что-то само собой разумеющееся. Что же я помолчу еще немного, но не обещаю постоянно молчать и носить фарфоровое лицо. Как пожелаете капитан. Странно больше всего почему-то ей не нравилось, как сейчас себя вел Кенсей. Он задевал больнее, но естественно она бы никогда в этом не призналась и не подала виду.
- Бу! Какие вы все серьезные. Маширо уже даже нельзя пошутить. Ладно раз капитан говорит помолчать, Маширо помолчит. В виде исключения. - Легко, непринужденно и на губах красовалась такая сияющая улыбка, которая не исчезала, даже, когда представившаяся шиноби посвящала их в курс дела. У Маширо почти на каждую реплику Хейджин Ко возникало по своей личной реплике, которые, если бы она озвучила, то к трупам шинагами прибавился бы труп вайзарда, потому что Кенсей навряд ли смог бы долго спокойно стоять в сторонке, ну или просто шиноби разобралась бы с ней по своему. В своем таланте выводить из себя окружающих она не сомневалась. Но именно сейчас не стала им пользоваться. Глотала слово за словом и улыбалась, вот только на последней реплике не выдержала. И свое раздражение решила высказать иначе. Она просто откровенно и можно сказать что искренне рассмеялась, когда Хейджин Ко закончила. Ей не было весело, но выявилось весомое такое противоречие. Уж верить, что бездоказательно никто не посмеет применить агрессивные методы после их столкновения с Зараки было бы наивно до нельзя, да это было и не единственным.  Да, и это после слов, что за действия этого варвара она не отвечает. А потом где были вообще эти доказательства? Где? Лишь трупы, которых сама Маширо даже не видела?
- Ах простите Шиноби-тан, Маширо просто понравилась песенка того офицеришки.. а вы можете продолжать свои взрослые разговоры. Маширо ведь молчит. - Она весело пожала плечами и по-прежнему непроницаемо и весело смотрела в глаза шиноби, словно абсолютно не слушала то, что та говорила, только вот вышла неувязочка, потому что рассмеялась Куна именно в самый нужный момент, всем своим видом подчеркивая свое отношение к той "проникновенной" речи, которую вела лейтенант второго отряда.

Отредактировано Kuna Mashiro (2010-05-16 22:08:55)

+1

34

Ручища Кенсея который с небрежностью силача, отмахнулся от него и даже оттащил в сторону. Признаться, блондин ждал хорошего удара в лоб, но Ками миловал и удара не последовало, его попросту отшвырнули в сторону, окончательно разодрав и без того рваную куртку с листьями. Видимо Мугурума перестарался потому, что у Байана на лице появилось такое выражение, которое каждый когда видел, старался обойти его стороной. Блондин начинал закипать, его могли недооценивать все и вся, но разве он не фигура и не заслуживает должного внимания, или цивилизованный метод обращения вайзардами был забыт. После длинных фраз высказанных со стороны лейтенанта 2 – го отряда и просьб, Байан решил вставить свои 5 копеек и сюда. Он старался принять всё во внимание и нормально отнестись ко всему, но данное происшествие попросту послужило последней каплей для события. Он спокойно подошёл к массивной фигуре, которая едва ли уступала физическими габаритами мощи Зараки и, потрогав за плечо, начал.

- Послушайте, я всё прекрасно могу понять. Но, это было моё любимое, теперь, рваное кимоно, я потратил часть его, чтобы перевязать твою рану, а теперь ты его рвёшь до последнего клочка. Как это называется?! – закипание Байана было сродни тому, что где-то с горы Фудзи таки начал сходить гигант, а на самом деле у молодого шинигами попросту закончилось терпение. Внутри гудел паровой свисток и повсюду бегало кучу молодых людей с саке, нагинатами и неординарными манерами. Глаза юноши напоминали инферно или что-то такое, он сдерживался.

- Я принимаю во внимание и бывший ранг и силу. Ты можешь спокойно убить меня, в один удар. Но прежде чем ты его сделаешь, я хочу сказать одно. Можно было, и попросить языком, а не хватать меня, словно мешок с песок и отодвигать в сторону. Я всё сказал… Кенсей-сан… - выделив последнее так, чтобы тому действительно стало понятно, какое отношение у него сложилось от таких действий к вайзардам и их намерениям. Нет, большой обиды не было, но этот принцип «Эй, ты, что тут забыл?! А ну дуй в сторону, если 7 офицер.» . Светлые и мокрые волосы напоминали хаос на поле пшеницы под солнечными лучами, обрывки светлого и когда-то красивого кимоно были сжаты в руке. Чёрная и потрёпанная форма вместе с клинком в ножнах довершали одежду блондина, который в данный момент стоял напротив беловолосого экс-тайчо и смотрел тому в глаза. Лейтенант второго отряда, Гинтоки, Кира, Маширо - все для него пропали, был только он. "Брат" Маширо.

– Отринь страх. Если ты боишься, значит, ты трусло и враг никогда не будет бежать от тебя. Встань! Преодолей свой страх, стань сильным и не бойся никого, пусть даже если его сила неизмерима. Таких нету. Сила любого может быть сломана. Верь в себя… вот и всё… – спокойный взгляд уже утихшей бури и он продолжает стоять, возможно, на пороге своей смерти, а возможно ему что-то и скажут. Ему уже нечего терять, для ребят отряда Зараки самой большой проблемой являлся проигрыш врагу, а он уже проиграл – так что конечная тропа, возможно даже стоило бы сочинить хокку.

– Три шинигами на ветру, холодное саке распивают… вот идиоты, лучше бы взяли что-то более тёплое. – напутствовал их Байан и вздохнул. Бесстрашие переполняло его фигуру, и в ней также была мощь. Не сродни той, которая была у капитанов, но своя - офицерская, в глазах мерцали и играли огоньки.

Отредактировано Makyo Baian (2010-05-18 22:15:11)

+1

35

Слушая слова Хэйджин, вайзард прямо и совершенно серьёзно смотрел ей в лицо. Сложившееся положение можно было рассматривать с очень разных позиций - от недоверия к предавшим их шинигами до обиды на неминуемый арест. Но Кенсей среди всех вариантов выбирал один конкретный. Для него всё это в первую очередь оценивалось с точки зрения воина. Лейтенант оказалась первой за весь сегодняшний день, кто говорил строго по делу, кто имел план действий и отвечал за свои слова. Кроме того, её лицо создавало впечатление человека умного и честного, что в глазах Мугурумы играло значительную роль.
Несмотря на то, что арест - весьма сомнительной радостью, очевидно было, что избежать его так или иначе нереально. В таком случае стоит приложить усилия к помощи следствию. И ещё более актуально это, учитывая, что их друзья попали в такую же беду, но настолько адекватного шинигами им могло не встретиться.
Прежде чем как-то среагировать, вайзард несколько секунд смотрел собеседнице в глаза. А потом уверенным движением вытащил занпакто вместе с ножнами и, повернув горизонтально, протянул лейтенанту.
- Я понимаю, что таковы ваши полномочия, и не вижу для нас иного решения, кроме как оказать возможное содействие, Хэйджин Ко. - твёрдо ответил вайзард. И, помедлив, добавил чуть понизив голос. - Занпакто - не единственное наше оружие. - Ещё на мгновение он задержал на лейтенанте взгляд и повернул голову к Маширо, только сейчас реагируя на её действия - после того, как ответил Хэйджин.
Даже если бы смех девушки не был настолько красноречивым, Кенсей бы почувствовал её отношение - слишком понятно оно было, хотя сам мужчина и считал иначе. Куна была зла на шинигами, она не верила им, и согласие на заключение не было в её глазах верным решением. Эти чувства не сложно было понять, но, даже в этом случае, драка с шинигами сейчас была слишком рискованной затеей.
Хотя выражение лица вайзарда недвусмысленно намекало на то, чтобы Куна последовала его примеру, он отступил на полшага назад, обозначая намерение сказать что-то предназначенное только Маширо, и наклонился к ней.
- Маширо, - произнёс он негромко, но в голос, - Готей-13 - это не только организация. Это шинигами, которые её составляют. - он пристально смотрел ей в лицо, на минуту забыв, что его бывшая фукутайчо - капризная дура (как он всегда полагал). Он не стал ничего добавлять, надеясь, что она сама подумает о том, что шинигами Готей-13 полчаса назад спас ему жизнь.
Мугурума собрался было ещё что-то сказать Хэйджин, но в этот момент между ним и девушкой возник неугомонный боец. Не только с претензиями, но, судя по дикому взгляду, ещё и во гневе. Страшном. Может быть в другое время вайзард и обратил хоть какое-то внимание на жалобы парня, но только не сейчас. Когда важный разговор с лейтенантом второго отряда был так нагло прерван уже успевшим надоесть офицером, сорванное терпение тут же отразилось на злобном лице Кенсея. Широкая жутковатая усмешка расплылась на лице, когда он перевёл взгляд на собеседницу.
- Заранее извиняюсь за агрессивные действия в адрес представителя Готей-13. - прокомментировал он с оттенком иронии и, выразительно сжав кулак, второй рукой за шиворот переставил бойца так, чтобы за его спиной не было девушки.
- Всё, парень, ты мне надоел. - сказал он и двинул ему в челюсть с таким расчётом, чтобы шинигами улетел и в ближайшие полчаса больше не появлялся в поле зрения.

+4

36

Конечно же Гинтоки ожидал, что обоих шинигами тут воспримут вряд ли не в штыки, однако подобный взрыв эмоций, со стороны зеленоволосой девушки он не ожидал, все таки они не в том положении, что бы вести себя подобным образом. Хотя, учитывая, что ее союзник, реяцу которого было сравни капитанскому был более или менее в форме, вопрос о преимуществе в силе всплывал. Однако, зная своего миролюбивого начальника, а так же зная методы его работы, Саката позволил себе расслабиться. Кира-фукутайчо не допустит бесполезного кровопролития. Хоть седовласый офицер и не смотрел на лейтенанта щенячьими глазами, как большая часть их отряда, но он уважал силу воли и исполнительность. Ведь теперь Изуру отвечал за весь санбантай, а значит негласно взял на себя полномочия капитана. Большая часть Готей 13 и не догадывалась о том, какая сложная работа у старшего офицерского состава, но Гинтоки пришлось с подобным столкнуться, раз он был правой рукой фукутайчо. Но надо бы вернуться к реальности, в которой к нему обращается старший по званию. Он получил разрешение на подъем, но прежде чем оторваться кулаком от земли, сансеки решил доложиться.
- Кира-фукутайчо, исполняя дневную работу, я пропустил сигнал тревоги, а когда узнал о нем, то вы уже покинули Сейрейтей. Мое нахождение здесь - это следование изначальным распоряжениям со-тайчо. - все же вайзарды пока что не изъявили желания проследовать в Готей, поэтому суть приказа не должна была быть раскрыта, каким бы приказ не был. Поэтому таким намеком, Саката пытался заставить лейтенанта припомнить формулировку приказа, в котором третий отряд должен был отправляться в Руконгай. - Поэтому при помощи Хейджин-фукутайчо, я смог отправиться на ваши поиски. - Это Гинтоки протянул, постепенно возвращаясь к обыденному тону, будто слова из него вытягивают здоровенными ручищами, а сансеки этому всячески сопротивляется. - Что касается обстановки в Сейрейтее, то вторым отрядом, туда был доставлен пленник. Женщина без сознания. - О том, что она была ранена и ей была вызвана медицинская помощь, Саката не говорил, и даже не бросался многозначительными взглядами в сторону ”вторженцев”. После того, как шинигами закончил говорить, он наконец поднялся с колен и слегка подтянулся, похрустывая суставами и наблюдая развернувшееся действо. Но к сожалению оно было до ужаса скучным, и если бы не стоящие близ него офицеры, то Гинтоки бы уже уселся под ближайшим деревом и вздремнул. Даже вставить мизинец в нос и исследовать его, было бы интереснее, нежели смотреть на то, как некий офицер из пафосного героя какой-нибудь ова, становиться мешком с чем-то не очень понятным, который более сильный шинигами решил встряхнуть, да бы угодить своей... Что бы понять, кем они друг другу приходятся, Саката не смог подобрать слова. Все шло к разрешению конфликта без применения оружия и подобных вещей. Поэтому седовласый сансеки отвернулся от всех в сторону солнца, прикрывая глаза и нежась в его свете, ощущая как последние лучи освещают сцену и его лицо. Обычно в такие моменты его мысли начинают плыть в какое-нибудь из направлений, куда примется литься поток воображения шинигами. Но в данный момент, Саката не позволил такому случиться, настороженно слушая краем уха происходящее, а именно после того, как прошла небольшая беседа между присутствующими, раздался легко различимый звук встречи двух костей. Судя по всему, тот офицер получил долю ”любви и мира” от кого-то из Вайзардов. Кого именно? Не важно, сейчас Гинтоки мысленно сгустил тучи над берегом этой неизвестной речушки. Рука невзначай легла на рукоять нодачи, который покоился за спиной шинигами. Проигнорируют ли более старшие офицеры этот ответ на провокацию более младшего офицера, либо встанут за защиту сослуживца? Логика подсказывала, чтобы избежать дальнейших конфликтов, шинигами сделают вид, что не заметили того, что произошло, а если блондин потерял сознание, то Гинтоки придется просто его тащить, как все тот же мешок, наполненный чем-то непонятным. В любом случае перспективы были не самые радужные для сознания такого лентяя, как сансеки третьего отряда.

Отредактировано Gintoki Sakata (2010-05-27 15:26:05)

+2

37

Последняя фраза вайзарда, адресованная Изуру, поставила ощутимую точку в их странном и неуместно-откровенном разговоре. Действительно, «не вспоминать тех, кто ушел» было негласным правилом в Готей-13. Не обязанностью, прописанной в Уставе, а скорее своеобразной традицией, которой придерживались и рядовые, и капитаны. И неважно, ушел шинигами в отставку, погиб в бою или просто бесследно исчез одним пасмурным утром, провожать его, ровно как оплакивать или искать, было не принято. После близкого знакомства с методами работы второго отряда, насчет последней категории «покинувших ряды», у Киры сложилось кое-какое личное мнение, однако он никогда не высказывал его вслух. В такой организации, как нынешний Готей, говорить то, что думаешь, тоже было «не принято». Лейтенант не сомневался, что у вайзарда, как и у него самого, еще нашлось бы, что сказать, и, возможно, этот разговор когда-нибудь будет продолжен в более неофициальной обстановке, но сейчас существовали дела поважнее.
К большому облегчению Изуру, лейтенант второго отряда отреагировала на словесный выпад Маширо довольно спокойно, с легкой иронией отвечая на ее претензии. Создавалось впечатление, что произошедшая сцена скорее позабавила Хэйджин, чем разозлила. В любом случае, использовать какие-либо силовые меры она явно не собиралась, о чем не преминула сообщить Кире. В ее словах прозвучал легкий, почти незаметный упрек, но Изуру все же обратил на него внимание. Не то чтобы он подвергал сомнению способность шинигами второго отряда трезво оценивать ситуацию (в этом они легко могли дать фору любому другому отряду), но в силу своей природной недоверчивости и желания лишний раз подстраховаться, Кира хотел быть уверенным, что казусов больше не произойдет (хоть и знал, что эти его качества порой весьма раздражают окружающих).
- В вашем благоразумии я и не сомневался,- примирительно произнес он и добавил, чуть понизив голос:- это ведь не первая ваша встреча с вайзардами за сегодняшний день, не так ли?
Кенсей вмешался как нельзя кстати, своевременно и довольно безапелляционно осадив свою подчиненную. Видимо, к такому обращению зеленоволосая давно привыкла, более того, слова ее бывшего капитана  были, наверное, единственным, что имело на нее влияние. Пробормотав что-то про серьезных и скучных шинигами, она наконец замолчала (всем своим видом выражая «только ради тебя, Кенсей!»). Глядя на то, как вайзард без лишних вопросов отдает Хэйджин оружие, Кира понял, что начинает чувствовать к нему все большее уважение. Что бы там ни случилось в прошлом, и как бы Готей не клеймил их предателями сейчас, но одного взгляда на Мугуруму было достаточно, чтобы понять, что капитанская гордость и чувство собственного достоинства никуда не делись.  «Похоже, даже сто лет изгнания не смогли сломить столь сильный дух».
В общем, ситуация развивалась вполне приемлемо, и Изуру счел возможным ненадолго отвлечься на своего офицера. Выслушав его краткий доклад, лейтенант на мгновение нахмурил брови, стараясь припомнить точную формулировку приказа, полученного утром от сотайчо.  Утро, казалось, было целую вечность назад, но, если Кире еще не изменяла память, то третьему отряду было велено находиться в состоянии боевой готовности, но не предпринимать каких-либо действий самостоятельно. Иначе говоря, они были «в запасе», на случай, если что-нибудь произойдет. И если уж на то пошло, то первоначальной целью визита Изуру в руконгай был вовсе не поиск вайзардов. Впрочем, он сам был виноват, что перед уходом не дал третьему офицеру более конкретных указаний, и парень самовольно отправился на его поиски. Однако винить в этом Сакату Кира не собирался, справедливо рассудив, что здесь и сейчас от него будет больше пользы, чем если бы он остался в Сейрейтее и проспал весь день под хурмовым деревом в саду.
- Хорошо, я понял,- ответил Изуру, обдумывая его слова. Из всего вышесказанного следовало, что, по крайней мере,  четверых из восьми вайзардов удалось обнаружить и установить с ними контакт, что было само по себе довольно неплохо для одного дня, и вселяло надежду, что сложившийся конфликт в скором времени будет разрешен.
Резкий голос за спиной заставил лейтенанта повременить с размышлениями и повернуться к источнику шума. Внезапная перемена в поведении Макьё и поток гневных слов, изливающихся на Кенсея, заставили Киру всерьез задуматься о психическом здоровье седьмого офицера. Что именно взбесило парня, Изуру так и не понял, но по стремительно темнеющему лицу вайзарда, было ясно, что чаша его терпения уже переполнена. Кира знал, что произойдет дальше, но препятствовать не стал: если один разбитый нос предотвратит совсем не нужную сейчас потасовку, то так тому и быть. К тому же, раз на намеки и красноречивые взгляды Байан не обращал внимания, то придется поговорить с ним на «его языке», благо язык кулака в одиннадцатом отряде понимали хорошо.
Удар был не слабый, и, глядя, как Макьё с треском скрылся в ближайших кустах, Изуру вздохнул и возвел глаза к небу. «А как хорошо все начиналось…»
- Пойди посмотри, как он там,- обратился лейтенант к Сакате,- мы не намерены задерживаться здесь надолго, - и, помолчав немного, спокойно добавил:- И если ему что-то не нравится, пусть жалуется своему капитану.
Последняя фраза из уст обычно сдержанного и миролюбивого Киры прозвучала несколько странно, но и у его терпения был предел.

+2

38

Во взгляде, брошенном на лейтенанта третьего отряда, было откровенное недоумение. "Чего он пытается добиться, задавая подобные вопросы?!" - девушка выразительно приподняла бровь, давая понять, что вайзарды вряд ли сильно обрадуются, узнав, что шинигами, так старательно ведущая с ними переговоры, была именно той, кто доставила "женщину без сознания" на территорию Сейрейтея. "Твой офицер сообразительней и осторожней, Кира Изуру. Ты же либо не понимаешь, как это звучит, либо обладаешь гипертрофированным чувством справедливости. Какое неприятное качество!" - она оставила вопрос без ответа, предпочитая не поднимать эту тему сейчас. Позже Кира вполне может удовлетворить своё любопытство или у неё, или у Саката, являющегося косвенным свидетелем. Впрочем, был ещё один вариант. Вполне возможно, что ей придется удовлетворить любопытство Изуру по просьбе вайзардов.
Лейтенант второго отряда чуть более внимательно, чем нужно было, посмотрела на Маширо, пытаясь понять степень серьезности зеленовласой девушки. Собственно в каком-то смысле вайзард оправдала ожидания Хэйджин, не выразив радость по поводу её слов, но откровенного впадения в детство шиноби ждать не могла. "Она вообще понимает, в каком положении сейчас находится?!" - Ко нахмурилась, сводя ровные черные брови к переносице. Её губы сложились в упрямую складку, как бывало каждый раз, когда удавалось подавить вспышку праведного гнева. Хэй не было дело до такого рода выпадов, уменьшительно-ласкательных суффиксов и манеры речи. Если вайзарду так проще справляться со своими страхами (а Хэй считала, что вряд ли можно не бояться, находясь на враждебной территории и уверенно проигрывая), бороться с этим, вступая в спор, не стоило. К тому же, Маширо была права в одном - лейтенант шиноби, перед которым, между прочим, стояла весьма даже определенная задача. Куно могла дуться сколько угодно, чувства Хэйджин при этом вряд ли будут задеты, но вот общей лояльности контакта её поведение не добавляло. "Впрочем... о чем это я?" - на лице лейтенанта появилась полуулыбка. "Раз она собирается молчать, вряд ли возникнут какие-то проблемы".
- А Маширо-чан, не последует примеру своего капитана и не предоставит занпакто? – в ответ на кривлятельства поинтересовалась шиноби. Она не позволила своему настроению сколько-либо упасть. Все складывалось просто замечательно. Мугурума оказался именно тем человеком, каким она его себе представляла - честным, прямым, верно оценивающим ситуацию. Уже то, что дальнейшей схватки с ним не будет, радовало. То, что Кенсей скорее всего может контролировать свою женщину (а их отношения уж очень внешне походили на супружеские), радовало вдвойне.
- Нет, не единственное, - согласно кивнула шиноби, слегка сощурив глаза, будто бы закрываясь от солнечного света. "Именно поэтому в будущем вам ограничат рейяцу", - мысленно добавила Хэй, предпочитая воздержаться от подобных высказываний вслух. Ко точно не знала, что имел в виду Кенсей, её мысль была скорее отражением той последовательности действий, которой она собиралась держаться. Сдача оружия всего лишь символ. - Но думаю, пока этого жеста достаточно, чтобы не ожидать с вашей стороны агрессии? - её слова прозвучали поспешно, учитывая последующее появление "офицеришки".
У Хэй была стойкая аллергия на людей, совершающих откровенно тупые, необдуманные поступки не вовремя. Ничего не понимающие, не желающие понимать и даже не чувствующие ситуацию они частенько нарушали хрупкий баланс, приводя если не к трагедии, то к конфликту. Плохо было то, что довольно часто обстоятельства складывались таким образом, что даже умная и адекватная личность вполне могла попасть под воздействие таких поступков.
- Мугурума!.. - она хотела остановить вайзарда, но не успела. Девушка резко опустила руку, сжимающую его занпакто. "Ксо! И какой в этом смысл?!" - Хэйджин откровенно сморщилась, сдерживая желание ударить если не Кенсея, то офицера, который спровоцировал "заключенного" на агрессию. - Ну и что это, по-вашему, такое?! - вопрос был скорее риторический. Несмотря на не повысившийся тон, в голосе лейтенанта просквозило внутреннее раздражение. Хэй не было жалко шинигами, чья претензия, высказанная Мугуруме, лично ей казалась неадекватной, но не стоящей такой реакции и внимания. Именно это и злило. Если бы Кенсей не вспылил, она бы сама поставила на место офицера, но с его стороны такое же действие было агрессией, противоречащей словам о содействии.
"Все было слишком идеальным, чтобы оказаться правдой", - девушка лениво посмотрела на то, как Кира отдал распоряжения своему офицеру. Он выбрал позицию потворствования вайзарду. Вполне логично, учитывая, что находится в мирных отношениях с ними было выгодней и удобней, чем пытаться встать на защиту нелепого, блондинистого шинигами.
- Как он там, живой? - довольно ленивым тоном поинтересовалась она у Саката. "Неприятно, но переживаемо. Я уж точно последняя, кто будет отстаивать честь идиота. Другой вопрос, что, если он умрет, неприятностей не избежать". Удар не казался ей в полной мере сильным, но разница между их рейяцу была настолько очевидной, что можно было не избежать несчастного случая.
- У тебя хорошая реакция! - она перевела свой взгляд на Кенсея. Вести далее разговор о взаимном доверии, учитывая поведение вайзардов, было как-то наивно. "Можете пожаловаться капитану", - передразнила Киру девушка, явно недовольная тем, как складывались обстоятельства. "Конечно, может! Впрочем, меня это не касается". - Я смотрю, Мугурума, ты превосходно себя чувствуешь для того, кто недавно сражался с Зараки Кенпачи. Думаю, в знак признания своей вины и сожаления, ты вполне можешь помочь нам отнести тело этого несчастного в Сейрейтей, - она снова улыбнулась. В целом, это вполне попадало под её понимание справедливости. Бывший капитан должен был осознавать последствия своего поступка, но пожертвовал ими ради секундной блажи. Его право, но не только его дело. - И надеюсь, вы осознаете, что в Сейрейтее на вас будут одеты наручники блокирующие рейяцу. Мало ли, сколько ещё будет офицеров, которые  заслужат ваше недовольство, - говорила она об вайзардах в целом, и по большей части её слова были шуткой, но не без доли правды.

+3

39

Маширо в некой задумчивости наблюдала за тем, как Кенсей обменялся парой слов с девушкой шиноби. Не надо было быть телепатом, чтобы понимать, как в этой всей истории (да и не только в этой, а просто в повседневной жизни прошлого и настоящего) она выглядела в глазах других. Она и Кенсей были противоположностями. Вот он всегда такой серьезный, разумный, рационализм в действии. Сама себя она определяла как хаос, в центре которого было заложено рациональное веяние, только вот демонстрировать его она не желала. И ведь зеленовласка отлично понимала, что претензии к вайзардам от Готея в свете недавних событий обоснованны. А вот ее притянуты за уши. Нельзя сказать, чтобы она ненавидела шинигами, но тем не менее и не могла считать больше носителями справедливости. Если до этого она гордилась тем, что у нее была возможность стать шинигами и помогать душам, то год за годом научилась проглядывать и минусы подобной "профессии". События столетней давности лишь привнесли смертельную дозу яда. Яд, который убил последние остатки каких-то наивных взглядов на обязанности шинигами, долг шинигами и другие пафосные понятия, которыми так часто любят оперировать боги смерти.
Взгляд Кенсея был ей более, чем ясен, только вот расставаться с зампакто девушке абсолютно не хотелось. Она крепче сжала пальцы на гарде меча. Да, я это знаю! Можно не разжевывать как для полной идиотины картонной. Хотя что уж там. Удивлюсь, если ты думаешь, что в моей голове кроме опилков завалялись извилины. Она продолжала смотреть в глаза капитана, готовя выдать, что-нибудь, что-нибудь, ну хоть что-нибудь, только пока она готовила свою очередную лишенную разумности реплику, вмешалась Хей. Маширо резко повернула голову в сторону шиноби. Почему же Лиза проиграла ей? И это вопрос не толь о Лизе. С трудом мне верится, что такое возможно. Эта шиноби настолько сильна? Но в любом случае надо прекратить придуриваться, потому, что я могу подставить Кенсея. Его подлатали только только, Лиза у них. Это уже не подлежит сомнению. Глупый Шинджи... а остальных еще не нашли по всей видимости, хотя тоже не стоит особо надеяться, может они чего-то не договаривают, хотя смысл? Остается просто поверить Кенсею.
- А что, если я добровольно не отдам зампакто, Хейджин-сан, то в Сейретей вы вернете меня тоже без сознания? - Куна пугающе дружелюбно произнесла с очаровательной улыбкой на губах эту фразу. Она смотрела прямо в глаза шиноби и начала очень медленно доставать зампакто, но тут же протянула его в руки Ко. И вся ее фраза так и демонстрировала, что она отлично знает, кем была та женщина без сознания, и кто именно поспособствовал тому, что Лизу поймали.
- Но естественно проверять мы это не будем. Слово Кенсея закон. - Все еще держала в вытянутых руках зампакто. 
Все остальное происходящие совершенно ее не удивило. Собственно за что боролся офицеришка, на то и напоролся. Маширо раньше всех поняла, что последует за необдуманными словами Макьё. Если зеленовласка могла определить степень раздражения Кенсея, то Тыковка явно нет. Она лишь слегка поморщилась, когда тот схлопотал по лицу от ее капитана. Сочувствую тебе Тыковка-тан... Мне крупно везет, что я все-таки девушка, иначе наверно рисковала бы по неосторожности тоже получить в табло. Брр... Мрачная перспектива. 
На некоторое время после сдачи своего зампакто Маширо даже замолчала, так что сразу стало ясно, что ну очень тихо без ее капризов и закидонов, но это продлилось недолго, хотя она и обещала, но как говорится, обещанного три года ждут. Девушка опять выцепила самую интересную для себя фразу и пока Кенсей еще ничего не успел сказать, молниеносно заявила во всеуслышание.
- Доставку тушки того как его там значит.. ладно короче Тыковки-тана беру на себя я! Уж очень мне он приглянулся! - Радостным голоском, а главное не терпящем возражения, произнесла девушка. Не то, чтобы ей этого и правда хотелось, но чтобы Кенсей тащил ту оглоблю (рост то приличный был у офицеришки) после того, как его только-только залатали? Может Кенсей и качок, и на здоровье не жаловался, но все равно она не хотела лишний раз рисковать. Хотя была уверена, что сейчас получит за свою самодеятельность.

Отредактировано Kuna Mashiro (2010-06-03 18:35:10)

+3

40

Без замаха и слова, без мерцания клинка на водной глади, без отблеска жизни на воздушной глади. Байан уходил в свои далёкие края, которые были ведомы только ему. Танцующая гладь цветов, которые окружали его и были нарисованы на его куртке, теперь покоилась в виде венка на его голове. Он видел себя плывущим по течению реки, куда-то вдаль в неизведанные края, как когда в ещё живом теле полагал, что его тело унесёт река, и на его могиле вечно будут цвести красивый пион. Даже запах саке истощил себя, и запах цветов щекотал ему ноздри, он полулежал в сказочной долине из цветов и солнечного света. Вот так он и улыбался, держа на плече бочонок с заветным напитком и опираясь на нагинату. Только тут, он услышал какой-то странный шум вокруг себя и попробовал понять, что творится вокруг. Что мешало ему? Он сам не понимал, но этот мир вдруг дёрнулся раз, после цветы начали стремительно увядать и мир дрожал. Макьё пытался понять, что произошло и куда его занесло, почему всё вокруг кажется обманом или ложью. Разум упорно не хотел вспоминать, как он тут оказался, а ноги, словно вообще забыли о понятии «ходьба». Танцующая зелёная листва мигом оказалась осенней и вспыхнула, окружая Байана. Он стоял и приложил некоторое усилие, стараясь осмыслить кто, он такой и вообще что делает тут. Мысли давались с трудом, словно ему было сложно связать два или даже три слова, рука почти не повиновалась и мир резко исказился.

– Пион?! Где я? – резкая смена галлюцинаций порождённых ударом и не слишком отменным настроением, на реальный мир, была неожиданной.
Вокруг оказался холодный ветер, и зрение неожиданно потеряло всю свою прелесть. Начались помехи в цветовой гамме и фокусации зрачка, он попросту не мог сообразить, как он дошёл до такого состояния. И тут в резком кадре своего существования он вспомнил, свою чрезвычайную настойчивость и удар вышедшего из себя беловолосого экс-тайчо. Было больно, и настолько что он попросту был похож на кувшин, треснувший из-за избытка воды, лопнул от полноты силы. Удар пришёлся в челюсть, треснуло там что-то или нет, он не знал, он просто чувствовал острую боль, и поплывшее сознание. Возможно лубок, возможно гипс, кто знает, он попросту собирался сделать. Почему-то, это оказалось очень важным для него. Встать на свои ноги, ценой неимоверных усилий, ценой энергии, которая ещё в нём осталась. Байану вспомнилась давняя картина, которую он видел, когда шёл снег. Толстая ветвь дуба переломилась под тяжестью снега, а гибкая и тонкая ветка акации согнулась и немного надломившись, продолжила своё цветение.
– Ах, до чего больно бьют люди с силой капитана… но по сравнению с зуботычиной Зараки-тайчо, это слабее. Кхе… я почти потерял себя, и едва не отдался спокойной мысли о своей смерти. Нет, во чтобы то ни стало, я ещё могу встать… пусть даже это и потребует моих последних сил.
Мне, нужна опора…
– кашель офицера был естественной реакцией организма, который боролся за восстановление себя и, невзирая на ряд недостающих условий, делал это. Непослушные ноги дрожали, руки цеплялись за cтвол дерева которое было рядом, так, как за круг на воде хватается утопающий. Медленно и верно, он поднимался хоть и прикрыл второй глаз, по одной ему известной причине не желая открывать его. В фокусе виднелись странные объекты, в которых он узнал тех, с кем он мило беседовал. Попытка приподнять своё тело, была глупой с точки зрения медицины, но вот с точки зрения Макьё, следовало попытать счастья.
– Бисенто… – хрип полусломанной челюстью и попытка изобразить на лице улыбку, каким-то приближающимся фигурам. Удар был очень сильным, как для офицера и потому срывающееся дыхание и неважный вид, как минимум на две или три недели, не были теперь позором для офицера, который и так опустился ниже некуда.

– Ну, по крайней мере, хуже уже быть не может… – подумал Байан и сильнее сжал «опору», стараясь выпрямить предательски дрожащие ноги. Однако, всему есть отмеренный предел. У воителя есть свой предел жизни, у певца своё число песен, но вот предел силы Байана стремительно подошёл к концу. Он исчерпал себя до дна и немного приподнявшись, он рухнул на колени, смотря прямо на идущих к нему шинигами. Улыбка и какой-то жест рукой, что-то вроде «помахал на прощание» были последним, что он успел сделать, прежде чем отключился и больше не пытался встать.

+1


Вы здесь » Bleach World » Rukongai » Берег реки