Bleach World

Объявление

Ролевая Bleach World считается закрытой.

От администрации Bleach World новый проект:


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach World » Las Noches » Лаборатория


Лаборатория

Сообщений 41 страница 60 из 129

41

Если они уже завтра собираются отправиться в Генсей, это может означать только одно. Покоя ему сегодня не будет. Нужно запастись литром валерьянки, несколькими упаковками таблеточек от мигрени, а лучше пол-литра того великолепного чудодейственного средства, который был получен в ходе последних неудачных экспериментов над восстанавливающим реацу элексиром.  Экспериментальным путем было доказано, что это волшебное средство, отлично справляется с наплывами страшных головных болей и мерзких, надоедливых соэспадовцев. Правда, Заэлю, дабы обезопасить  себя любимого, пришлось сначала протестировать эликсир на все том же мерзком и надоедливом Ннойторе, но все-таки эффект превзошел все ожидания. Так что Заэль был даже несколько благодарен этому неудачному эксперименту.  Вот только прибегать к такому способу расслабления часто Заэль все равно не мог, опасные для жизни и прекрасного облика эксперименты требовали от него твердости рук и холодного рассудка. С похмельем мало что интересного можно сделать. Но вот прямо в этот момент, когда Гин снова напомнил ему про Айзена, гигаи, Каракуру в одном предложении, Октава дал себе обещание. Как только вся честная компания отправится в свой крестовый поход во имя Великого и Непобедимого Бывшего Очкарика, он посетит  свою дальнюю лабораторию, вскроет свои неприкосновенные во всех смыслах запасы, дабы  отпраздновать сие великое событие. Но сейчас у него назрел один вопрос к Ичимару.
- Кстати говоря о Каракуре. Мне просто интересно, не более. И все же, я не могу понять, почему в этом поистине великом событии, как поход к Вратам, не участвует единственный в этом, кхм..дворце ученый?- на слове  событие Заэль сделал особое ударение. За каким чертом они все шли в мир людей, он не понимал. Ну да, посмотрят они на врата, важно покивают головами, поохают на тему, как же все тут запущено, и вернутся обратно в Хуэко. Ну, там некоторые могут найти себе и приключений на арранкарскую задницу, в этом Заэль не сомневался. И ведь никто из этих «крестоносцев»  и не подумает даже, что этими своими выбросами адреналина могут повредить работу Октавы. Они ведь просто сбросят гигай, а вернуть его назад вряд ли додумаются. А ведь он так кропотливо их создавал, буквально всю свою душу в них вложил. Тут как бы была весьма неуместна полемика, есть ли вообще у арранкара душа. Заэль об этом не задумывался, ему просто нравилось выражение и все.   
- Мне просто интересно, кто будет проводить анализ реацу, окружающую Врата? Кто будет следить за состоянием и сохранностью гигаев? Или Владыка решил, что со всем этим справится наш неподражаемый Улькиорра? А ведь ему еще за девушкой следить, - ученый плавно махнул в сторону Орихиме. Девушка не подавал признаков жизни. Похоже, появление Ичимару вывело ее из того хрупкого состояния равновесия, в котором она пребывала  последний час. Тут Заэль оживился, в голосе появились нотки веселья, в глазах блеснула искорка коварности. Что не сделаешь, чтобы посадить Улькиорру в грязь, ну правда же. – Хотя, знаете, может это даже к лучшему!
Мысли о том, как Улькиорра непременно опозорится в исполнении своих обязанностей грела ученого не хуже того самого чудо-элексира. А уж то, что этот конфуз непременно произойдет, сам Заэль позаботится, когда эта мышь зеленая вернется на повторную «примерку» гигая. Все с той же улыбкой, которой бы позавидовал и Нойтора, Заэль указал на Элизу.
- Я бы хотел продемонстрировать результаты своей работы прямо сейчас, если Вы не возражаете. Но сначала мне нужно будет взять образец вашей крови. Надеюсь, Вы не боитесь вида крови, Ичимару-сан?
Конечно он не боялся крови, Октава это прекрасно понимал. Но Заэль будет не Заэлем, если упустит случай подколоть Ичимару.
Надо бы еще приказать фрасьёнам убрать этот живописный натюрморт из стекла, он уже начинает раздражать.

Отредактировано Szayel Aporro Granz (2009-11-19 21:25:49)

+1

42

Альбинос упивался реакцией Иноуэ. Все эти опустевшие глаза, нервное подергивания ресниц, наивные преграды забавляли, но не настолько, чтобы ими слишком злоупотреблять. Ичимару по-своему очень уважал откровенность, даже если это страх, но чрезмерно пугать девочку своим обществом было бы недальновидно. Он все ещё собирался добиться от неё какой-то пользы там, в Каракуре, а для этого ему нужна была адекватная реакция на его присутствие.
Девушка заговорила. В, казалось бы, безразличном голосе звенели нервные нотки. Гин вопросительно приподнял бровь, ничего о "просьбе" Айзена, касающейся этой девочки он не знал. Что-то не знать о планах Владыки было непривычно. Это могло означать, как и мелочность данного эпизода, так и четко прорабатываемый план, детали которого тайчо решил придержать у себя. "Занятно", - улыбка изменила изгиб. Позже стоит это уточнить, но не более.
- Ничего, - прищурился альбинос, - Айзен-сама не обидится. Он прекрасно понимает, что ты сделаешь всё, что нужно. Теперь можешь быть свободна. Когда потребуется, тебя позовут, - можно было продолжить дальнейший разговор и в её присутствии, по-крайней мере, Гина она ни сколько не смущало, а вот самой девушке не повредила бы небольшая передышка.
- Именно потому, что он единственный, - отрезал Ичимару, дождавшийся, когда дверь за девушкой закроется. – Не поймите меня неправильно, - в тон ученому пел Гин. – Я знаю, как для вас это может быть полезно и занимательно, но если вы будете там, кто будет заниматься всем этим здесь, - лис обвел лабораторию неопределенным жестом руки. Спорить ни о чем, а именно такой спор сейчас намечался, было интересно только в некоторых случаях, и сейчас был совсем не такой. – Не принимайте близко к сердцу вам не идет. Этот поход в Каракуру что-то вроде пробного шара – прощупать территорию, оценить обстановку, не столько заняться Вратами, сколько воочию посмотреть,  чем занимаются шинигами.
Гин ни сколько не врал. В отличие от их прямого врага, у них в Каракуре не было штаба, они не могли захватить с собой много людей или вещей, а потому идти привлекающим внимание составом было бы неосторожно. У него в команде был тот, кто четко исполнит любой приказ, та, кто может выступить сдерживающим, но некофликтующим элементом для того, кто хорошо подойдет в случае, если нужно будет отвлечь на себя массу народа и, наконец, Иноуэ – девушка, которая славно отыграет роль подставного заложника.
- Кстати, раз уж об этом зашел разговор, какое-нибудь… снаряжение помимо гикаев предполагается? Анализировать реяцу врат я бы не взялся, это, увы, не моя забота, но собрать информацию мог бы, - ну или заставить кого-то это сделать. По сути между делом, вряд ли его можно считать ответственным за достижение этой цели. У Ичимару, как это обычно бывает, совершенно иные задачи.
- Значит, это и есть оно, - Гин с любопытством оглядел будто бы только сейчас увиденный объект. "И создал он нечто по образу и подобию своему". - Мило. Да, пожалуй, самое время увидеть что-то благополучное. И, нет, вид крови меня никак не пугает, - Ичимару перевел взгляд на Заеля. - Что мне нужно делать? Ну же. Пока правишь парадом ты, пользуйся. Когда ещё представится такая возможность?

0

43

Она наивна и честна. И хрупка, словно сама хрустальная. Ее ладошки маленькие и нежные, губы мягкие и нетронутые, а в прозрачную решимость серых глаз можно влюбиться с первого взгляда. Она слаба, но сильней многих. Интересно, что это за девушка? Такая красивая и сильная. Она бы хотела быть такой девушкой... Иноуэ отрешенно проводила взглядом движение рук альбиноса, остановившись где-то в районе его переносицы. Ичимару Гин. Он был такой же светлый как стены вокруг. Белый. Он такой яркости больно резануло по глазам. Девушка поспешно отвела взгляд и поклонилась, придерживая непослушную прядь за ухом.
- Как скажете, Ичимару-сан, - голос потерял свою выразительность. Теперь это просто тихий и ровный шепот, - Я буду ждать в своей комнате. С вашего разрешения.

Она распрямляется и встречает глазами лучик искусственного света. Но он не может разогнать тьму в ее душе. Она была такой наивной, Иноуэ-чан, когда решила что сможет обманывать своих тюремщиков. Она была такой глупой, когда поверила в то, что ее жертвы будет достаточно для того, чтобы спасти всех. Стать добровольной пленницей еще не значит того, что теперь все будет хорошо. Она надеялась на то, что все ее возненавидят, посчитают предательницей и не придут, но не смогла избавиться от другой надежды - на спасение из этого равнодушного мира живых мертвецов. Это чувство всколыхнулось с сумасшедшей силой, когда Ичиго пришел за ней. Он даже остался с ней в Уэко Мундо. Но тогда почему он потом ушел? Голову пронзила острая боль - воспоминания перепутались. Она не помнила, почему Ичиго больше не здесь, почему его нет рядом, в Лас-Ночес. Но, прошел год, конечно, она могла многое забыть...

Дверь лаборатории закрылась за ней бесшумно, погружая во тьму коридоров. На другой стороне они были светлей. Голова продолжала болеть, отдаваясь глубоко, прямо в сердце. Но она не помнила почему... Перед глазами поплыло на минуту, и давящее на виски отпустило, возвращая ясность воспоминаниям. Орихимэ тихо охнула, вспомнив слова Октавы о собирающейся экспедиции. Ее город, ее друзья, Тацки-чан, Куросаки-кун... Их всех могут убить, а она ничего не сможет сделать. Не сможет помочь, потому что... Мир, который она с каждым днем помнила все слабее, улыбки друзей и то, почему она так хотела их защитить - это все было больше похоже на сон...

--------------> Южные коридоры

0

44

Девушка покинула лабораторию бесшумно, незаметно, будто и не было здесь вовсе. Вообще, последнее время она напоминала какого-то призрака. И ей явно не пошли на пользу слова Заэля о том, что все ее друзья в большой опасности. Не нужно быть одаренным психологом, чтобы догадаться, что Гриммджо просто так из Каракуры не уйдет. Уж если выпустил Кошака на волю, приготовься оплатить ущерб любого вида. Хотя, Генсей сейчас густо напичкан шинигами, а уж эти ярые блюстители порядка и чистоты не позволят Джагеррджаку своевольничать. На этой мысли Заэль сладко улыбнулся. Всегда приятно осознавать, что противные тебе личности огребут по полной.
- Бедная девушка, ей ведь по пути может встретиться Улькиорра… Какой удар по неокрепшей психике! – тут Октава не стал уточнять по чьей же именно психике придется удар. Кто знает, как теперь Шиффер будет смотреть на свою пленницу, после того как предстал перед ней в таком весьма неприглядном виде. Ах, бедный, бедный Улькиорра. Не задался у него сегодня денек…А ведь еще совсем не вечер.
Во время этой маленькой, но весьма увлекательной речи Ичимару, Заэль не отрывал от него заинтересованного прищуренного взгляда. Ученого действительно немного беспокоили результаты это самой экспедиции. Айзен не простит ему, если во время стычки что-то пойдет не так. Что его обожаемые вассалы не смогут, скажем, выбраться из гигая или что-нибудь в этом роде. В принципе, Заэлю было категорически наплевать, выживут ли его дорогие соэспадовцы или нет, он опасался лишь за свое прекрасное тельце. Если бы он пошел с ними, он бы смог следить за всей ситуацией самолично, чтобы не дай Айзен что не случилось. Но его с собой не берут, что весьма усложняло его жизнь. Хотя, по словам Ичимару, они туда просто на разведку идут, так что пока можно не опасаться глобальных, неразрешимых проблем. При упоминании о дополнительном снаряжении Заэль еле успел подавить циничный смешок.
- Дополнительное снаряжение? На правах единственного ученого Хуэко Мундо, я, с Вашего позволения, оставлю за собой эту привилегию исследования. Вы только не принимайте близко к сердцу, Вам не идет, - наглая улыбка просто не сходила с лица ученого. Оказавшись рядом с Ичимару, Заэль взял того под руку и слегка потянул в направлении Элизы.
- Дорогой Ичимару-сан, Вам что не говорили, что позволять ученому делать все, что ему вздумается, при чем отдавать свое тело в полное его распоряжении - это немного рискованно?
На самом деле, была бы воля Заэля, он бы уже давно разобрал этого шинигами на составляющие, рассмотрел, из чего же состоит это его предательская душа. Хотя может, вначале, он бы не стал так кардинально обходиться с телом Гина, может, он бы сперва применил шинигами для других своих личных целей. Кто знает.   
Подводя Ичимару к столику с колбочками, наверно единственно целыми в этой комнате, Заэль все также не отпуская руки Гина, достал из кармана длинную цепочку, принадлежащую Кватре, и положил ее на столешницу. Не забыть придушить Улькиорру этой цепочкой, чтобы тысячу раз подумал, перед тем как снова прерывать мой эксперимент.  Металл поблескивал в тусклом свете, притягивая к себе внимание.
- Это – венец моего творения. Связующее звено между арранкаром и гигаем. Та недостающая часть, из-за которой Владыка не смог оценить конечный результат моей работы. – И Заэль слегка приподнял голову, впиваясь цепким взглядом в лицо Ичимару, как бы ожидая оценки своей работы.

0

45

Заостренные черточки лица Ичимару вытянулись в удивлении - не часто приходилось слышать что-то подобное, тем более от личностей не склонных к лишней жалости. Души, в которых не должно быть ничего кроме боли, ярости и голода, похоже, одолевали все более и более сложные социальные реакции.
- Надо же... странно слышать нечто подобное от вас, - протянул Ичимару. Разумеется, он и не тешился тем, какие эмоциональные порывы испытывал Заель, но, тем не менее, не мог отказать себе в удовольствии обратить внимание на определенный прогресс, несмотря на то, что тема вроде бы никаким образом лично его не касалась. - Волноваться не за что. За год знакомства вся психика, которая могла быть, наверное, уже отбита.

Ему никогда не было понятно это тщеславие ученых, искренне полагающих, что окружающие могут выступать только в двух ролях - как материал для их гениальных экспериментов и как вор их конечного результата. Лис принимал вероятность ошибки в своих размышлениях - в конечном итоге, что он занимался наблюдениями из чистого удовольствия, а другие считали это делом жизни.
- Надо же, какой жадный, - отстраненно хмыкнул Ичимару. - Ну не хочешь, как хочешь. Не мне тебя уговаривать. - Действительно и зачем обременяться лишними обязательствами?! Прямо какое-то помутнение на разум что ли нашло из-за радости возможной прогулки. Надо исправляться, а то подобные желания его точно до добра не доведут. "Если ученый ум хочет пачкать свои белы ручки, мои же будут чище, но один вопрос остается вполне актуальным". - А что-нибудь вроде обратной связи придумано вами не было? - мягко спросил Гин уже в интересах Владыки. Вдруг скучать по ним будет, волноваться, тут он и успокоит его царственную персону весточкой, другой.

Гин наклонил голову набок, словно пытаясь понять, угрожал ли ему Гранц намеренно или пытался предупредить, но определенного ответа не получил. "Он это серьезно?" - белые брови поднялись в вопросительной насмешке. "Давненько не слышал что-то даже близко похожее на это", - улыбнулся лис на приятную шутку. Рискованно - это отнимать любимую и всю такую важную правую руку у её владельца. Слова же Гина означали лишь попытку сократить часть довольно нудных, но, безусловно, вежливых оборотов. Они же тут не флиртуют, о ками-сама, а вроде как делом занимаются. Но если на это дело требуются подобные издержки, Гин потерпит. У него конечно не такое уж долгое терпение, но намного не должно хватить самого Заеля.
- Владыке нужен результат, - чинно-мирно пропел Ичимару, отстраненно подумав, что стоит и при Айзене высказать как-нибудь такое уважение, а то все для других и для других... - Поэтому-то я здесь. - Допускалось, что он не так уж и рад, стать добровольной жертвой в чем-нибудь подобном. Да какой там радости! Ничего даже отдаленно похожего на чувство комфорта или безопасности не вызывал ни сам Заель, ни то, что он все ещё держал Ичимару за руку, словно боялся, что лис вот-вот передумает и улизнет перед самым интересным. Подобное желание вполне могло в нем возникнуть, особенно в свете того, каким "осчастливленным" приполз Улькиорра после... данной процедуры, но цель, как говориться, оправдывала средства, да и Гина спасало живое любопытство.

- Это из-за отсутствия её, Улькиорра выглядел как неотлаженная картинка древнего монитора? Рябел, в смысле, -
Ичимару перевел взгляд на предоставленный его взору предмет. Тонкие пальцы свободной руки с любопытством прихватили шелестящую по столу цепочку. Занятная штучка, не похожая на нечто привычное и вызывающая ощущение, похожее на то, которое возникало от соприкосновения со сталью занпакто - сразу понятно, что это не просто железка. - Прямо-таки венец? А мне казалось, что самой важной деталью являлся гикай. И как она работает?

0

46

Октаве было не свойственно вести разговоры ни о чем. Ну там светские беседы типа сколько меносов ты сегодня загубил или как прошла аудиенция у Владыки. Это было бесцельной тратой времени, а ведь оно так важно в его исследованиях. И вот именно сейчас Заэлю начинало казаться, что разговор об отстраненных вещах начинал затягиваться. Ей-ками, ну что еще бы хотел узнать этот Ичимару? Как Заэль проводит свои эксперименты и из чего конкретно состоит гигай? Может ему еще наборчик юного исследователя выдать, чтобы тот самостоятельно изучил все составляющие оболочки? Хотя, именно сейчас Октава был готов принести в жертву свои амбиции и привычки, дабы в дальнейшем по-полной воспользоваться предоставленной возможностью неограниченного доступа к телу Гина. Заэль ведь нисколько не шутил, что полная вседозволенность в его случае – это большая опасность. Она опьяняла его, сулила небывалые высоты, заставляла совершать поступки, которые сам Октава бы ни за что не воплотил в жизнь, не обдумав их тысячу раз. И вот сейчас, чтобы Гин никуда не сбежал, не почувствовал реальной опасности, Заэль готов был болтать с ним о чем угодно, лишь бы впоследствии упиваться этим невообразимым ощущением власти над другим. Ведь после того, как Лис будет заперт в оболочку, он будет полностью в руках Заэля, в полной его власти. Эта мысль грела душу, заставляла сладко улыбаться и даже немного медлить. Специально, ведь ожидание предстоящего триумфа – это чуть ли не лучше самого финала.
- Могу я уточнить, о чьей психике сейчас Вы говорите? – Заэлю действительно было интересно узнать, кого же имел в виду Ичимару, бросая вот такие фразы? Если Улькиорру, то это бы несомненно согрело душу ученого.
- Обратная связь? Вы же идете на один день! Или боитесь, что не выдержите разлуки с Великим Владыкой? – язвительный тон добавлял здоровую долю яда в такой, вроде бы, невинный вопрос. – У меня в лаборатории останутся миниатюрные копии каждого гигая, и я буду связан с ними. Так я хоть как-то смогу следить за сохранностью моего творения. Так что если чувство потери Айзена-самы будет просто непереносимым, я чисто по доброте душевной, так и быть, соединю Вас с Великим и Неповторимым. – Заэль специально растягивал гласные в некоторых словах, на фразе о непреодолимой потере он даже добавил немного трагизма и пафоса, для большего эффекта. Все в Лас Ночес знали, что Заэль Гранц никогда ничего не делает безвозмездно. И наверно не следует напоминать, что за просто так никого ни с кем он соединять не будет, даже если внезапно Гин попадет в опасную для его шкуры ситуацию. Тут ученому даже гигай жалко не будет. Врожденная ненависть ко всем представителям шинигамской расы была заложена в генах каждого пустого и никуда не девалась, какие бы волшебные фокусы не выкидывал Айзен и его Хогиоку.
- Гигай – это всего лишь промежуточный этап моей работы, не более. Для меня не составило совершенно никакого труда создать Элизу, она ведь так похожа на мой релиз. Самой главной проблемой было создать приспособление, которое бы эффективно могло соединять пустую оболочку и самого арранкара, - на этих словах Заэль мягко, но все же настойчиво выудил цепочку из рук Гина. Тому, конечно же, надо было лично все потрогать, проверить. Волна раздражения на долю секунды накрыла ученого, припомнилась мысль о давешнем наборчике  юного исследователя. Сейчас эта идея не казалась уж такой абсурдной. – И в тоже время, чтобы оно при первой необходимости могло тут же освободить его.  Улькиорра не дал мне закончить эксперимент, я не успел связать его тело с гигаем. Поэтом-то он и выглядел так жалко. Не будем упоминать о том, что он и в обычной жизни как-то не очень воодушевляющее смотрится, - Заэль понизил тон и говорил как бы в сторону, но достаточно четко, чтобы Гин непременно его услышал. – Конечно, мне следовало бы извиниться перед Владыкой за такую постыдную демонстрацию моей работы. Но я думаю, что отличный результат в Вашем случае немного загладит мою вину перед ним, ведь так?

0

47

Мысли Гина, совсем того не желая, двигались с мыслями Гранца в одном направлении. Лис, оглядывая розововолосого арранкара, с сожалением думал, что вводная часть - беседа затянулась и затянется ещё дальше, если будет продолжаться в том же духе. Предполагал ли Ичимару, что это по его вине? Вряд ли. Скорее всего, он ни о чем подобном даже не задумывался.
Ичимару заговорчески улыбнулся, всем своим видом показывая "ты же прекрасно понял, о чем я", но ничего не говоря вслух - конкретика не была его привилегией. В этом смысле, он предпочитал полутона. Кроме того, сюда он пришел не для того, чтобы обсуждать Кватру или Иноуэ Орихимэ, и тем более не для того, чтобы удовлетворять любопытство Октавы. Первоочередным для Гина всегда был он сам, потом то, что входило в его зону интересов и только потом что-то другое. В чем-то подобное мышление можно было назвать рассеянным, в чем-то узким, но Ичимару откровенно скучно концентрироваться на чем-то, что само не привлекало внимания.
Тема разговора как китайская головоломка, быстро надоедала, стоило только понять, как она работала. Сейчас происходило что-то подобное - многословные, но не совсем конкретные ответы Октавы действовали на нервную систему, но не таили в себе разгадку, которую искал лис. Игра продолжалась. И, похоже, было на то, что Заель совершенно путал функцию Ичимару в этой игре.
Гин не был преувеличено гордым и в целом никогда не показывал зубы не для того, чтобы укусить, поэтому сказанное Гранцом пропускалось через некий слуховой фильтр, оставляя на его пористой поверхности все то, что могло бы задеть альбиноса за желание сделать неприятно, и не вызывая желание ответить. Этому также способствовало то, что Ичимару был слишком в себе уверен, чтобы вступать в споры, обеляющие свое имя в глазах какого-то арранкара.
«И все-таки надо понимать, что, кому и как говоришь», - подумал альбинос, с отстраненным видом выпуская цепочку из своей руки. «Ядовитый тон, смелые выпады… похоже, ему давно не напоминали о его месте», - мотивы Айзена, а у Айзена всегда были мотивы, не всегда доходили до живого, но все-таки отстраненного ума Ичимару. Но возможно он считал, что Гранц будет лучше творить в состоянии некоторой свободы, так необходимой для творческих личностей. «Надо будет спросить», - почти злорадно подумал Ичимару, мысленно уже формулируя возможный разговор.
- Тебе приятно думать таким образом? – насмешливый вопрос прозвучал риторически. По-крайней мере ответа Гранца он определенно не требовал. Кроме того не относился ни к чему из сказанного Заелем конкретно, а обозревал ситуацию в целом – и тоску Ичимару по Владыке, и вину Улькиорры в демонстрации гикая, и возможное сглаживание. Лис редко что-то говорил, и тем более редко говорил долго. Больше всего ему нравилось, когда его собеседники сами придумывали то, чем оскорбляло. Важное для себя лис почерпнул – цепь соединяет душу с импровизированным телом, а связь идет уже через это тело к Октаве. Надо было признать, что Ичимару не собирался злоупотреблять чем-то подобным. Слишком слащаво звучал голос ученого, когда он говорил о своей доброте. – Тогда давайте приступим к осуществлению этого самого результата.

+1

48

Ичимару говорил мало и это, черт возьми, раздражало. Не то чтобы Заэль сильно нуждался в светской беседе, сам же вот только что жаловался на затянувшуюся прелюдию, и все равно, малословие напрягало. Это значило, что большую часть своих мыслей Гин оставлял при себе, все замечал и делал выводы. Заэль не мог проникнуть в его  мозг и узнать, что же это за выводы, и это заставляло еще более тщательно всматриваться в выражение лица, замечать любые мимолетные движения.
Ненадолго погружаясь в свои мысли, Октава чуть сильнее, чем нужно, ухватил Гина за локоть. Наверно, боялся, что тот реально решит бежать. Научены уже горьким опытом, спасибо. Хотя, прежнее замечание о связи возымело свой эффект. Он, конечно же, подумал об этом, но только со своей стороны. Да, он будет узнавать о происходящем через микрошпионов в гигае каждого арранкара, но что, если что-то пойдет не так? Ему обязательно нужно придумать как бы так сделать, чтобы сам он мог на расстоянии воздействовать на гигай, если что. Ну допустим если Гриммджо, скотина неблагодарная,  решит изувечить его работу. Или Октаву что-то заинтересует, а ведь никто из этих невеж не подойдет и не рассмотрит как следует, если он просто попросит. Так что надо решить эту проблему, определенно.
- Мне вообще приятно думать. Это, знаете ли, дано не каждому. Но не будем о грустном, закатайте рукав, пожалуйста.
Октава все же отпустил локоть Гина, хотя и с явным опасением. Вытащил из кармана маленький шприц с особо острой иглой. Он любил, чтобы все было именно так: остро, чисто, идеально. Он был скрупулезен до крайности и в этом он себя боготворил. С Гином было опасно проделывать те же самые фокусы, что и с Улькиоррой. Тут уже был совершенно другой уровень. Если с давешнего Шифера он взял кровь так, что теперь несчастный Кватра будет неделю мучиться от боли, то с Ичимару придется действовать крайне осторожно и осмотрительно. Лис был мстителен, кто этого не знал. А Заэль очень сильно переживал за сохранность своего прекрасного тела. Язвительные замечания и усмешки это одно, а вот намеренное причинение вреда – совсем другая песня. Поэтому Октава взял образец крови Гина максимально быстро и безболезненно. 
Он был сосредоточен на работе. Полностью. Он любил это состояние, когда мышцы сводит от напряжения, и голова почти идет кругом. И в такие моменты его было лучше не отвлекать, а-то мало ли что… Уже смешивая кровь Гина с металлическим порошком в колбочке, Заэлю стало интересно, каким же цветом будет его цепочка. Если с Улькиоррой было все очевидно, то тут, пожалуй, можно голову сломать от догадок. Серебряный, в цвет волос? Бирюзовый, под цвет пояса? Ярко-розовый, чисто из противоречия ко всем правилам? Он может, с этого лиса станется. Но вот шипение прекратилось, и ядовитый дымок, с привкусом чего-то тяжелого и неприятного, рассеялся, являя миру разгадку тайны Ичимару, как про себя отметил Октава. Цепочка была нежно-сиреневого цвета, такая бледная, что почти серебряная. Ну что, он почти угадал.
- Сиреневый, да?– это прозвучало так, будто Октава спросил что–то вроде «носим женские стринги, а?». – Ну что ж, раз у нас есть самый главный козырь этой партии, давайте продолжим игру. Подойдите к Элизе, пожалуйста.

+1

49

- Ой, да не тяните вы так – вдруг оторвется! Зачем я вам безрукий? Хотя крови в таком случае действительно может быть немало, - насмешливо пел Гин, реагируя на задумчивость ученого, от которой на белой коже альбиноса вполне могли бы остаться отметины. Было, конечно, желание какое-то время поломаться, позволяя себя упрашивать или просто и откровенно мотая нервы Заелю, но, приняв во внимание тот факт, что нервы у Гранца находились не в самом хорошем состоянии, Гин счел для себя за лучшее скорее закончить с вводной частью. Во-первых, дальнейшее обещало быть куда более интересным, чем вполне привычное раздражение ближних. Во-вторых, Ичимару по-прежнему очень спешил опробовать себя в новой сфере деятельности, где он в кой-то мере будет выступать экспериментатором. То, что эксперимент по сути своей будут ставить над ним, альбиноса почти не смущало, а вот итог обещал новые, занимательные возможности.
- Чудесное замечание, - протянул лис, вполне послушно закатывая рукав. По мере того, как настроение Гранца падало, Ичимару наоборот в нем поднимался. Удалось даже приободриться, с удовлетворением подмечая обыкновенную обходительность. Что поделать, альбиносу симпатизировало хорошее к себе отношение. Сомневало, разумеется, бесспорно, вызывало подозрение, но отчего-то симпатизировало.
- Как хорошо вы это сделали! – ласково улыбнулся Ичимару, неожиданно для себя припомнивший историю годовалой давности, когда Унохана Ретсу истинно по доброте душевной, а не из какого-то злого, извращенного умысла, провела над ним операцию. Порыв Гин оценил, но то, как он происходил не очень. Болезненность воспоминаний даже не скрашивал факт скорейшего выздоровления. Врачей и хирургические предметы он явно стал недолюбливать, заклявшись быть осторожней дабы не получать столь глупых травм.
- Это всё? – вопрос в силу обстоятельств и частичной задумчивости оказался несвоевременным – продукт небольшой кровопотери уже гордо, но тускло поблескивал на столе. - Очевидно, - ответил Гин, удержав себя от желания поинтересоваться здоровьем Гранца. Учитывая свои предыдущие размышления и вопрос Заеля, выходило так, что либо он любил задавать глупые вопросы, либо страдал дальтонизмом. Последнее каким-то странным образом объясняло цвет его волос.
- Давайте, - с явным энтузиазмом в голосе отреагировал Гин. Гранц задал свой вопрос вовремя, сбив поток совершенно бестолковых мыслей. Это радовало чуть ли не более, чем сам процесс, тем более что процесс, производимые Заелем, в целом были весьма сомнительными. -  От меня что-нибудь ещё требуется? – поинтересовался Ичимару уже находясь непосредственно перед Элизой – объектом, столь напоминающем самого Октаву. Гин мог бы задать ещё немало вопросов, но осознав, что ученый крайне неохотно делился технической стороной вопроса, оставил их на потом.

+2

50

Тон Гина вывел ученого на поверхность. Не то, чтобы он сильно прислушивался к тому, что говорит лис, ведь сейчас Заэль был слишком сосредоточен на эксперименте. Но с другой стороны этот тон… Воодушевленный,  полный энтузиазма, будто этот Гин тут не свое тело на непонятного рода эксперименты подставляет, а участвует в самом увлекательном в своем роде шоу. Это… выбивало из колеи. Первый раз ученый видел кого-то, кто вот так по доброй воли да еще и с таким увлечением идет на такой шаг. Продолжая сжимать цепочку в ладони, Заэль чуть приподнял голову,  чтобы вперить взгляд в белесое лицо. Может это на самом деле не Ичимару Гин? Может это такая иллюзия? Наверно, в попытке рассмотреть какие-то признаки обмана он слишком близко поднес лицо к давешнему Гину, чем, наверно, вызвал у того легкое недоумение. Говорить, что Ичимару впадает в шок, как все остальные смертные, не стоит. По крайней мере, такой эмоции Гранц никогда не видел на лице Гина. Может хорошо скрывается, кто его знает. 
Удостоверившись, что никакой подставы тут нет, Заэль резко отпрянул от Гина. Ну что ж, энтузиазм, так энтузиазм, дело Ваше.
- Все, что от Вас сейчас требуется, это спокойно постоять вот здесь, - говоря это, Заэль как-то слишком осторожно подтолкнул Ичимару к Элизе. Кто знает, чем вызвано это воодушевление, на всякий случай, лучше не рисковать. – Сейчас Элиза создаст вокруг Вас кокон. Приступами клаустрофобии не страдаем? – все-таки не смог не съязвить ученый. – После уже и поговорим.
Наблюдая за тем, как Элиза сомкнула свои крылья вокруг Ичимару, Заэль внезапно ощутил сильную усталость. Сначала Улькиорра, потом Орихиме, теперь вот еще и Гин. За этот день  в его лабораторию посетило столько народу, сколько не посещало еще никогда. Ну зато он повеселился. Немного. Разнообразие никогда не было плохой штукой, заключил для себя Заэль. Да, пожалуй, так. Пока создавалась оболочка Гина, можно было бы выбрать одежду для будущего «человека». Хотя… А пусть сам выбирает, то еще зрелище будет. Заэль умиленно погладил футболочку с розовыми зайчиками, ну хоть на кого-то же он должен ее нацепить, нет? Раз с Улькиоррой не получилось, может хоть Гин поддастся? Пряча ехидную ухмылочку, Заэль обернулся к Элизе. Шелест крыльев как раз возвестил о том, что превращение окончено, можно уже смотреть результат. Заэля охватило чувство неконтролируемого восторга и возбуждения – он всегда себя так чувствовал, когда предстояло проверять, чем же закончился его эксперимент. Для него это было что-то вроде особого подарка. Сцепив за спиной слегка подрагивающие руки в замок, Заэль глубоко вздохнул и, задержав выдох, сделал шаг в сторону Гина.

0

51

Ичимару имел некоторую отвращенность к чужому личного пространству. Сам легко в него вторгаясь, он не слишком любил, когда тоже самое проделывали, поэтому, как только удивленно вытянутая физиономия Заеля замаячила перед самым его носом, Гин спал улыбкой и заметно поник, сбиваясь с какой-то, безусловно, очень умной, но уже, увы, потерянной мысли.
- Что такое, Заель-кун? - спросил Ичимару настолько ровно, насколько умел, привычно протягивая гласные в согласии с акцентом. - У меня что-то не так с лицом? Не против, если я пройду, вы мне немного мешаете? - продолжал он, не дожидаясь ответа. Живой интерес ученого к его персоне Ичимару внутренне напрягал, по интуитивному опыту, он догадывался, что из этого может не выйти ничего хорошего, но будучи натурой в меру авантюрной, Гин подавил глас разума и оставался на месте, лишь слегка продвинувшись вперед согласно небольшого толчка Заеля.
"Ну и что из этого выйдет?" - думал Ичимару, вопросительно склоняя голову, чтобы рассмотреть творение Гранца вблизи. "А с этого ракурса так совсем не интересно".
- И как долго стоять? - поинтересовался Гин буквально за мгновение до того, как начался сам процесс. Сдерживать внутреннее напряжение таки пришлось. Клаустрофобией он не страдал, но привыкший к боям на дистанции, Ичимару предпочитал находиться непосредственно вблизи от врага только в случае своей абсолютной уверенности. Теоретически, перед ним был даже не враг, но как раз таки уверенности в этом не хватало. "Это не займет много времени", - утешил себя Гин, прислышиваясь к своим ощущениям.
Гикай шинигами делался совершенно другим образом, это Ичимару уяснил ещё до того, как вступил в процесс. Мало того, что его сооружение не требовало от персоны никакого участия, но и одевался он без каких-либо затруднений. "А вот Заель, очевидно, оказался любителем контакта", - скорее почувствовав, чем увидев, как крылья этого существа (механизма?) сомкнулись над его персоной.
Рефлекторно задержав дыхание, Гин выдохнул только после того, как Элиза разомкнула свои хм... объятья, чтобы выпустить уже в чем-то испачканного, и совершенно неодетого альбиноса. Время, проведенное внутри, Ичимару при всем желании не назвал бы лучшим в своей жизни, но ничего глобально плохого с ним всё-таки не произошло. Немного омерзительно, совсем не скромно и в достаточной мере противно, но в целом переносимо.
- Мне остается только надеяться, что он многоразовый, - скривился в улыбке Гин, выпрямляясь и сжимая руку в кулак. Судя по всему на гикай Заеля действовали те же ограничения, что и на гикаи шинигами. А Ичимару честно рассчитывал на что-то бонусное. Пока же единственное, то он уяснил, что нахождение в этом гикаи требовало дополнительных усилий. "Ах, да... цепочка". - Хм... у вас не найдется что-нибудь, чем бы можно было бы обтереться? Право слово, мало приятного быть настолько влажным и неодетым, - последнее слово Гин подчеркнул. Судя по Улькиорре, Заель всё-таки озаботился комплектацией экспедиции. И Ичимару не отказался получить свой комплект.

+4

52

Заэль Аполло Гранц
http://s12.radikal.ru/i185/1002/a7/1441c68508ef.jpg

Как только крылья Элизы разомкнулись над Ичимару, являя всему миру и лаборатории в частности одно из величайших творений бесспорно гениальнейшего учёного, Заэль мгновенно отмёл все совершенно ничтожные отвлекающие факторы. Какая уже теперь разница, каковы были мотивы Ичимару, когда он с таким энтузиазмом отдавал себя в руки-крылья Элизы во имя науки и ещё одного доказательства, конечно же, успешного эксперимента Гранца? И, тем более, какая разница, каково было до сих пор его выражение лица. Если раньше эти мелочи ещё могли вызвать любопытство в идеальном сознании Заэля, то теперь, на фоне представавшего глазам творения, всё это теряло всякий смысл.
Готовясь оценить по достоинству свой труд, Октава даже задержал дыхание, сцепляя руки за спиной и делая шаг в сторону облачённого в только что созданный прекрасной Элизой гигай Ичимару. Оказавшись прямо перед шинигами, Заэль остановился и, даже подавшись вперёд в порыве восторга, воззрился на плоды своих трудов, без стеснения разглядывая не отличимую от человеческого тела оболочку. По сути дела, его абсолютно не волновало то, кто перед ним стоит и как он выглядит – учёного волновал только результат эксперимента. Хотя нынешняя стадия была только первой частью. Вторая же, и более важная стадия состояла в связи этой оболочки с душой. Внимательно глядя, как выпрямляется и пробует сжать руку Ичимару, Заэль мысленно делал отметки о результатах. Всё шло отлично, его изобретение было идеальным.
Распрямившись и отступив на полшага назад, Октава улыбнулся, не сдерживая своего триумфа, изрядно сдобренного осознанием своей власти над шинигами. И только с минуту понаслаждавшись своим восторгом, учёный заговорил, отвечая на слова Ичимару.
- Естественно, этот гигай многоразовый. – с явной ноткой самодовольства в голосе проговорил Заэль. С каждой секундой второй этап эксперимента приближался, и учёный от триумфа переходил снова к сосредоточенности, хотя немного безумная улыбка так и не сходила с его лица. Молча развернувшись, Заэль сходил за полотенцем и подал его Ичимару, снова не отказывая себе в интересе проверить, насколько легко шинигами управляет своим новым телом. – Одежда – на ваш выбор, Ичимару-сан. – сладким голосом проговорил Октава, плавным движением руки указывая на небольшой гардеробчик, подобранный учёным для нужд будущей экспедиции. – И перейдём ко второй стадии эксперимента. – закончил Заэль, иллюстрируя свои слова цепочкой, которую всё ещё держал в руке.

+1

53

Липкое ощущение все не сходило, вызывая волновые приступы раздражения Пока безобидного, просто предостерегающего, но уже поднимающего голову. Гин крайне редко злился на самом деле, но будучи более агрессивным человеком, нежели мягким, злился с угрозой для окружающих. В один жест ладонью правой руки он стряхнул всю или почти всю липкую жижу с левой. То же самое проделал наоборот. Запачкать девственную чистоту полов было фактически делом чести.
- Вы очень предусмотрительны. Переживать подобное раз за разом было бы как минимум утомительно, - лис фыркнул. Действительно, с чего это липкому ощущению на коже уходить? Всегда чистая, белая кожа альбиноса выглядела особенно жалко при таком украшении. Жижа сохла, охлаждая, отчего Гин постепенно начинал покрываться мурашками. Засохшая жижа обещала превратиться в пленку. От этой мысли альбинос почувствовал явственное желание почесаться. "Змеиные яйца", - с отвращением подумал Ичимару, принимая полотенце. У них тоже была мягкая, липкая оболочка.
- Вам, Заель-кун, с таким оборудованием нужен душ, - протянул альбинос, следуя своим мыслям. Жижа сходила с кожи удивительно легко, без лишних следов. Вот этот факт несомненно радовал. А вот присутствие Заеля ощущалась фактически физически, выбивая воздух. Разница в рейцу становилась с каждой секундой более очевидной, а нахождение в гикае все более сложным. Ичимару даже подивился выдержке Улькиорры, но у того всегда было лучше с мотивацией.
- Конечно. Демонстрации первой мне более чем хватило, - альбинос улыбнулся, из имеющейся одежды выбирая более-менее подходящее, как по содержанию, так и по размеру - джинсы, рубашка с галстуком, какие-то туфли и пиджак. - Скажите, на ваши гикаи действуют те же ограничения по силе? - Гин не стал уточнять какие именно ограничения, предполагая, что Заеля отличает от отдельных арранкаров определенная сообразительность. - Нельзя ли их как-нибудь сбавить или приподнять?

+2

54

Заэль Аполло Гранц
http://s12.radikal.ru/i185/1002/a7/1441c68508ef.jpg

Изящным и красивым движением поправив непослушную прядь волос, Заэль заложил руки за спину и продолжил внимательно наблюдать за подопытным. Он уже практически забыл, что происходящее является не столько экспериментом, сколько исполнением планов Владыки. И более того - Ичимару Гин не совсем подопытный, а Элиза изобретена специально для предстоящей миссии в Каракуру. Кстати об этом - Ичимару был вторым, но отнюдь не последним на сегодня нуждающимся в гениальном изобретении Октавы. Это значит, что и без того слишком нервный день, полный докучливых посторонних в любимых лабораториях Гранца, всё ещё к концу даже не приближался.
По мере того, как идеально чистый пол лаборатории, благодаря без сомнения сознательным действиям Ичимару, скрывался за брызгами жидкости, покрывавшей ещё минуту назад только что созданный гигай, улыбка на лице Заэля всё больше кривилась. Однако, он всё же держал себя в руках, поскольку считал ниже своего достоинства позволять себе терять самообладание от такой мелочи, учитывая, что это явно не последний раз. Кроме того, факт, что Ичимару это делает явно не по глупости, его немного извинял в глазах учёного - с идиотом иметь дело в разы неприятнее.
- У меня в лаборатории слишком много хрупких и неизмеримо ценных вещей, чтобы допускать вторжение сюда посторонних по малейшему поводу. - во всё ещё довольном собой голосе учёного проступила нотка раздражения, когда он представил, что к нему могли бы толпами ходить за новыми гигаями.
"Ни за что..." - в суеверном ужасе подумал Гранц и сразу порадовался, что такая судьба его миновала.
- Разве? На мой взгляд, полотенец вполне достаточно. - довольно отстранённо ответил Заэль, наблюдая за действиями шинигами и ожидая, когда тот уже оденется, и можно будет перейти к второй части. Дождавшись, учёный уже было собрался завершить эксперимент и праздновать удачу, но вопрос Ичимару его отвлёк.
- Изменить ограничения? А, простите, зачем их менять? - даже немного озадаченно спросил учёный. - Целью, к которой я стремился, было полное совпадение с физическими характеристиками людей. Так что даже Кватро Эспада будет выглядеть как живой. - это был явный повод для гордости. Тем более, что Улькиорра на человека похож был очень слабо.
- Перейдём наконец ко второму этапу. - произнёс Заэль резковато, прерывая хоть на время не относящиеся к эксперименту разговоры. - Наденьте, Ичимару-сан. - учёный протянул шинигами ту самую цепочку. Собственно, с точки зрения исполнения этот этап был проще предыдущего. Но, так как первый подопытный сбежал прямо перед этим этапом, Заэль ещё не видел его результатов. И оттого был, конечно, в нетерпении, что и проявлялось крайней степенью заинтересованности на его лице.

+2

55

- Вполне справедливо, - обвыкание к телу после хотя бы какого-то очищения и одевания оного шло успешно, что, несомненно, влияло на настроение альбиноса, который постепенно приходил в благодушное состояние. Это радовало Гина. Окружающих же это радовать не должно было. В благодушном расположении альбинос не становился способным на душевные порывы, но зато относился ко всему с большим терпением и вниманием. Внимание же Ичимару большинство терпело с заметным усилием.
– Думаете? – лицо альбиноса, своими тонкими чертами в ехидстве напоминающее лисью мордочку, удивленно вытянулось, но уголки губ слегка подрагивали, с готовностью перетекая в улыбку, как только необходимость в видимом удивлении отпадала. - Впрочем, речь идёт не о вашем же комфорте, поэтому вполне могу понять подобную небрежность, - едва заметно, но все же заметно поставил ударение на последнем слове альбинос. Ему всегда нравилось лицо Заеля – живое такое, лживое. Оно в чем-то напоминало лицо ещё одного лицемера, но было гораздо менее натренированное, поэтому на нем нет-нет, а проступали истинные эмоции. Доводить до подобного состояния было приятным, но редким удовольствием. Ичимару все же нечасто контактировал с арранкарской братией.
- Когда отсутствие душевых стало бы влиять на него, думаю, вы бы посуетились на эту тему, - небрежно бросил своё предположение Гин опять же и чистой вредности, поскольку истинного дела до этого вопроса у него явно не было – свой гикай он уже получил. В весомый довесок к уже сказанному Ичимару, в качестве чувствительного примера, подумывал даже упомянуть Айзена, но решил, что подобное упоминание Владыку не обрадует, а по отношению к Заелю в данной ситуации будет неоправданно, поэтому переключился на разъяснения.
- Верно, но очень скучно, - вздохнул альбинос, прикидывая, стоило ли оспаривать подобный тезис. Вряд ли стоило, поскольку разумное звено в нем превышало заинтересованность самого Ичимару. Ни один из арранкаров не сможет вести себя по-человечески, если их до этого не ограничить, но ведь, в конце концов, он же не арранкар! – Но в принципе такое возможно? – вопросительно склонил голову набок бывший капитан третьего отряда без серьезного намерения получить чего-то конкретного. Имея цель добиться для своей персоны чего-то превышающее заданные характеристики, он, пожалуй, смог бы это осуществить, но не видя живой заинтересованности, не стал бы тратить времени большего, чем необходимо, чтобы просто понервировать собеседника. Мало кому нравиться отвечать на вопросы, в которых было явное сомнения в способностях.
- Так намного лучше, - вряд ли Гранц нуждался в его личным комментариях и впечатлениях, но не излагать их было бы для Гина почти невозможно. Одев протянутую цепочку Ичимару с одной стороны почувствовал весомое облегчение – находиться в присутствии Заеля в гикае было довольно сложно. (Впрочем, возможно он зря наговаривал на Гранца и дело было вовсе не в нём с его живой рейцу, вполне соответствующей уровню Эспады. Гин вполне допускал мысль, что находиться в этом гикае без дополнительного закрепления сложно в любом случае.) С другой же ощутил какую-то скованность, но убедившись, что цепочка снимается довольно легко, махнул на неё рукой. – На этом всё? – не без любопытства поинтересовался альбинос, который уже живо представлял себе ближайшие планы. Айзен позволил отправляться в Каракуру, если Гин посчитает гикаи пригодными. Гин их таковыми посчитал, поэтому дело оставалось за малым – собрать всех, кто входил в состав экспедиции.

+2

56

Заэль Аполло Гранц
http://s12.radikal.ru/i185/1002/a7/1441c68508ef.jpg

Увидев на лице Ичимару неподдельное, но явно демонстративное удивление, Заэль, не очень-то понявший, чему подопытный удивляется, тем более, что был явно занят своими мыслями, а не душевыми, абсолютно несознательно отзеркалил выражение лица, так же удивившись. Впрочем, удивление пропало очень быстро - как только Ичимару продолжил мысль и сам перестал удивляться. Зато оно так же плавно перетекло в несколько раздражённую гримасу, когда шинигами поставил едва видимый акцент на небрежности. Переварив же мысль собеседника, учёный тут же взял себя в руки и расплылся в широкой и самодовольной, но несколько лживой улыбке.
- Исследования идут очень активно, возникает надобность в новом оборудовании. Потому в моих лабораториях нет ничего лишнего - ровно то, что имеет важное практическое значение. - сладким тоном протянул Заэль, но неприязненно сощуренные за очками глаза вряд ли могли укрыться от внимания благодушно настроенного Ичимару.
Вряд ли кто-то ещё из нечастых посетителей логова Октавы добивался такого успеха по части разнообразия реакции учёного. После следующих слов шинигами он в начале приподнял брови, а потом довольно оскалился.
"А вы не скучный, Ичимару-сан." - подумал он с лёгким удивлением такой собственной мысли.
- В принципе - возможно. - кивнул Заэль. - В принципе, всё возможно. - с ноткой самодовольства закончил мысль Гранц уже немного отстранённо, потому что переключился на вторую стадию эксперимента.
Всякая отстранённость пропала, когда Октава вцепился в подопытного пристальным взглядом, наблюдая за его реакцией на надетую цепочку. Впрочем, смотреть оказалось толком не на что. Во-первых, Гин прокомментировал ощущения сам, во-вторых, и так было очевидно, что он чувствует себя теперь фактически комфортно. И значило это то, что эксперимент полностью удался.
- Всё. Я считаю эксперимент удавшимся и плод его готовым к использованию. - конечно, без гордости за прекрасное творение не обошлось. - А вы как считаете, Ичимару-сан? - с одной стороны, вопрос был задан для проформы, а с другой в нём просквозила такая уверенность в неоспоримости удачи эксперимента, что уже можно было не спрашивать.

+1

57

"Ах, какой замечательный взгляд! Сколько эмоций и порывов", - оценил альбинос выражение лица ученого. Реакция была достигнута, а лис фактически ей удовлетворен. Конечно же, перспектива продолжить в том же духе была заманчивой, но после короткого размышления, Гин прикинул, что спорить с Заелем может быть интересно только при абсолютном наличие времени. Ичимару таким не обладал. Нет, разумеется, он мог позволить себе находиться в лаборатории часами, раздражая не только Гранца, но и редких его посетителей, но перспектива прогулки в Каракуру казалась ему более светлой и интересной, нежели тот процесс, удовлетвориться которым он всегда успеет.
- При случае мы вернемся к этому разговору, - заверил альбинос, потянувшись всем телом. Чувствовать себя ограниченным было, если не в новинку для Ичимару, то как минимум непривычно. Заданий в Генсее он не получал давно - должность не была та. Всё-таки явление капитана/лейтенанта на улицах простого города это большая редкость, связанная с чем-то очевидно чрезвычайным, а такое до очередного выпада Айзена случалось нечасто. Неудивительно, что с непривычки ему даже немного дурно от нехватки рейяцу или, что более вероятно, от присутствия Заеля.
- Это да… в таком случае в следующий раз, когда мы не будем столь ограничены условным заданием, можно попробовать что-то изменить, - намёк. Причем даже не тонкий. И ведь в принципе не нужно это Ичимару, а не попробовать невозможно. Словно бы само слово провокация обмазано чем-то аппетитным, привлекающим его без сомнения очень любознательную натуру.
- Да, - для убедительности Гин даже кивнул, приподняв руку так, чтобы лучше рассмотреть болтающуюся на запястье цепочку. Как-то слишком утонченно. В целом идея не плоха, но как ни вседа есть время глотать таблетки, так не всегда найдется возможность снимать цепочку. «Интересно, а насколько трудно её порвать?» - стоило признать, проверять на себе это он не собирался. Может быть, как-нибудь позже и на ком-нибудь другом… - Думаю, Айзен-сама вполне может быть доволен результатами. В дальнейшем о их пригодности можно судить только испробовав на практике. Подготовьте проход. А я пока займусь сбором участников этого замечательного мероприятия.

+3

58

Заэль Аполло Гранц
http://s12.radikal.ru/i185/1002/a7/1441c68508ef.jpg

Как добившийся ожидавшегося эффекта лис наслаждался сменяющимся выражением лица учёного, так сам Заэль с удовольствием оценивал удобство гигая и естественность движений Ичимару. Внимательно, но не так пристально, как раньше, глядя на шинигами, Октава подмечал особенности движений, скорость реагирования и даже доступную часть эмоций подопытного, подмечая все детали для личного отчёта об эксперименте.
Ичимару не стал развивать тему душевых, и Заэль, услышав его ответ на эту тему, только кивнул, поскольку тоже предпочитал другие дела. Правда, зачем к душевым возвращаться при следующем разговоре, он не понял. Тем более, на то, что всё стадо арранкаров припрётся крушить хрупкую технику ради гигаев, рассчитано не было. И душевые вследствие этого были не актуальны.
- Мм... - многозначительно протянул Заэль, переключаясь на новую тему. И тут же на его лицо выплыла мечтательная улыбка: он представил возможный размах исследований, буде лис организует для этого поддержку Владыки.
"Дополнительные способности... Даже сейчас, сходу, сколько я вижу интересных вариантов!"
Не факт, конечно, что Ичимару подразумевал именно такие изменения, какие сразу же увидел в мечтах учёный. Но это были уже частности.
- Конструкция Элизы была изначально рассчитана на возможность изменения технических характеристик гигая. - почти серьёзно ответил Заэль, подразумевая, что готов заниматься упомянутыми изменениями. - В таком случае вы, конечно, согласитесь испытывать экспериментальные модели, Ичимару-сан. - без тени сомнения в голосе проговорил учёный, но глаза блеснули едва ли не жестоко. Ему под такое дело просто необходим был подопытный. Только за отсутствие последствий экспериментов Октава готов был ручаться не всегда.
- Замечательно. - всплывая из мечтаний протянул Заэль. - Уверен, в практике проблем не возникнет. - учёный окончательно вернулся на бренную земли и смерил собеседника каким-то не очень довольным взглядом. - Проход я подготовлю. А вы пришлите сюда следующего.

+2

59

На долю секунду Гин даже не понял, о чем говорил Заель. Точнее, текст был предельно ясным, а Ичимару глупостью не отличался, но вот смысл не желал укладываться в белобрысой голове. Гин сморгнул, переводя черточки лица с удивления в откровенный скепсис. «Он это серьезно?» - пронеслось в голове альбиноса. В принципе, ему нередко попадались наивные субъекты, полагающие, что ухватить лисицу за хвост не трудно. И в принципе, Заель всё хорошо рассчитал – приманка вполне подходила, но вот тон и ощущение того, что его загоняют в клетку какого-то обязательства, сразу же буквально заставляли взбрыкнуть или, что более подходило ситуации, величаво убежать, тактично позволив охотнику поймать взглядом кончик белого хвоста. Иначе никакого интереса.
- Конечно же? – «непонимающий» тон с откровенным ехидством на выражении лица. «Вот ещё», - отвернулся от созерцания лица ученого Ичимару, переводя взгляд на какой-то стеллаж. Подписываться на обязаловку альбинос не собирался, хотя можно было подписаться и не участвовать, но тогда бы «не участие» было бы почти столько же обязательным для него, как и предполагаемое «участие» для других. – Конечно же нет, - в тоне мелькнули смешливые нотки – ситуация начинала откровенно забавлять. – Хотя… смотря, что за образец.
Не любил Ичимару давать обещания и к тому же имел склонность к их выполнению. Сама мысль связаться чем-то подобным с Заелем казалась абсурдной, хотя и по несколько другим причинам, нежели те, которые могли предположить сторонние личности. Гин не боялся с одной стороны, совершенно уверенный, что ученый не рискнет портить любимую игрушку или точнее Правую Руку Владыки. О последствиях подобного действия можно было только догадываться. Ичимару, как и большинству, хотелось бы думать, что ками будет жесток и кровав в отмщении за нерадивость. Он глубоко ценил свою жизнь и полагал, что другие также должны её ценить. С другой оставить вопрос откровенно открытым, зарождая интригу, не виделось плохой идеей.
Улыбнувшись, Гин не прощаясь, направился на выход, пряча белые руки уже не в рукавах своего косоде, а в кармане брюк. Говорить что-то дополнительно не было смысла. Кроме того его молчание окончательно подвешивало последнюю реплику, оттого делая её наиболее ценной. Вряд ли способ мышления арранкаров слишком отличался от человеческого, а людям запоминается то, что было последним.

----------------> Южные коридоры

+2

60

Некоторое раздражение сыграло плохую шутку – тон, коим была произнесена предыдущая реплика, явно пришелся не по душе Ичимару. Отразившееся на лице мгновенное изумление моментально перешло в насмешку – и Гин не преминул откомментировать слова Заэля. Отказ звучал чуть ядовито – но то оправданно, если хоть немного быть знакомым с лисом и его манерой говорить. С этой частью проблем как раз не было – даже не знай Октава его совсем, за те минуты, что Ичимару провел в лаборатории, можно было сделать вывод о манере речи.
По крайней мере, Заэль так думал. Впрочем, возможно это было самоуверенно – но почему-то ставить свой гений под вопрос не хотелось, так что мысль не была с позором изгнана, а осталась греть научное самомнение. Но даже при всем при этом, в мыслях четко стояло осознание, что он поспешил – и очень сильно поспешил. Редко Гранц проклинал себя за такое  – но вот сейчас был как раз тот случай. Поторопился, окрыленный успехом, не выдал информацию строго дозировано, за что и получил моментально как какой-то зарвавшийся лаборант.
Впрочем, возможно ситуация была не столь плачевной как могло показаться изначально.
“А все же я хорошо поработал над функциональностью гигая,” – отстраненно, но самодовольно подумалось при наблюдении за мимикрией. – “Есть некоторые шероховатости, но без проверки их все равно нельзя бы было уловить. Пожалуй, следует занести в заметки по проекту.”
Тем не менее, последние слова Гина давали надежду, что сказанное было принято к сведению и будет обдумано, что, конечно, радовало. С другой стороны, создавало определенные проблемы – заинтересовать Ичимару было делом непростым, и если Заэль хочет видеть его в качестве испытуемого… вернее, испытывающего, то придется очень хорошо подумать, где и в чем исправить гигаи, а потом, исходя из этого, какие функции внести в управляющий код Элизы.
Чуть прищурившись, Заэль наблюдал, как Гин покидает лабораторию. Нет, конечно в этом не было нужды – бояться что Ичимару заблудится было глупо и попахивало откровенным идиотизмом  - но причина пристального взгляда оставалась, скорее, все та же: оценка собственного творения и выявление недочетов в нем. Хотя, надо признаться, вряд ли кто-то, кроме самого ученого, заметил бы помарки в работе.
Впрочем…
Заэль скривился, вспомнив Улькиорру. Да уж, действительно, после того, как увидишь Куатро, все наработки Гранца можно ставить под сомнение. Позорище.
Когда худощавая фигура Ичимару скрылась из вида, Заэль чуть устало потер лоб – все же, такое количество посетителей в день – да что в день, в такой малый отрезок времени – крайне напрягало, если даже не раздражало. Словно вторжение в личное пространство – ровно то, что он ненавидел больше всего. Хлопнув пару раз в ладоши, Октава подозвал фракцию, следом жестами указав ей прибраться перед приходом следующего посетителя. Сам в это время он прошел к столу и вытащил из самого низа тонкую папочку – ту, в которой делались личные, недоступные никому пометки по проектам. Чуть побегав взглядом по столу в поисках ручки и не найдя ее, Заэль опустившись в кресло рядом, намереваясь посмотреть, в каких функциях возможна модификация.
- Смотря, что за образец, да? – протянул. – Посмотрим, что можно сделать, - легкая усмешка пересекла губы.
До прихода следующего посетителя еще было время –  и его должно хватить на изучение как минимум трети изложенного материала.

+2


Вы здесь » Bleach World » Las Noches » Лаборатория