Bleach World

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach World » Каракура » Штаб-квартира 10-го отряда


Штаб-квартира 10-го отряда

Сообщений 81 страница 100 из 117

81

-------> Территория школы

Канаэ добрался до места настолько быстро, насколько мог в этом теле. К счастью, за время нахождения здесь он привык находиться в гикае и выжимать из этого вместилища все возможное. Исходя из того, что неудобств он не испытывал, специалисты из Двенадцатого не только спасли его во время выброса но и вообще поработали хорошо, сделав гикай на совесть. вот только то, что он обнаружил, ему не понравилось. Для начала, за время их отсутствия произошел еще один бой, следы сражения были недвусмысленными... Вот только кто сражался и с кем? Канаэ осмотрелся, для очистки совести посмотрел  в небо... И был удивлен, увидев улетающий самый натуральный летающий ковер из сказок, а на ковре... На ковре был Урахара собственной персоной и с ним еще один тип, подозрительно напоминавший врага, с которым сражалась Сой Фон-тайчо. Похоже что тот, как и Канаэ, был в гикае, одежда была явно не похожа. Час от часу не легче... Урахара помогает их врагам или как? Сайонджи не мог последовать за ним, просто посмотрел вслед. Затем завершил осмотр территории и оценку ее состояния, это не потребовало много времени. Оставаться дольше не было смысла, тайчо он может сейчас понадобиться, и сообщить ей об этом надо срочно. Поэтому юноша снова рванул на полной скорости вперед, на этот раз в обратном направлении. Гикаи хорошо учит чувству времени, так как скорость передвижения сразу урезается и приходится вносить поправку на свои возможности. Канаэ даже задумывался, нельзя ли извлечь из этого какую-то пользу в тренировках, но пока ничего особого в голову не приходило. Так что сейчас он просто бежал обратно к школе, по возможности срезая путь...

--------> Коридоры

0

82

--------------------> Адские врата

Прежде чем заговорить с Халибел, Ичимару отошел от Врат и окружающей их компании на расстояние достаточное, чтобы быть уверенным в отсутствие какой-либо слежки или преследования. С некоторых пор приходилось считаться не только с шинигами, но и с простыми людьми. Это было даже смешно, но сейчас казалось особенно важным не привлекать лишнее внимание ни со стороны Богов Смерти, ни со стороны общественности. Только так можно было надеяться на успешное завершение экспедиции, а Гин всё ещё рассчитывал получить от своего похода в Генсей какую-то пользу.
Когда Ичимару принял решение, что его сопровождать будет Халибел, он сделал это из практических соображений. Улькиорра единственным, кто точно знал место нахождение Иноуэ, к тому же Принцесса была его головной болью и, как следствие, искать её было его задачей, а Терцеро следовало выручить из человеческой оккупации до того, как вернется, очевидно, очень назойливый шинигами. Всем вместе идти сперва к Иноуэ, потом на поиски Гриммджо - это как раз из разряда «привлечь лишнее внимание». Разделиться было необходимо, но именно это разделение Ичимару нравилось.
Ему импонировало поведение Халибел: не безразличное, но четко ограничивающее статус. К тому же её готовность молчаливо следовать слегка позади, навивала ностальгию, которой, увы, совсем не было времени упиваться.
- Халибел, - альбинос окликнул арранкара и остановился, давая понять, что ей необходимо нагнать его. Он не любил говорить на повышенных тонах, а Терцеро не зачем было лишний раз напрягать свои уши, в особенности, если речь шла о серьёзном разговоре, - ты должно быть уже знаешь, что арранкары не могут покинуть гикаи. Конечно, шинигами тоже, но мы в этой ситуации оказываемся в гораздо большем проигрыше, нежели Боги Смерти. Во-первых, мы заметны. Во-вторых, нас меньше. На данный момент у шинигами в Каракуре базируется в неполном составе три отряда: второй, десятый и двенадцатый. Их точное количество, к сожалению, неизвестно, но в худшей ситуации это около трёх сотен бойцов.
Ичимару слегка сгущал краски. Опираясь в своих расчетах на среднее количество шинигами на один отряд, он разделил его поровну, логично предполагая, что меньше половины в Сейрейтее не останется. Гин умолчал о том, что двенадцатый отряд в Каракуре состоит исключительно из лаборантов, которые не будут искать драки, а десятый получил большие потери и вряд ли будет создавать проблемы, потому что все это меркло перед трудностями, которые для них могли создать шиноби.
- В-третьих, даже самый средний шинигами второго отряда владеет техниками рукопашного боя, в то время как сила арранкара непосредственно зависит от уровня рейреку. В такой ситуации ты... нет, вы все абсолютно бесполезны, - Ичимару не пытался в чем-то убедить блондинку. Он старался на максимально доступном языке разъяснить их положение, чтобы в дальнейшем не тратить время на пустые разговоры. Кто его знает, будет ли у них ещё возможность спокойно побеседовать. К тому же существовал реальный шанс, что Халибел поймет текущую ситуацию. Уже это сделает её помощницей, а не помехой.
- Единственный наш товарищ, у которого есть шанс не столкнуться с заметными сложностями - это Иноуэ Орихиме. Именно к ней сейчас направляется Улькиорра. Возможно, она сможет быть нашим козырем. - "Увы, слишком маленьким, чтобы разыгрывать его в этой игре", - подумал Ичимару, но ничего не сказал вслух. Пожалуй, эти мысли должны ещё какое-то время остаться только его достоянием. - А ты, Халибел, насколько я помню, уходила на поиски Гриммджо. Где он? - будто бы внезапно вспомнив, поинтересовался Ичимару. - Только не говори, что Гриммджо научился быть незаметным. Это было бы слишком замечательным, чтобы в это поверить.

+3

83

------------------------->Адские врата

Первые несколько минут ходьбы прошли в полном молчании - Ичимару-сама неутомимо шёл вперёд, Халлибел держалась на шаг позади. Нет, ей не было трудно выдерживать темп ходьбы бывшего шинигами - это было привычным знаком готовности следовать за ним. Да и, в отличие от Тиа, Гин уж наверняка гораздо лучше знал, куда им следует направиться. Эспада же могла отвести его либо к дому Асано Кейго, что было в сложившейся ситуации совершенно нелогично, либо к зданию полуразрушенной школы, куда наверняка слетелись шинигами всех мастей.
Поэтому Терсеро задумалась над теми сведениями, что ей удалось получить с того момента, как она покинула Лас Ночес вслед за неугомонным Секстой. Ичимару-сама мог понадобится отчет о произошедшем, а Эспада никогда не имела привычки просто описывать всё, что она увидела или услышала. Полученную информацию следовало проанализировать и отбросить всё ненужное, чтобы дать чёткий и ёмкий ответ на поставленные вопросы. Иначе с таким же успехом бывший шинигами мог бы допросить школьника, которому не повезло в этот день оказаться в центре событий.
Тем временем её спутник остановился и окликнул Эспаду. Та немедля приблизилась к альбиносу, понимая, что он счёл нужным начать разговор.
Беловолосый шинигами не потребовал отчёта, как ожидала Третья. Вместо этого он начал разъяснять сложившуюся ситуацию - очевидно, с целью показать арранкару их положение. Халлибел понимала, что он владеет гораздо большей информацией, чем она, поэтому молча слушала. Сказанное Ичимару существенно дополнило то, что она успела понять.
Трое арранкар, беглый шинигами и похищенная девушка оказались далеко не в выигрыше. И, судя по всему, уже успели привлечь столь нежелательное внимание.
Когда речь зашла об отрядах и примерном количестве бойцов на территории Каракуры, Эспада кивнула - те шинигами, с которыми ей довелось столкнуться, судя по накидке их капитана, были из второго отряда. И весь опыт встреч с ними чётко давал понять, что они на порядок превосходили всех остальных. Хотя бы в том, что вряд ли отпустят жертву, если только им не помешает некий форс-мажор, как в случае с Куроно.
Да и даже если бы неведомый катаклизм не лишил всех возможности покинуть гигаи, выстоять в таком количестве против шинигами было невозможно. В этом случае оставалось лишь по максимуму избегать столкновений с противником и никакими своими действиями не привлекать и без того пристальное внимание. Именно на этом этапе размышлений Терсеро настиг вопрос о Сексте - то есть о том звене их группы, которое просто не способно было быть незаметным, как только что сказал Ичимару-сама.
Халлибел подняла взгляд на собеседника и, некоторое время потратив на раздумия над ответом, проговорила:
- Мне удалось настичь Гриммджоу только утром в парке. К сожалению, он оказался абсолютно невосприимчив к требованию проявлять осторожность. Я не могла его остановить без применения силы, а это могло привлечь внимание противника. Поэтому я решила последовать за ним, чтобы контролировать его действия и, по возможности, ограничивать его активность. Он искал Куросаки Ичиго, поэтому мы оказались на территории школы. Мне не удалось предотвратить его встречу с временным шинигами, а вскоре нас настиг... - Терсеро прервалась на этом месте, не зная, какое слово можно подобрать к случившемуся. - катаклизм. Я почти не пострадала, а Сексту накрыло обломками и он провалился внутрь здания. Я не успела ничего предпринять, поскольку появились шинигами. Сейчас о местонахождении Гриммджоу мне ничего не известно.
Халлибел не пыталась оправдываться, или придать своим словам извиняющий тон - произошедшее было результатом её ошибки, а значит, ей и отвечать за её последствия. Закончив свой отчет, она стала ждать решения Ичимару-сама.

Отредактировано Tia Hallibel (2011-10-22 10:21:57)

+2

84

----------- > Двор магазина

Мимо него проносился в сером мареве целый мир - бег Гончей Ада скор, стремителен и неудержим. Собака почуяла след, едва он ступил за порог странного строения, которое в этом мире видимо, служило жилищем. В нем он встретил троих шинигами - странные существа. Узкая ладонь, лаская, проходится по огневеющей шерсти. Ласково - лишь на первый взгляд. Просто Шики задумался, а руками, даже если ты контролируешь свое тело абсолютно, нужно себя куда-то деть. След был нечетким и старым - скорее память о случившемся. Совсем как в магазинам - там, где когда-то прошла душа, остался ее след. Это похоже на то, что остается после того, как смываешь кровь. Нет следом видимых глазу, нет признаков и запаха. Есть невидимое и сокрытое. Кровь невозможно отмыть, след от души не стирается. Но, интересным было другое - там где находился и терялся старый след, в той стороне, куда он вел было другое - новое, яркое чувство. Расплесканная окрест огромная сила, яростная, жгучая. Это была Сила Великого Меча, столкнувшегося с другой силой - в ней было что-то от силы мальчишки, которого он нашел, в ней было что-то от каждого встреченного им шинигами. Эта сила пахла боем и кровью. Великий Меч пробудился и принес с собой то, ради чего был создан - битва, разрушение, смерть. Это началось и более не остановиться. Силу Омейя, его жажду и злобу Шики чувствовал всем своим существом - от встающих на холодеющей коже волосков до бегущей по венам крови. Эта сила билась в его ушах, отдавалась в груди - плавными, горячими волнами, вторя в такт мягким прыжкам дьявольской твари, совпадая ударами с бегом мощных когтистых лап. И чистую ярость Великого Меча оплетало еще кое-что. Отвратительно знаковое, грязное в своей примитивности, простое, мелкое. Никчемная душонка, настолько ничтожная, что любой муравей, самое жалкое насекомое стоит выше, бывает значимей, чем она. Душа этого ублюдка, который посмел пойти против воли Ада. Великий Меч в руках грешника. От отвращения передергивает.
Шики резко осаждает собаку. Тонкие, хищные ноздри жадно втягивают воздух. Это случилось здесь - битва с кровавым концом. Металлический запах все еще висит в воздухе, а земля внизу обожжена, пропитана кровью и болью. Ее черные кости выпирают из землистой плоти обгоревшими камнями. Омей - меч Земли.
Гончая опускает ниже - черные сапоги прислужника Ада мягко ступают на искалеченную землю. Шики не торопиться, медленно обходя разрытый котлован, осматривая каждую трещину и гладя все еще кричащие от боли камни. Они ранены, их вырвали из многотысячного сна, из мягкой утробы матери-земли. Раскаленными, несущими смерть они горели, взмывая в небо подобно звездам. Эта битва случилась совсем недавно. Хиинари собирает обрывки нитей духовной силы, считая души. Одна, две, три, десять... Множество погибших. Среди них ни одного человека. Перестроенное зрение рисует ему картину разрушения и Смерти - тонкими линиями укрыта земля вокруг, они пульсируют алым, изменяясь, меняя местоположение. Шики не чувствовал сострадания или жалости - ему было все равно, сколько душ погибло по вине глупца, выпустившего на волю силу, что была в заточении с самого начала времен. Но его колотило от одной только мысли о том, что грязные лапы этого отброса, Шадэ прикасались к святыне. Его выворачивало от отвращения - каждый камень, каждая крупинка вокруг были пропитаны запахом ненавистной души - острым, тяжелым, оглушающе свежим. Шики терялся в собственной ярости, пытался с ней справиться, и захлебывался.
ОН БЫЛ ТАК БЛИЗКО.
Накитсура Шадэ, совсем недавно. Мерзкая душонка. Его размазало по окрестной земле так же, как остальных. Его кровь тоже покрывала землю под ногами, но он все еще был жив. Он уцелел каким-то образом. Снова извернулся, снова сбежал. Недавно, он почувствовал гибель нескольких Псов. Охота подала голос, призывая его на помощь, а потом Зов пропал. Он не придал значения - несколько псин из всей своры ничего не значат - его чувства сейчас была рассредоточены, распылены над всем городом. Следить за рассыпавшейся на такой территории сворой было тяжело, обращать внимание на каждое столкновение - тоже. Множество живых душ вокруг смазывало ощущения, мешая восприятию. Поблизости было еще несколько живых душ, но Шики не придал им значения - смертные не способны увидеть ни его, ни Гончих.
Злость на самого себя смешивалась со злобой на Накитсуру. Пока он сомневался и тратил свое время на шинигами, подлец снова улизнул. А теперь - Шики осмотрелся вокруг - отпечатки силы давили, их было слишком много, они были яркими и свежими. Ему не отыскать быстро в одиночку нужный след. Шики сложил пальцы полукольцом, поднося их к губам, и свистнул, подзывая к себе Гончих.

+2

85

Ичимару слушал молча, слегка склонив голову набок. Иногда черты его лица приходили в движение, отражая реакцию альбиноса на сказанное: интерес, любопытство, понимание и нечто близкое к досаде. Гин бы не стал обвинять Халибел в том, что она потеряла Гриммджо. Мало того, что Терцеро не нанимали в няньки Сексте, сам факт его "бегства" был логичным и вполне соответствовал планам бывшего капитана третьего отряда, который ни на секунду не сомневался в том, что об их присутствие в Каракуре шинигами станет известно в ту же секунду, как они откроют гарганту.
Неумолимый, нетерпеливый, непоседливый Секста должен был стать приманкой. Он бы привлек на себя большую часть внимания шинигами, позволяя остальным более-менее спокойно собрать информацию. В случае, если ситуация стала бы критической, его бы отправили в Уэко Мундо одним звонком. Пусть с некоторыми осложнениями, но это вполне было возможно до того, как в их слаженный план ворвался форс-мажор в виде открытия Адских Врат.
- Катаклизм? - растягивая каждую гласную, с интересом переспросил Ичимару. - Какое чудесное слово. Отчитываясь перед господином Айзеном обязательно его упомяну: "и тут нас настиг катаклизм". Как думаешь, ему понравится? - значительно повеселевший Ичимару недобро улыбнулся. Ему это слово, определяющее сеть отдельных событий, которые привели к тому, что группа из трёх арранкаров, шинигами и девчонки оказались запертыми в Генсее, понравилось. "Словно мыши в мышеловке. Только сыра не хватает", - ехидно и обращаясь к самому себе хмыкнул альбинос, - "а я не могу вляпаться в такие неприятности без соответствующей награды".
- Что случилось у школы? - куда более серьезным тоном спросил альбинос, казалось бы, полностью увлекшийся разглядыванием открывшейся перед ним картины: рядом с вполне обыкновенным домом словно бы прошли боевые действия. Земля была перепахана, кое-где виднелись обуглившиеся участки, а где-то растекались лужи уже почти полностью растаявшего льда. Шинигами видно не было, их трупов, впрочем, тоже, но в любом случае никаких сомнений в том, что именно здесь капитан Хитсугайя схлестнулся в бое с кем-то, не уступающим ему по силе, не оставалось. Именно эту информацию успела передать бывшему капитану уже совсем бесполезная Китти.
"Вот оно, начало катаклизма", - хмыкнул альбинос, сильнее сощурив красные глаза. Чтобы не привело в Генсей Адского, учитывая беспрецедентность происшествия, Гин считал, что у него было вполне конкретное задание. То самое, из-за которого рыскали Адские Твари и не исчезали Врата. Итог этого задания не противоречил планам Ичимару и, учитывая, что Адскому не было дела до разборок шинигами и арранкаров, он единственный во всей Каракуре подходил для того, чтобы стать тем самым козырем, которого так не хватало Ичимару.
"Будем ждать", - обозначил про себя альбинос, оставаясь на возвышении с которого хорошо просматривалась площадка, находящаяся за штабом 10-го отряда. Их с Халибел гикаи полностью скрывали рейяцу, охраны видно не было, но рисковать лишний раз не стоило.
- А вот и он... - заметил Ичимару, не отрывая взгляда от перекопанной площадки до тех пор, пока хозяин странной, приближающейся к ним духовной силы не показался верхом на огромной огненной псине. Гин оказался прав - то, что искал адский, было где-то здесь. - Что ж... надо бы спуститься и поприветствовать его. Как думаешь?

+3

86

Двое пришельцев стояли на возвышении рядом с какой площадкой и домом. Халлибел слабо представляла себе, где они находятся, однако не лезла с лишними расспросами - если Ичимару-сама привёл её именно сюда и никуда больше, значит,  так и нужно. Поблизости не было никого, однако арранкар не теряла бдительности - творящийся в городе хаос праздности не терпел и в любую минуту к ним мог присоединиться кто угодно, начиная от вездесущих шинигами и заканчивая огненными Псами, преследующими одним им известную цель. Тем более, что рядом с одним из зданий виднелись следы недавно прошедшего сражения - покорёженная земля, лужицы воды и почти стершийся след рейацу, мощной, пронзительной и холодной. Похоже здесь был один из капитанов-шинигами, которые находились в этом городе...
Тем временем бывший шинигами задал вопросы - один насмешливый, однако вполне логичный с учетом того смутного описания произошедшего, что дала Терсеро, а другой уже более серьезный. Тиа поняла, что от неё требуют более подробного отчёта и, пару секунд подумав, заговорила:
- То, что заперло нас в гигаях, по идее не могло причинить вреда зданию. Однако сразу после произошедшего или одновременно с ним, начались разрушения. В первый момент я потеряла ориентацию в пространстве из-за духовного давления, поэтому могла упустить начало. - начала Терсеро. По мере ответа разрозненные обрывки информации начали складываться в более или менее осмысленную картину. - К сожалению, я не могу сказать точно, что вызвало разрушение здания. Покидая школу, я почувствовала колоссальную духовную силу. Будто где-то внутри шёл бой между кем-то, чья сила сродни шинигами или арранкару...
Рассуждая, Терсеро подняла взгляд на Ичимару-сама и, немного помедлив, продолжила. В её голове возникла некая догадка, и она не была полностью уверена в её состоятельности:
- Когда я входила в школу, этой силы не было. Даже следа её или намёка. А после того события она появилась... Будто оно спровоцировало её...
Уже некоторое время Халлибел чувствовала чьё-то приближение. Тот, кто двигался в их сторону, обладал странной духовной силой. Это не был шинигами, духовидец или Пустой. Его сила не была похожа то, что знала Тиа, но она несла в себе что-то от того Пса, что встретился Эспаде до этого. Затем он появился в поле зрения. Существо с внешностью среднестатического молодого мужчины возникло посреди улицы верхом на Псе. Будь Халлибел обычным человеком, она была бы вне себя от ужаса. Пришелец казался пугающе плотным и неимоверно тяжелым... будто более реальным, чем всё окружающее пространство. Терсеро понимала, что его плоть вряд ли имеет хоть что-то общее с телами людей или той искусственной оболочкой, что вмещала в себе Эспаду. Парень был иррационален с точки зрения обывателя, но и не менее чужд для шинигами или арранкара. Он не был никем из них. Он был неизвестностью. Той самой, которая находилась за пределами логики Тиа.
"Кто это такой?"
Для бывшего шинигами его появление тоже, по-видимому, не стало сюрпризом. Почувствовал ли он тоже, что и девушка? Скорее всего, да. Только подошёл к этому с другой стороны.
- Ичимару-сама, это может быть опасно. - ответила Халлибел, не отрывая взгляда от прищельца. - Если вы хотите что-то узнать у него, я могу сделать это за вас. Вам не следует рисковать собой.
Говоря это, она сделала два шага вперёд и чуть сдвинулась вбок так, чтобы не мешаться взгляду, но одновременно закрывая собою бывшего шинигами.

Отредактировано Tia Hallibel (2011-11-15 09:18:31)

+1

87

Игровое время: 27 Октября 12.00-15.00
Погода: На протяжении всего дня будет облачно с прояснениями.
Влажность 88%, температура +16°...+18°, ветер Северный 1.3 м/с.

0

88

Свист, так не похожий на привычный охотничий клич, разноситься над городом смертных. Резкий, тоскливый, на одной ноте и на самой грани слышимости. Монотонное гудение, раздражающее, от него закладывает уши.
Собака рядом поднимает к небу тонконосую морду и воет в такт, призывая собратьев. Губы Падшего разрезает холодная, злая улыбка, а ноздри хищного носа трепещут совсем как у его псины. Пора начать настоящую Охоту. Он довольно ждал, он потерял кучу времени на незначительные игрушки, на смертных с их огнеглазыми чудовищами из стали, на шинигами, на разговоры. Довольно. Сила Древних Мечей разлита окрест, она вибрирует в воздухе, отдаваясь пульсацией в каждой жиле того, кто хоть раз сталкивался с ними, кто знает что они, кто ведает, что грядет, если Мечи пробудятся полностью. Тогда не спасет ничто. Врата Ада опустятся на землю смертных и великий Энма ступит на грешную твердь, чтобы вернуть в свою вотчину Мечи и тех, кого они поглотили. Мечи - не просто легенда, не просто огромная сила и мощь. Они словно проклятье, словно одержимость. Выбирая себе хозяина под стать себе, подходящего им, имеющего слабость в душе, они разжигают в нем ярость, жажду битвы, жажду крови, они ведут своего избранника через все преграды ради одной лишь цели - столкнуться с другим Мечом. Страшная битва, жестокая, неудержимая.
Свист прекращается. Шики ждет, закрыв глаза и словно бы полностью растворившись в собственных ощущениях. Сейчас он - Охота. Он бежит сотнями когтистых лап, оставляя после себя выбоины и дымящийся асфальт, горячее смрадное дыхание вырывается сейчас из его пастей. Тысячи его сердец трепещат в предвкушении, сотнями глаз он смотрит на серый мир вокруг, сотнями ушей ловит мельчайший шорох, сотнями носов чует миллионы запахов, выискивая среди них всего лишь один - Накитсура. Следы есть, их много - мерзавец2 хорошо походил по этому месту - но все не то, оно старое, тухлое.

Он видит самого себя чужими глазами и чует приближение первой своры. С десяток псин несутся, едва прикасаясь к земле, пружиня по воздуху, обгоняя друг друга. Их лай ликующий. Они рады. До ямины, в которой он им всего несколько прыжков... Глаза ведущей Гончей выхватывать две человекоподобные фигуры у кромки - быстрый, смазанный взгляд и последний прыжок. Шики с глубоким вздохом открывает глаза и подставляет ладони ластящимся тварям. Тонкокостные руки гладят зубастые морды, расчесывая спутанные гривы, прежде чем жестами направлять их в сторону былого побоища, пока рядом с ним не остается всего одна Гончая. Губы недовольно кривятся - ему нет дела до людей, но чужой присутствие неприятно и нежелательно. Разговор сулит потерей времени, и скорее всего ничего не вызовет в нем кроме раздражения. Однако...
- Выходите, - негромко окрикивает Шики тех, кто прячется наверху. Узкая ладонь гладит лобастую голову между ушей. - Собаки видели вас. Спускайтесь сами, или это сделают они.

+2

89

"Как раз наоборот, не открытие Врат спровоцировало бой, а бой спровоцировал открытие", - по крайней мере, именно такой ход событий был выгоден Ичимару, иначе весь его сомнительный расчет мог провалиться. Лис кивнул, не столько соглашаясь с рассуждениями Халлибел, сколько давая понять, что он внимательно её слушал. Ну, или почти внимательно. Большая часть того, что его действительно интересовало, заключалась не в уже свершившемся прошлом, которое засвидетельствовала Терцеро, а в будущей, которое, как был уверен альбинос, должно произойти.
- Сейчас я ничего необычного и столь сильного не чувствую. Возможно, это и были те самые артефакты. На это указывает и внезапность их появления, и резкая пропажа, - задумчиво произнёс Ичимару, с недовольством отмечая, что никаких особых выводов в связи с этим не напрашивалось. Точнее, выводы были, но с теми силами, которыми сейчас владел альбинос, совать свой любопытный нос в школу, наверняка сверху до низу заполненную шинигами, не стоило, а ответы, тем временем, оставались там.
"Печально", - мечи ему нужны не были, но Гин надеялся покончить с безвыходностью ситуации как можно скорее. Если шинигами нашли артефакты и работали над тем, как закрыть Врата, он предпочел бы им просто не мешать и остаться наблюдателем, но эта идея была палкой о двух концах. Время, пока маленькая экспедиция находилась в Каракуре, играло явно не на них.
"Знать бы наверняка, и можно было бы просто затаиться, хотя боюсь это не в силах для каждого из нас. Если шинигами были на тот момент в школе и вышли на артефакты, они вполне могли захватить Гриммджо. Не велика потеря, но досадно", - к тому же, насколько Ичимару знал, шинигами неизвестно, как с помощью артефактов можно закрыть Врата. Как раз этой информацией мог владеть Адский, встреча с которым, как полагал Гин, совершенно необходима. Вот так и выходило, что он впервые видел кого-то вышедшего с той стороны и не мог отказаться от любопытного знакомства, даже если бы захотел.
- В твоих словах есть смысл, но единственное, что сейчас по-настоящему опасно - бездействовать, - с улыбкой произнёс альбинос, обходя Терцеро с мыслью, что он, пожалуй, расстроиться, если с ней что-нибудь случиться. Арранкарка была спокойна, разумна и исполнительна. Если бы у него была необходимость найти среди их расы адъютанта, Халлибел на эту роль подошла бы просто идеально. По крайней мере, когда спокойность и рассудительность не просто скучна, а необходима. - Как-нибудь я воспользуюсь твоим предложением, но раз нас заметили, спор не имеет смысла. Идем, - Гин хотел ещё напомнить, что третий клинок Эспады сейчас заперт в человеческом теле, но быстро передумал. Немного уверенности им бы не помешало.

Чтобы спуститься с пригорка и подойти к существу также похожего на шинигами, как арранкары, много времени не потребовалось. За эти несколько шагов Ичимару успел тщательно рассмотреть мужчину не то чтобы слишком высокого, черноволосого и бледного. Казалось бы, мелочи, но атмосфера вокруг его персоны была очень неприятной. Адский умел и был готов убивать. Если бы шинигами мог покинуть своё временное тело он, вероятно, оценил бы эту тварь в действиях, а так оставалось только улыбаться, делая хорошую мину при плохой игре.
- Довольно грубо, - заметил альбинос, когда расстояние между ним и Адским сократилось до нескольких шагов. - На самом деле, я не собирался прятаться. Я ждал тебя.

+1

90

Ни для кого не секрет, как любопытна жизнь во всех её проявлениях - тяга к знаниям, к новому и непонятному заставляла всё живое, или условно живое(в случае Пустых) двигаться навстречу тому, что их заинтересовало. Зачастую это заканчивалось фатально, однако в этом являла себя эволюция - неумолимая и по-своему жестокая. Впрочем, для Терсеро эти размышления были лишь отдалённым фоном для более значимых и неотложных задач - ведь Ичимару-сама не воспользовался предложением Эспады и направился в сторону незнакомца.
Халлибел испытывала противоречивые чувства - с одной стороны, бывший шинигами никогда не делал ничего просто так, повинуясь какому-то порыву. Она чётко осознавала, что он имеет определённые цели и не станет лезть на рожон, если в этом нет необходимости. С другой стороны в сложившихся обстоятельствах она не могла в полной мере осуществлять свои обязательства - не только сам Ичимару отказался от передачи инициативы переговоров Тиа, но и возможность защитить его, находясь в хрупкой искусственной оболочке была весьма ограниченна. Если судить строго, она практически равнялась нулю.
Однако стоять на месте и ничего не делать она не собиралась - Гин был абсолютно прав.
- Как скажете, Ичимару-сама. - ответила она. - Однако я прошу вас соблюдать осторожность.

Третья в Эспаде обратила всё своё внимание на незнакомца. Изящный, тонкокостный, он напоминал хищного зверя. Его духовная сила поражала. Она не была похожа на всё, что доводилось встречать арранкару. Она была плотной как нейтронная звезда, чьи размеры совершенно не соответствуют её колоссальному весу и в тоже время её токи были повсюду. Догадка пронзила мозг Халлибел - его энергия не несла в себе что-то от Псов, что окружали его.. она была Ими, их частью, их сутью...
"Он управляет Ими.. каждым из них."
Его голос негромкий, движения не агрессивны. Однако он не добр. И не зол. Он не кичится силой, но и не прячет её. Он был одним из тех немногих существ, которым ничего не стоит лишить жизни. Но он не получит от этого удовольствия, он вообще ничего не почувствует. Ему не нужно преодолевать себя, чтобы совершить это. Он просто мог убить.
Тем временем Ичимару-сама сказал, что ждал пришельца. Эспада позволила себе перевести взгляд на спутника - выходит, ему что-то известно о том, кто стоит сейчас перед ними. Возможно, нечто гораздо большее, чем почувствовала Третья.
Оставалось лишь гадать, как Гин поступит с этим знанием.

+2

91

Фигуры на вершине котлована тронулись, спускаясь вниз. Это было похоже на медленный ход лавы, когда раскаленный поток ломает остывшую каменную корку на поверхности, увлекая и перемалывая ее. Собака глухо заворчала, подбираясь и была остановленная властным жестом. Существа были достаточно близко для того, чтобы можно было их рассмотреть. Мужчина и женщина. Они были странными. Красные глаза холодно сощурились. Шики не чувствовал в них силы, но их души... Мужчина был опасен. Это было видно в движениях, об этом говорил его взгляд. Он не пах силой, но пах Смертью. Плохое сочетание. Женщина была иной. Полностью. Он никогда не встречал душу с таким запахом. В ней было что-то от Пустых, в ней была капля тех, кто зовется шинигами.
- Что ты? - он кидает лишь один презрительный взгляд на обратившегося к нему мужчину и переводит взгляд на женщину, и кладет ладонь на рукоять, готовый ко всему. Он не ошибся в своих ощущениях. Существа, что наблюдали за местом битвы Великого Меча не походили на встреченных им до этого. Ни люди, ни шинигами. В Богах Смерти сила бурлила, тщательно скованная, замкнутая под оболочкой, их души пахли страхом и растерянностью. Эти существа были так же спокойны, как и он сам. Катана показала свое лезвие на пару сантиметров вынырнув из нутра сайя, блеснув в тусклом свете пасмурного дня обломком стекла.
- Ад ожидают лишь те, кто знает цену своим грехам. Мы взимаем долги в свой срок, но Охота еще не встала на твой след, - если бы это была падшая душа, которая ожидает своего наказания, он бы знал. И не важно, существует ли все еще душа в человеческом теле, доживая свою смертную жизнь, или уже мертва и кара просто еще не настигла ее. Этого мужчину не ждал Ад, но он ждал его. Странное создание.
- Ты сначала ответишь на мои вопросы, а после спросишь сам, и от твоих ответов будет зависеть дам ли ответ тебе я, - женщина беспокоила его, но судя по всему, главным был именно мужчина. Это подтверждалось его словами, его поведением, его спокойствием. Шики еще никогда не встречал тех, кто смел бы так себя вести перед лицом Служителя Энма-о. Собака беспокоилась, чувствуя настрой хозяина, скалила зубы и порывалась прыгнуть вперед, но страх наказания заставлял ее снова жаться к ногам, задирая голову наверх, в поисках одобрения. Пришлось осадить тварь снова, хотя... возможно этого не стоило делать. Губы Шики прорезала холодная усмешка - он скрыл меч, растворяя его в себе, но тихо свистнул, призывая Свору.
- Отвечай, - в красных глазах горели отблески адского пламени. - Что ты знаешь о тех, след чьей битвы осквернил плоть Земли?

+1

92

Осторожность не повредит, с этим Ичимару был полностью согласен. Другой вопрос, что осторожность в их ситуации не имела никакого смысла. Всё что они могли, находясь в гикаях, это избегать встречи с невиданным до сих пор зверем, что почти невозможно, учитывая необходимость с ним контактировать. Если ситуация с временными телами затянется, рано или поздно они попадутся на глаза шинигами. Прежде чем это случится, им нужен был козырь.
"Что"? Забавный вопрос, особенно для кого-то вроде тебя", - остро сощурив красные глаза, подумал альбинос. - "А он безмерно пафосен", - отметил Гин, прямо жаждая увидеть встречу Выходца из Ада с Кучики, Барраганом или, на крайний случай, с Айзеном. Это, пожалуй, было бы тем, на что стоило посмотреть. Сам альбинос не слишком любил вести переговоры. Его характер не подходил для мирного решения проблем, а лицо было слишком подвижным, чтобы скрывать ехидную улыбку.
- Этот же вопрос я хотел задать тебе. - Несмотря на то, что мужчина внешне почти не отличался от человека, хотя и не выглядел типичным местным жителем, его очевидная чуждость этому миру бросалась в глаза. Сам воздух вокруг Адского отдавал каким-то горячим напряжением. Само его присутствие деморализовывало. Мужчина привык к тому, что ему подчиняются беспрекословно. Это было заметно в движениях, жестах, поведении, об этом говорили его слова и тон, которыми они были сказаны, но Гин не привык кому-то подчиняться просто так.
К тому же сейчас у него было явное преимущество - в отличие от Выходца из Ада, он обладал информацией - более-менее разбирался в обстановке и знал почти все фигурки, разбросанные на этом поле. Может Адский понял это, может нет, но в том, что красные глаза только что сканировали его, Гин был уверен. Уже потому что мужчина пошел на контакт, позволяя зародиться диалогу, было ясно, что анализ показался ему удовлетворительным, и они оба представляли друг для друга интерес.
"Что ж посмотрим, что из этого выйдет", - Гин рукой дал знак Халибел, чтобы та держалась позади него. Её присутствие пока только составляло ему компанию и слегка разбавляло атмосферу. Красивая женщина - это всегда услада для глаз. Хотя было не похоже, чтобы Адский сильно ей заинтересовался.
- Моё имя Ичимару Гин. Я здесь, чтобы выяснить, как можно закрыть Врата Ада, - вряд ли Адских хотел знать именно это, но сейчас бывший капитан третьего отряда терялся в определение своего статуса. Он был шинигами, но не находился на службе Готея-13. Он не был Пустым, но жил в Уэко Мундо. Пришлось бы потратить очень много времени, чтобы объяснить всю сложность его положения, а Адский не походил на терпеливого человека.
"Ад ожидают лишь те, кто знает цену своим грехам. Мы взимаем долги в свой срок, но Охота еще не встала на твой след", - про себя повторил Лис, словно пытаясь разобрать сложно запутанный узел на яркой веревочке. - "Означает ли это, что он ничего не может нам сделать без причины?" - Ичимару убрал руки в карманы, чтобы скрыть дрожь не столько страха, сколько нетерпения. Ему интересно было бы поговорить с Адским на равных, но даже теперь в этом теле он чувствовал азарт от опасности. - "Пан или пропан".
- Предложение меня устраивает, - с улыбкой произнёс Ичимару, - хотя придется говорить с самого начала. Мы применяем разные термины и это мешает пониманию, -  ему было важно не просто дать мужчине информацию, но и заинтересовать своей персоной. Иначе этот разговор не имел никакого смысла. - Около года назад в Генсее открылись Врата Ада. Тогда же в городе появилось существо - ни шинигами, ни Пустой, ни человек, - а из Врат регулярно выходили Адские Твари - создания не принадлежащие этому миру, но рыщущие в нем. Я думаю, эти события связанны между собой и Ад ищет того, кто его бесправно покинул, - прежде чем продолжить, он посмотрел на мужчину, ища хоть какое-то подтверждение своим словам. В конце концов, по большей части его монолог не больше чем связанный набор предположений.
- Одно присутствие Врат Ада нарушает баланс Миров. На данный момент проход между мирами закрыт, а связь между ними нарушена. Когда  Врата Ада закроются, всё вернется на свои места, но это не то, что можно сделать простым усилием, хотя шинигами пытались. Для закрытия Врат нужно выполнить какое-то условие. Ища его, мы наткнулись на легенду об артефактах, которые хранились в Аду. Причиной, по которой Врата до сих пор открыты, могут являться они. На это же указывают недавние бои. Кто бы здесь не сражался с капитанами шинигами, это существо не было ни Богом смерти, ни Пустым, и оно, судя по всему, выжило, поскольку совершенно недавно похожей энергией полыхала местная школа, - а вот это уже ближе к ответу на вопрос, хотя и продираться к нему пришлось через слишком большое для Ичимару количество слов. – Если ты ищешь его, я мог бы помочь.

+4

93

Глаза незнакомца были алыми. Этот цвет не был необычным для обитателей Уеко Мундо - тот же Ичимару Гин был награжден от природы этим необычным цветом. Однако, что в случае черноволосого, что в случае бывшего шинигами эта уникальность не имела столь важного значения по сравнению со взглядом. Взгляд Ичимару-сама почти всегда был беззлобным, насмешливым и создавалось ощущение, что этот человек знает о собеседнике всё, вплоть до тех самых скелетов, что хранятся в шкафу. Взгляд незнакомца пронизывал насквозь, казалось, что он смотрит не в глаза того, с кем говорит, а куда-то за них.. в самую суть человека. И читает всё оттуда, как из раскрытой книги. Его внимание создавало почти физическое неудобство, его молчание давило...
Хрупкий с виду юноша был властен. Он мог и умел властвовать. Даже вопрос "Что ты?", обращенный к бывшему шинигами, требовал немедленного ответа. Его поведение напомнило Терсеро Владыку, однако если его власть напоминала мягкое, но сильное пожатие, то власть незнакомца была более.. открытой и по-своему агрессивной.
Будь Тиа человеком, она бы давно сжалась, пытаясь спрятаться от этого и попыталась бы уйти - если не своими ногами, то хотя бы сознанием. Да.. наверное, именно так поступают смертные, привыкшие видеть и верить в то, что соответствует их представлениям о возможном. Но Халлибел осталась на месте и спокойно приняла изучающий взгляд пришельца, ведь обмен информацией не был односторонним - она так же получила немного сведений о своём безмолвном "собеседнике". И хотя большинство из них не давало точного понимания о том, кто стоял перед ней и Ичимару-сама, одна догадка имела по-настоящему большую ценность.
Несмотря на давящую ауру, властное поведение, он не испытывал по отношению к двоим выходцам из Лас Ночес никакой агрессии и желания напасть. Терсеро испытала подобные чувства при встрече с Адским Псом близ Врат. Ни она, ни Гин будто не были целью этого существа. И по этой причине оказывались некоторым образом в безопасности. И, как в случае с тем Псом, подозревала Эспада, до тех пор, пока сами не проявят агрессии в сторону Стаи и её хозяина.
Его слова некоторым образом подтвердили догадки Тиа, однако понять их смысл полностью было трудно. Сказывалась досадная, но ставшая уже привычной за эти дни, нехватка информации.
Меж тем Ичимару-сама подал знак держаться позади. Это не слишком соответствовало представлениям Эспады о безопасности правой руки Айзен-сама, но в сложившейся ситуации он пока находился вне опасности. Поэтому арранкар молча отступила на пару шагов, оставляя Гину пространство для действий.
Уже то, что незнакомец пошёл на переговоры, позволяло рассчитывать на определённое прояснение ситуации и конечно же шанс на то, что  случае удачного исхода у маленькой экспедиции появится если не союзник, то хотя бы не прибавится противник, чьи способности, в отличие от шинигами, были практически невозможно оценить в данный момент. Этакая тёмная лошадка, обладающая интересами, отличными от противоборствующих сторон и кардинально иными возможностями для их реализации.
Размышляя так, Терсеро не забывала внимательно слушать то, о чём говорит Ичимару, ведь его слова несли новую, более полную информацию, чем та, которой обладала Эспада. Попутно она следила за поведением Стаи, которое казалось отражало состояние её Хозяина.
Впрочем, это могли быть просто пустые домыслы.

0

94

У говорившего мужчины были красные глаза. В мире живых это не значило ничего, кроме необычного окраса. Для жителей Ада это не было даже чем-то необычным. Шики не знал, и никогда не задавался вопросом, отчего у всех Падших, получивших власть над другими грешниками взгляд становится алым, словно только пролитая кровь. Он так же не помнил, изменил в нем что-то полученный высокий статус или нет. Это было слишком давно. Остальные Надзиратели были слишком низким, самовлюбленным дерьмом для того, чтобы заметить хоть малейшее изменение в своей грязной душонке. Они упивались властью и силой, стремясь отхватить себе еще больше, компенсируя века своих страданий чужими, повышая кару всех отведенной меры. Они сами заслуживали наказания, и рано или поздно получали его. В ту секунду, когда разум Их переставал различать себя в бесконечном упоении Охоты, в ту секунду, когда пропадало их последнее воспоминание даже о том подобии жизни, которой они жили, когда они окончательно забывали законы и рамки, сливаясь с звериным Зовом Стаи, они теряли статус Надзирателя. И превращались в очередную Тварь. Душа изламывалась, крошилась, стонала, стиралась, как стирается само Я, и из ее зловонной, темной глубины, разламывая и раздирая на куски прежнюю оболочку, вылезала их настоящая сущность. Чудовище. Дрожа на неокрепших, тонких лапах, новорожденное, слабо понимающее, что произошло.
Таков Ад.
Он не кончается, он не отпускает. Он не дарует прощения и не дает пропуск на следующую ступень перерождения.
Ад - это конечная. И то, что вы дошли до пункта назначения, завершая свою дорогу есть только ваша вина.
Алые глаза чуть щурятся, скрадывая раздражение. Он не услышал ответа на свой вопрос.
- Я спрашивал не тебя. Ее. Ты не интересен, - он внимательно рассматривает стоящее перед ним существо, имеющее вид бледного мужчины. Словно краска, что должна была раскрасить его жизненный путь выгорела, стерлась и стала водой. Бесцветной. - Ты пуст внутри. Словно твое тело ничем не наполнено. Она, - он медленно переводит взгляд на женщину, не мигая всматриваясь в прозрачные глаза, - иная. Имя не значительно - это лишь то, как назвалась твоя душа при новом рождении. Я спрашиваю суть тебя и ее, а не путь твоего тела.
Он замолчал, обдумывая и не сводя взгляда со странной пары. Опасности они ему не несли. К тому же мужчина был прав - понятия которыми они оперировали в корне различались и в первую очередь из-за того, как они понимали сам мир. Его новые знакомые могли знать что-то ценное, а могло оно и быть ценным лишь для них и по их мнению. Этот мир был чужд ему, но и для них был чужд Ад и его порождения. Горстка новорожденных и слепых, они тыкались во все стороны, собирая крупицы и считая эти крупицы сокровищем, хотя были они лишь песком под ногами. Шики устало прикрывает глаза, на секунду позволяя голосам Охоты затопить сознание. Его способ расслабиться для последующей концентрации. Расслабиться и набраться терпения.
Все о чем говорил назвавшийся Гином было верным, как взгляд со стороны. При упоминании Шадэ, Шики почувствовал как его практически физически скручивает ненависть. Безмозглый ублюдок. Его вина была неизмерима, ведь именно его глупостью все сущее могло быть ввергнуто в хаос и сожжено огнем войны. Ярость великих Мечей слепа, ей все равно что разрушать. Он кивнул в ответ на ожидающий взгляд мужчины, давая знак продолжать. Новый знакомый сразу говорил о деле, что вызвало у Шики практически благодарность. Что ж, кем бы ни были эти существа, они как и он ценили время и не желали тратить его на пустые выяснения незначительного. Они желали того же, что было нужно ему. Пусть и по-разному.
- Я слышал тебя, - он наклонил голову и протянул руку, подзывая трех Псов из круживших неподалеку, - Все, что ты видел своими глазами и что домыслил своим умом - верно. Врата Ада не закроются до тех пор, пока не возьмут свое, -  огромные собаки послушно опустились на землю, складывая головы на лапы, подставляя гладкие спины, - Садитесь. Они не причинят вам вреда. Разговор будет длинный. Ты многое знаешь, но это лишь верх горы, что скрыта под землей. История длиннее, чем ты можешь предположить.
Он сел первым, подавая пример возможным союзникам. По темной шерсти Псов побегали огневеющие искры. Они не  обжигали, но и не грели. Псы впитают в себя запах этих мужчины и женщины, сам отпечаток их души. Их чутье выше простого, их зрение видит мир иначе. Пусть запомнят этот запах. В будущем, для его неожиданных союзников это может стать спасением, или же напротив - погибелью. Зависит от того, насколько тесно переплетутся их пути и насколько гнилы их души. Он не доверял им. Ни одному. Удары в спину - лучший способ воспитать бдительность.
- Мое имя Шики, - алые глаза холодно блестят, отражая свет тусклого солнца, - Я - Падший.

+2

95

Чувство, смутно похожее на досаду, поддернуло тонкие черты лица. Нет, его нисколько не беспокоил тот факт, что его сочли неинтересным. Наоборот, в каком-то смысле для Ичимару это было удобно. Он никогда не любил находиться в центре внимания, предпочитая наблюдение со стороны. Можно было в который раз за день поблагодарить судьбу, надоумившую прихватить себе в компанию жгучую блондинку. Это определение, несомненно, очень шло темнокожей, стройной женщине с высокой грудью и такими светлыми волосами, хотя Гин был всё ещё уверен, что Адского привлекла не яркая внешность. Мужчина на женщину смотрит иначе.
"Но не может же он чувствовать рейяцу", - мыслей о несовершенстве гикая, выполненного Заелем, как-то не возникало, потому что сам Ичимару не чувствовал Халибел. Встретив её впервые, он не нашел бы причин усомниться в её человечности. По крайней мере, не духовных. - "Странный парень", - взгляд, ненадолго скосившийся в сторону Эспады, вернулся к Адскому. Нет, Ичимару нисколько не обидел тот факт, что он заслуживал внимания меньше, чем его подчиненная, но что-то определенно было забавное в том, что его считали пустым, а Пустого "иной".
- Её имя Тиа Халибел. Она арранкар, - ответил альбинос, с интересом вглядываясь в лицо Адского. Говорило ли ему о чем-то подобное определение? Этого Ичимару не знал, но не видел смысла в досрочных пояснениях, особенно с учетом того, что из Адского слова приходилось тянуть клещами. И даже не потому, что говорил он мало. Его монологи не были короткими, они были оборванными, неинформативными, затягивали в ненужный диалог. Почти каждая его реплика, чересчур гротескная и в тоже время несодержательная, требовала пояснений. Они слишком по-разному смотрели на мир, поэтому им придется говорить, и возможно даже много.
- В моём понимание, это говорит не о её сути, а о природе, - по сути, никто не рождается Пустым или шинигами. По сути, все они всего лишь человеческие души, - мысленно добавил Ичимару, жестом приглашая Халибел присоединиться к компании и разговору. Изначально это не входило в его планы, но учитывая, что диалог приобретает философский оттенок, мнение существа, выродившегося из Пустого - всего лишь набитой инстинктами машины для убийства - было интересным. К тому же, даже она выглядела живее и содержательней, нежели назвавшийся Шики Падший.
- Нам мало известно об Аде, - честно признался альбинос, с любопытством касаясь поверхности тела Твари. Если бы это происходило в бою, на его руке наверняка бы остался ожог, но сейчас она не казалась даже горячей. "Забавно". - Душа человека, лишившегося сердца, становится Пустой. Наполненная Силой душа может приобрести занпакто и стать шинигами. Шинигами, убивая Пустых, стирают их грехи, возвращая душу в исходное состояние. Если при этом она была переполнена грехами до своей смерти, в момент её очищения, откроются Врата Ада.
Уже устроившись на Твари, Гин не прекращал с любопытством исследовать его кожу. Возможно по малейшему приказу хозяина, она могла вспыхнуть, но это не пугало. Не каждый может похвастаться в том, что видел Адскую Тварь, и Ичимару был совершенно уверен в том, что не было никого, кто бы на ней сидел.
- Грешники попадают в Ад, но мы ничего не знаем о том, что происходит с ними дальше, поэтому слово "Падший" мне ничего не говорит, - лениво договорил альбинос, встречая алый взгляд. У любого известного ему учёного нашлось бы к Шики масса вопросов, но Ичимару был из другого теста. Ему не столько было интересно познание мира, сколько наблюдение за ним. Отдельные определения для него были незначительными. В независимости от того, называл ли он Шики "Адским" или "Падшим" его сущность от этого не менялась.
- Эти существа были когда-то людьми или изначально являются порождениями того мира? - спросил альбинос ехидно щуря совсем не такие, как у Адского, красные глаза. - А ты?

+2

96

Борьба, битва - это далеко не всегда размахивание мечами или другим видом оружия и выкрикиваемые заклинания или простые угрозы. И иногда даже не словесная перепалка или противостояние интересов. Порою это конкуренция. Причем не совсем та, которой любят грешить люди - с физическим устранением соперника или же яростной грызнёй за что-то, что обе стороны не желают делить. А, другая, родом скорее из животного мира. Когда отношения устанавливаются чаще не сражением, а негласным соглашением. Животные во многом умнее людей и, если они не больны или не загнаны в угол, им вполне хватает оценить противника, не прибегая к стычке без видимой на то причины. А бывает, что конкуренция как таковая не вызывает делёжки. Как жираф и антилопа - оба травоядные, однако сфера интересов несколько разная. Вот и не выходит конфликта.
Тиа, глядя на черноволосого юношу, невольно думала об этом. Интересы шинигами, их интересы и устремления этого странного существа были из одной области, однако шли будто по разным потокам. Если боги смерти и арранкары оперировали схожими понятиями, то для Шики существовала совершенно другая область знаний.Опять же, если с шинигами всё было более-менее понятно - любое столкновение их интересов с целями экспедиции из Лас Ночес проведет к сражению. В случае их собеседника столкновения пока не произошло, да и цели были довольно специфичны. Однако случилось то, что случилось - их пути пересеклись.
И теперь Терсеро почти физически ощущала на себе это странное, не агрессивное противоборство, завязанное не на агрессии, но на попытке сторон донести друг до друга информацию на разных языках.
Тем временем, совершенно неожиданно, внимание незнакомца приковалось к ней.
"Что ты?" - этот странный, режущий слух вопрос был адресован Эспаде, а не бывшему шинигами. Собеседник с лёгкостью отбросил то, что очевидно считал условностью - имя, которое не только обозначает человека как отдельную личность, но и несёт на себе отпечаток впечатления о нём, как для тех, кто знал его лично, так и для тех, кто имел информацию лишь от других людей.
"Суть тебя и ее, а не путь твоего тела" - Халлибел повторила эти слова про себя, словно пробуя их на вкус. Новый знакомый был странен, он требовал немедленного чёткого ответа там, где многие не смогут или не захотят даже сами себе ответить.
Терсеро бросила короткий взгляд на Ичимару-сама, в какой-то момент она испытала сомнение в надежности гигая(что ни говори, горький опыт сначала близ школы, а затем у Врат), однако даже осознанная попытка увидеть в спутнике нечто большее, чем сообщают органы чувств, не дала результата. Арранкар была слишком хорошо знакома с духовной силой Гина, чтобы допустить, что она сейчас ошиблась. Гигай отлично справлялся со своей функцией - кроме необычного облика, ничто более не привлекало внимание к нему.
Эти размышления позволяли сделать вывод, что собеседник рассматривает их с другой точки зрения. Причем, отличие её от видения той же Эспада было также велико, как в случае сравнения шинигами и простых людей.
Возможно, причиной его внимания была природа Терсеро. Она была почти уверена, что других шинигами(а Ичимару-сама всё-таки оставался именно шинигами) он уже встречал. Наверное, поэтому она, как впервые встреченный арранкар, заинтересовала того, кто стоял перед ними.
Представив её и обозначив её происхождение, Ичимару-сама сделал приглашающий жест. Очевидно, Шики будет недостаточно этого ответа, и поэтому Эспаде давали возможность присоединиться к разговору.
- Мой спутник уже ответил на твой вопрос. - медленно проговорила Терсеро. - Я лишь могу дополнить его, рассказав о пути своего тела. Когда-то я была душой человека, лишившегося сердца. Однако во мне не одна душа, а целое скопище... время позволило мне родится из этой массы, и я стала тем, что я есть сейчас.
Наверное, только Душам, недавно покинувшим тело, дано помнить о своей жизни в Мире живых. И возможно, именно эти воспоминания, сожаления и желания пробивают в груди сквозную дыру и порождают Пустого. Халлибел помнила лишь белые и холодные пески Уеко Мундо и, чуть позже, встречу с Владыкой и свою жизнь в стенах Лас Ночес.
Закончив свою речь, Тиа подошла к Псу. Ощущение от него изменилось, видимо соответствуя желаниям Хозяина. Он больше не обжигал, наполняя воздух вокруг себя жаром. Смуглые пальцы коснулись плеча Твари - кожа казалась абсолютно нормальной на ощупь, хотя совсем недавно под такими же лапами плавился асфальт. Лишь легкие искры, пробегающие по шерсти, напоминали об этом.
Тот, кто назвал себя Шики, заставил Псов скрыть свою природу, чтобы не навредить бывшему шинигами и Эспаде. Это было одновременно появление желания продолжить разговор, сотрудничать и ненавязчивое предупреждение. Терсеро отлично понимала, что широкая надежная спина Пса в одну секунду может превратиться в огненную ловушку, если того пожелает Хозяин.
Однако оба выходца из Лас Ночес устроились на спинах Тварей и тем самым ответили на проявленное внимание.
"Взаимодоверие" - подумала Третья, пока двое мужчин продолжили разговор. Шики согласился с необходимостью переговоров, и это не могло не радовать. В сложившейся ситуации появилась любая ясность давала преимущество.

+2

97

Арранкар. Черная бровь вопросительно поползла вверх. Это понятие было ему не знакомо, а четкого ответа не последовало, хотя женщина и попыталась объяснить. С ее слов было понятно, что ранее она была Пустым. Сильные пустые рождаются из смешения душ, обретая свое сознание -  это ему уже было известно. Но, она не была Пустым. Ее нутро было похоже на каверну наполненную до краев. Плотная, густая и тяжелая. Одна капля и переполниться. Это было сложно объяснить - его ощущения. Не чувство рейацу, по которому привыкли шинигами и остальные читать другие души. Он воспринимал это по-другому, так же как Псины - единство с Охотой имело свои минусы и плюсы. Глаза собак видели ореолы душ и их окраску, их носы ловили запах души, а пасть чувствовала ее вкус. Каждая душа имеет свой цвет, он отражается отблесками в потоках рейацу. Каждая душа имеет свою суть - она находит свое воплощение в способностях. Каждая душа имеет вкус. Это знакомо Пустым, поедающим их. Но что шинигами, что Пустые, читают внешнее, забывая о том, что духовная сила - лишь выражение, производная, а источник ее - сама душа. Запах души - след, который оставляет ее существование в этом мире, тяжесть совершенных грехов, целительная нега благих деяний, радости и разочарования от бытия, эмоции, чувства.
Шики молча наблюдал за тем, как его нежданные собеседники садятся на собак. Их любопытство, как трогают они жесткую шерсть. И криво усмехается, чувствуя довольство Тварей. Вопрос сущности женщины все еще занимает его, хоть тема вроде бы и закрыта. Просто полученный ответ не удовлетворил его. Шики протягивает руку, касаясь смуглой кожи и смотря в глаза.
- Не бойся, - предупреждает он возможную реакцию, - Это не причинит вреда.
Ему не нравится прибегать к этому часто - своей сущности, позволяющей становиться единой с тварями, позволяющей чувствовать чужие души. Сущности Надсмотрщика, который должен знать, кто перед ним. Для того, чтобы определить меру наказания, чтобы не превысило оно нужную или не было недостаточной. Чувство погружения в чужую душу.. оно не нравилось ему. Прикосновение его мимолетно - несколько долгих секунд, пока его пальцы лежат на шейной ямке. Достаточно для того, чтобы запомнить этот запах раз и навсегда.
- Ты сильна, - он отворачивается от женщины, к альбиносу, - Мне не знакомо понятие, что ты сказал. Ее сущность для меня - новое. Не Пустой. Не шинигами. Не человек. Что? Так же как ты не знаешь о Падших, мне не известно об Арранкарах. Я расскажу тебе про Ад, ты расскажешь мне о своем мире, - говорит он, не мигая смотря на собеседника. У Падших нет запрета на разглашение информации тем же шинигами. Просто подобные встречи редки, как дождь в пустыне, и обычно никто никогда не задает вопросов. Ад хранит свои тайны в глубине себя - в тот день, когда миры были разделены и Врата Ада закрылись впервые, было сказано достаточно о каждом из миров. Но сколько тысячелетий минуло с того дня? Насколько можно верить этой информации? В другой стороны, правила не поменялись. Шинигами по прежнему истребляют пустых и провожают души, Пустые продолжают поедать души и себе подобных, а Ад по прежнему снимает свою жатву, забирая тех, кому нет места в круге Перерождений.
- Все грешные души мы зовем Падшими. Вне зависимости от тяжести совершенного греха. Падшие делятся на тех, кто искупает свой грех и тех, кто следить за исполнением кары. Подобных мне. Точного названия нам нет - слова и звания - это земное, лишнее. В Аду слова теряют свое значение. Там теряет свое значение все - сила, власть, желания... кроме одного - желания прекратить страдания, - он говорит без эмоционально, а взгляд красных глаз спокоен, но смотрит сквозь собеседников. Шики странно говорить прописные истины, о которых в Аду знает каждый. Сказанное вслух возвращает его память. И это не приятные воспоминания. -  Надсмотрщики выбираются из числа душ, уже несущих свое наказание, получая звание соразмерно своим поступкам и способностям. Они освобождаются от мук за своих грехи, но это не значит, что вина снимается с них. Они наделяются правом отмерять наказание, прибавляя или снижая его, и правом управлять Псами. Среди них есть те, кто может назначать новых Надзирателей и те, кто может назначить кару для других Надзирателей. Есть те, кто может вести Охоту. Но их мало, - он прикрывает на секунду глаза, вслушиваясь в многоголосый вой на краю своего сознания, проверяя, чем занята Охота сейчас, - Причина этого проста и это не сила вашем понимание этого слова. Ты спрашивал о Псах, что они есть. Они - это Надзиратели, которые не справились с Охотой. Она захватила их сознание, стерла остатки памяти души о том, что когда-то она была человеком. Эти твари - настоящая сущность людей, которых принял Ад. Потерявшая себя душа ломается, издыхает, а из нее рождается новая Тварь. Это то, что в итоге ждет всех Падших. Это то, что в итоге ждет всех людей.

Шики открывает глаза, вглядываясь в лицо напротив, изучая черты, складки рта. Ему не интересно, что за ним судит за шинигами - его помыслы, его мотивы. Ему даже не важно знать для чего этому альбиносу нужна информация. Важнее то, что он и правда осведомлен о происходящем - обрывки слов и смысла в них были красноречивы. Шики не боялся обмана или того, что его собираются использовать - понятия корысти и предательства существуют только в том случае, если есть доверие и надежда, вера в кого-то. Вещи, которые Ад выжигает сразу же. Таких категорий для Падшего просто не существовало. Поэтому он говорил. Если это знание принесет альбиносу беды - это будет не его дело. С другой стороны, грядущая Битва Мечей угрожает именно его миру и миру Смертных. Ад послал Охоту и его, лишь потому что освобождение Мечей было его ошибкой.
- Ты тоже, - от легко кивает в сторону мужчины, - И ты, - в сторону женщины, - В свое время мы встретимся снова. Потому что срок, когда грехи уже не сможет смыть меч шинигами и которые нельзя будет искупить кармой, настает всегда. И тогда, Ад раскрывает свои ворота. Я ответил на твои вопросы или ты хочешь знать именно обо мне?

+2

98

"Любознательный какой", - в улыбке Ичимару мелькнуло что-то снисходительное. Нет, он определенно никогда не привыкнет к этому - к людям и существам на них похожим. К их неповоротливой, тяжёлой логике и абсолютному безразличию ко времени. Гин умел ждать. Получение желаемого результата тоже могло сойти за охоту, а нынешняя встреча и разговоры - за что-то беспрецедентное, уникальное, новое и потому по определению интересное. Вот только... Ичимару всегда были интересны люди с их слабостями и тонкостями характера, с их сложными, неповторимыми и такими ожидаемыми реакциями, с их духовной организацией одновременно низкой и возвышенной. Возможно, Шики прав и он пуст, и поэтому пытался наполниться за счёт других. Может потому что отдавал себе отчёт в своей неполноценности и поэтому силился её справить.
"Не может быть", - с улыбкой думал альбинос, прикрывая красные глаза. Ему не были интересны мотивы, он получал удовольствие от процесса исполнения и результата. Почему Шики решил заговорить с ними, почему спрашивал, почему ждал ответа - неважно. Ведь в конечном итоге Ичимару устраивала эта форма обмена информации.
- В нашем мире любая душа имеет знак вне зависимости от объема обладаемой ею силы. Так Пустых мы называем минусами, а шинигами, в свою очередь, являются плюсами. Арранкар - это Пустой сломавший маску. Душа Халибел видоизменена, барьер между плюсом и минусом удалён, а способности трансформированы. Она по-прежнему может открывать гарганту или стрелять церо, вне этого гикая будет заметна её маска и дыра, но истинная её форма, её способности и сила запечатаны в духовном мече на подобие занпакто шинигами. - Могла ли Халибел рассказать лучше? Неважно. Шики в своём вопросе обратился к нему и Ичимару было несложно ответить. Учитывая, что диалог сводился к обмену понятиями, он был, пожалуй, даже рад ответить. Интереса понимать глубокую суть предмета у него не было, но сам разговор помогал понять собеседников не хуже, чем какой-нибудь бой. Это верно, что задавая вопросы, получаешь информацию, но верно и то, что сами вопросы в свою очередь рассказывают о тебе.
Падшие, грешники, ад - понятия действительно было довольно лишними для тех, кто мог прочувствовать суть. Ичимару подозревал, что в Джигоку суть вдалбливали достаточно понятными методами. Иначе человеческая душа разве могла исказиться настолько сильно? "Есть легенды, в которых гнев и боль могли скрутить человека в чудовище. Но это скорее о Пустых. Не думал, что эта трансформация возможна дальше..."
- И что с ними будет потом? - мягким тоном в ответ на исходящее от Твари довольство. Неужели это всё? Конец? Никакого дальнейшего развития? Ичимару всегда шёл вперед. Не оборачиваясь, не сожаления, не отказываясь от заданной цели, увлекшийся охотой, предвкушающий победу. Он был похож и не похож на это создание, но сейчас испытывал к нему нечто сродни жалости - желание прервать его существование окончательно, поскольку оно не имеет никакого смысла. "Возможно ли?"
- Я шинигами. После смерти содержание моей души - память, личность, сила - сотрутся и душа пойдёт на перерождение. Возможности попасть в ад такому, как я - уже нет. Так что мы вряд ли встретимся в том же виде, что теперь. Что касается Халибел... - тут Ичимару почувствовал сомнение. Он никогда не видел и не слышал, чтобы Врата Ада раскрывались, например, перед Меносом, но их информация об Аде была далеко не столь подробной, чтобы быть в чём-то уверенным. - Это верно, что она состоит из множества душ, часть которых наверняка была грешниками. Но эта личность родилась в Уэко Мундо. Какие претензии к ней могут быть у Ада? - уже с любопытством и заинтересованностью, разговор утягивал за собой, раскрывая всё новые горизонты несовершенства существующей системы. Если бы он мог её сломать... "Впрочем, это никогда не было моей целью".
- Тот парень, который выбрался из Ада, был Надсмотрщиком. - Не вопрос, а логический вывод. Вряд ли простая душа, учитывая строгую иерархию, могла найти способ вырваться, вряд ли у неё был бы шанс захватить столь серьезные артефакты, вряд ли была возможность открыть Врата и т.д. Кто бы не был этот погорелыш, он был не так прост. - Ты знаешь его? Он имеет силу над Псами?

+2

99

Разговор постепенно находил русло, обретал направление и столь необходимые для взаимопонимания связи. Если бы кто-то всезнающий и всемогущий посмотрел бы на троих собеседников со стороны, он наверное весьма позабавился бы стечению обстоятельств, которое свело в одной точке существ, хоть бывших когда-то людьми, но за годы, а может, и столетия или даже тысячи лет, утративших эту общность и ставших совершенно разными, чуждыми друг другу и миру, который был некогда их пристанищем.
Падший продемонстрировал удивление - тот ответ, что дала Терсеро очевидно не дал ему той информации, которую он желал получить. Понятия, которыми свободно оперировали Эспада и бывший шинигами, были непонятны тому, кто пришёл из-за Врат. Впрочем, с их стороны речь Падшего была также не совсем ясна.
Видимо, именно это недопонимание специфической природы собеседницы заставило Шики пойти на прямой контакт. Несмотря на  его предупреждение Халлибел непроизвольно напряглась, повинуясь многолетней привычке всегда быть начеку. Нет, она не боялась, что черноволосый причинит ей вред. И причиной этому было не только присутствие Ичимару-сама, как залога безопасности. Тиа пришла к выводу, что Падший не стал бы врать, чтобы усыпить бдительность собеседников. У Эспады всё больше создавалось ощущение, что он вообще не имеет привычки лгать и скорее промолчит, если не захочет делиться какой-либо информацией.
Его прикосновение не было горячим, как дыхание его Псов, но и не было холодным, как могли бы подумать некоторые любители мистики. Оно не несло в себе угрозы, однако некоторым образом беспокоило - не только тем, что тонкие пальцы Шики касались нежной кожи шеи, но странным откликом разума Третьей. Светлые ресницы взлетели вверх - на секунду Терсеро показалось, что взгляд алых глаз сместился с пространства где-то у неё за головой в самый центр зрачков. Еще несколько мгновений и Падший опустил руку.
Халлибел же вспомнился недавний "диалог" с Гриммджоу в парке. Однако в его случае это прикосновение означало вызов - прояви страх, напряжение, сдвинься в сторону, пытаясь его избежать и бой проигран. Но Падший, в отличие от Гриммджоу, не нуждался в демонстрации силы или утверждении своего преобладания. В этом они с Третьей были чем-то похожи.
Тем временем разговор продолжился - у обоих сторон оставались вопросы. Ичимару-сама снова взял на себя инициативу переговоров, что устраивало светловолосую Эспаду, ведь так она могла получить информацию в дополнение к уже имеющейся. Тем более, что, Падший, похоже уже удовлетворил своё любопытство тем удивившим Тиа прикосновением.
Поэтому Халлибел продолжила внимательно слушать и  привычно наблюдать за происходящим, ведь даже поведение Стаи давало немалую информацию не только о настроении Хозяина, но и о происходящем вокруг.
То, что Шики рассказал о Тварях, удивило Терсеро. Смуглые пальцы коснулись гладкой шкуры и погладили её, ощущая настроение Пса.
"Изломанная, умершая душа?" - эта мысль была нова и непривычна сознанию арранкара. Она не понаслышке знала, что такое страсть Охоты, хоть и её охота имела мало общего с нынешней. Знавала она и тех Пустых, что теряли разум в погоне убийстве жертвы... однако никто из них не превращался в нечто подобное. В Уэко Мундо бродили длинные, изломанные силуэты тех, кто утратил или же наоборот не обрёл ещё разум... они звались Меносами. Однако они не были похожи на Пса, что урчал в ответ на задумчивое прикосновение Третьей. Для существа, однажды уже умершего.. пусть многие годы назад, это создание было загадкой, ведь она на собственном опыте знала, что её будущая смерть (далёкая или близка, это было не важно) не станет концом.
Ей стало интересно, что же происходит с Псом, если он по каким-то причинам погибает. Тиа уже было хотела задать этот вопрос, однако её опередил Ичимару, пришедший, возможно, к тем же выводам. Ответ на этот вопрос некоторым образом волновал её, ведь любая жизнь, даже такая странная и изломанная, имеет смысл. В чём смысл существования Псов?.. Глубоко внутри Халлибел показалось, что они вряд ли получат ответ.
Тем временем бывший шинигами ответил на странное предупреждение Падшего. Могли ли Врата Ада открыться пред тем, чей клинок очищает грехи душ? Здесь правда за Ичимару-сама - ему, верно, виднее, как закончится его путь. Про себя же Тиа, как и он, ничего не могла сказать. Судя по удивлению, которое испытал Шики при встрече с ней, аррранкары не были постоянными обитателями Ада. Однако здесь нельзя было ничего сказать наверняка.
"Ещё один Надсмотрщик?..." - Халлибел оставила эти далеко идущие размышления. В конце концов, происходящее здесь и сейчас имело гораздо большее значение, чем пока неизвестная перспектива её дальнейшего существования.

0

100

Слушая довольное урчание тварей, Хиинари думал о том, что когда-нибудь и он станет чем-то подобным. Он не питал иллюзий, подобно другим Надзирателям и не верил в сказки о том, что бывает, что выходит срок наказания и душа получает свободу, освобождаясь от грехов, уходя на перерождение чистой, не отяжеленной ничем, словно новорожденная - ее впереди ждет жизнь, которая будет только ее. Самая первая, самая важная жизнь, которая сформирует путь этой души, её Судьбу. Эта жизнь не будет нести груза кармы, не будет подчиняться воли Судьбы - родившийся будет сам формировать ее. Так боги взяли в руки глину и вылепили из нее людей, вдохнув в них жизнь.
Шики закрывает глаза, прикрывая густыми ресницами алый взгляд. Это была красивая история, но он в нее не верил. Слишком долгое время провел он в Аду, слишком долго стоял на посте тех, кто сам отмеряет наказания другим. Так долго, что забыл себя, свое появление, свою жизнь. Если грешники хотят тешить себя тщетными надеждами и забываться в иллюзиях - пусть. Они - всего лишь души. А все души были когда-то людьми. А людям нужно что-то, во что можно будет верить и на что можно надеяться. Даже в Аду.

- Мы знаем о темной и светлой сторонах души, - Шики поднимает голову, не мигая глядя на альбиноса, - Теперь я понял, что увидел в ней - хорошо. Подобных ей много в этом мире, или она одна?
Шинигами сказал интересную информацию. С начала времен темное и светлое было разъединено. Свет и Тьма, Инь и Янь. Если убрать преграду между ними, все соединиться. Вместо черного и белого цвета, станет серый, вместо чернил и молока - бесполезная грязная жижа. Творец не просто разделил разное, назвав одним одно и другим - другое. Черные брови хмурятся, когда Шики обдумывая вопрос внимательно смотрит на женщину, словно в ее прозрачных глазах лежат  ответы на все вопросы. Ему приходится промедлить с ответом, чтобы отделить собственные впечатления, от истинного.

- Рождаются лишь люди, потому что только у них есть право выбирать свою Судьбу. Соединение не всегда ведет к рождению. Она - он сощурился, концентрируясь на собственных чувствах, - соединенное. Много душ. Если в ней есть грешник, он утянет ее в Ад. Если среди тех, кто стал для нее жизнью нет совершившего греха - меч шинигами отправит  ее на перерождение. Но какой станет в итоге ее душа, как она будет выглядеть, получит ли собственную жизнь - я не могу ответить, - падший склоняет на бок голову. Чувство смутно похожее на интерес ворошиться в душе. Ему бы хотелось знать итог - что станет после смерти с этой женщиной. С мужчиной все проще, - Не важно кто ты - душа у тебя одна. Я узнаю ее даже в следующем перерождении и для меня не будет разницы какого тебя и знал - нынешнего или будущего.
Так же, как не будет разницы, знал ли он эту душу до того, как она попала во власть Ада, но об этом Хиинари молчит. Личные встречи не имеют значения. Перед ним прошло столько верениц душ, что он не помнит уже их лиц, их цвета и запаха. Кроме одной. Той души, за которой он пришел.

- У меня нет ответа на твой вопрос. У Охоты своя жизнь. Если кто-то из Стаи гибнет - Им больно. Это все, что я знаю.

Падший отворачивается, поднимая голову - мазнувший по щеке светлый блик на секунду отвлек его внимание. Когда же Шики поднял голову все потеряло свое значение.
Одна из сказок оказалась правдой. Небо в мире живых и правда было невероятного, голубого цвета. В прорехах серых облаков, гонимых сырым воздухом, проступала прозрачная высь без конца и края. Он - бесстрастный, с выгоревшими чувствами и совершенно пустой душой, был удивлен - расширенные алые глаза смотрели недоуменно, словно у ребенка. Смотрели-смотрели-смотрели... На невозможное чудо, доступное смертным, которым неведомо насколько прекрасна и драгоценна их короткая жизнь, похожая на взмах крыла бабочки... Спустя одну минуту Падший берет себя в руки, находя силу оторвать взгляд от небес.

- Да, - размыкаются сухие губы, неохотно выпуская наружи слова, - Он был одним из нас. Младше меня. Намного. - Шики поджимает губы, борясь с клокочущей в груди ненавистью. Одно воспоминание, одно слово о отступнике вызывало судорогу в мышцах рук, заставляя сжиматься кулаки. Пришлось выдохнуть, расслабляясь, - Такие как он не имеют права открывать Врата и забирать души. Раньше он мог вести Гончих по следу - сейчас нет. Вы называете это Печатью, - Хиинари оттянул ворот своего одеяния, обнажая уродливый шрам от наложенного Вратами ограничения, - Чем больше сила, тем сильнее Печать. Но те, кого послала воля Энма-о могут снять ее по собственному разумению. Беглецов она запирает навеки в той форме, в которой они покинули Ад. Ему некуда бежать - ни один мир не примет его, пуская в цепь перерождений. 

+1


Вы здесь » Bleach World » Каракура » Штаб-квартира 10-го отряда