Bleach World

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach World » Las Noches » Лаборатория


Лаборатория

Сообщений 1 страница 20 из 129

1

Большое помещение, которое устроенно под научным руководством Заеля.В этой комнате много тайн и ловушек.(по аниме тут происходил бой Заеля Vs Абарая, Ишиды и Маюри)
начало темы

Отредактировано Zael-Apollo Grantz (2008-02-04 14:03:54)

0

2

Коридоры » Северные коридоры--->
Ильфорт стоял у двери к лаборатории младшего Грантца и уныло взирал на ее ручку. По его мнению, не было места скучнее и «нежелательнее», чем это – вечный полумрак и свет мерцающих мониторов не способствовал противоположному мнению. Посадив бессознательную шинигами на пол и прислонив к стенке спиной, блондин скорчил кислую мину и снял косоде, накидывая его на голову и приоткрывая дверь в помещение.
   Дурацкий вид 15го предполагал наличие камер наблюдения. А как же! Один из излюбленных фетишей братишки, паранойя правила Лас Ночесом жестче Айзена – вот только об этом догадывались единицы. Хотя, несомненно, главным параноиком был шеф, это даже не обсуждалось.
-А Иль… идет… стебаться… – едва слышно пропел немного измененную песню арранкар, которую, как водится, слышал в мире людей и поочередно пообрывал провода, ведущие к камерам наблюдения, чтобы, значит, не попалили. На самом деле, если сильно захотеть – можно в космос полететь, Заэль вполне может вычислить, кто тут был и что делал, но это хулиганство фрассион Сексты провернул скорее по привычке и из вредности к младшему. Ильфорта вообще бесили всевозможные наблюдения и осмотры, грех было не воспользоваться ситуацией.
   Закончив акт мнимого вандализма, блондин снял с головы косоде и подошел к порогу, забирая с пола риоку и занося ее вглубь лаборатории. Оглянувшись блондин выбрал место понадежнее – кресло с браслетами на подлокотниках, мало ли, вдруг приспичит ей в себя прийти.
   Зевнув и потянувшись 15ый оделся и сел на операционный стол, покачивая ногой и ожидая начальства с Ди-Роем.

Отредактировано Ilfort Grantz (2008-06-02 21:21:14)

0

3

Северные Коридоры --->
Собравшись с мыслями, Китти свернулась клубочком и любопытно уставилась на Гина. Столь итересное создание, имеющее возможность быть на расстоянии вытянутой руки только в её иллюзиях, несомненно, было самым интересным объектом "шахматного поля". Другое дело, что смотря на загадочного альбиноса, Китти каждый раз с помощью пессимизма, самоанализа и умения себя накручивать приходила к выводу, что является главной неудачницей всея Сейретей. Ну посудите сами, никто в Готее не вредил "казённому имущество" настолько, что стал ассоциироваться с каждой сломанной вещью. И ведь случайно же всё было.... и то, что ноги, руки (и хвосты (с) какой-то мульт) болели у неё, а не у ваз и конструкций, не волновало никого.  Как и головная боль от воплей и ругани сшибаемых. Она была такой. Мелкой, шустрой не в меру, белой. Многие не доверяли ей, это тоже один из факторов теперешнего самоуничижения.
- Белая мышь.
Такой неутешительный вывод был злобно брошен куда-то, по случайности в сторону Гина, непонимающе приоткрывшего глаза. Гина.... Гина? Являющийся здесь лишь частью её шизофренического сознания, молчаливый лисогин вряд ли даже думал о том, что ему выпадет от хозяйки дурдома имени "шахматное поле". Ашито бросила в его сторону уничтожающе-ненавидящий взгляд и зашипела:
- и что уставился? А? А?! В моей жизни и без тебя проблем хватает! Откуда ты вообще пришёл? Белый. Наглый. Хитрый. Расчётливый. Тип. Не имеющий понятия о слове совесть. Не имеющий понятия о слове доброта. Социофоб чёртов!
Каждая реплика сопровождалась беганьем вокруг объекта "ненависти-любви" и попытками на него замахнуться. Но что-то её всё время останавливало. Наконец на слове "чёртов" весь гнев закончился, а Китти пришла в отсносительное спокойствие. Теперь на месте неясной агрессии "грусть тоска её съедала" вместе с другой половиной мыслей о и без того получившем характеристику Гине. Тихий, слегка напуганный голос говорил о том, что она сама от себя таких воплей не ожидала...
- Не... не правда. Я знаю, ты хороший. Ты делаешь много хорошего. Ты умный, смелый, и волосы у тебя красивого цвета. Он тебе идёт. И глаза у тебя красивые... и улыбка. А людей ты недолюбливаешь, потому что они глупые. И я глупая. Глупая потому, что сделала себе в жизни ещё одну проблему. И давно, знаешь, сделала. Аж в академии. Вот взять котёл. Смешать: лень, неаккуратность, невезение, непризнание в глазах других, безответную любовь - слегка злой на себя саму взгляд показывал, что она говорит не о барабашке из-под шкафа Ямамото - и получится неповторимая растеряха и мисс невнимательность по имени Китао Ашито. Офицер десятого псих-дома на улице Готей... руководитель отделения приёмной для лиц с болезнью "улыбаемся и машем". - и вновь взгляд. Теперь немного забавный, потерявший злобу - и ты, кстати, на последней стадии. Надо лечить, а то у нас камера свободная была... хотя надо ли...
Гин, видимо, так и не понявший смен характера Ки-тян, стал постепенно растворяться в темноте, как и всё остальное. Ашито угрюмо вздохнула и поняла, что пора возвращаться в страшную реальность, где много бук бяк арранкаров, и нет "несравненного" поблизости. Темнота превратилась в размытые пятна, постепенно перешедшие в панораму лаборатории. Девочка дёрнула было руку потереть лоб и обнаружила явно не очень приятное препятствие, повлекшее за собой тучу мыслей, строющуюся в логическую цепочку и выводом "мы все умрём". Зрение с перепугу окончательно пришло в порядок, и Китти оглядела помещение. Перед ней на столе восседал симпатичный блондин, которого она помнила, как её спасителя от странного пугающего Ди-Роя. Судя по тому, что объект в помещении был один, можно было вести себя малость посмелей.  Китао тряхнула головой, фыркнула, пытаясь высвободить руки и посмотрела на арранкара, как на неведомое и непонятное существо.
- Ну з...зачем я вам сдалась? Я не вкусная!
Согласитесь, самое логичное изречение, когда видишь кого-то, связавшего и караулящего тебя? Наслушались сказок о туземцах, вот и получайте странных детей с не менее странной логикой. Ичимару-сама и на горизонте не маячил, ну а как же? Учись, деточка, выпутываться из сложных ситуаций. Не в сказку попала...

0

4

==> Северные Коридоры

Гриммджоу неспешно вошел в лабораторию и, бросив короткий взгляд на камеры с оборванными проводами, одобрительно кивнул. В склонности октавы к вуаеризму, экс-секста никогда не сомневался. Нашпиговать каждый свободный метр устройствами слежки - вполне в духе Грантца-младшего, ходя даже поломанные камеры не заставляли арранкара чувствовать себя полностью защищеным от любопытных глаз восьмого. Вполне возможно, что ублюдок сидит в какой-то внутренней комнате и с интересом наблюдает за визитерами. Хотя, если быть откровенным, реяцу октавы Гриммджоу уловил где-то в отдаленных коридорах.. может быть у ботана всея Уэко появился повод покинуть насиженное местечко??
Голос очнувшейся девчонки заставил Гриммджоу отвлечься от параноидальных мыслей и перевести взор на беловолосую шинигами. Арранкар одним движением смахнул с какого-то столика рабочие принадлежности и колбочки октавы. Послышался звон бьющегося стекла, а после тихое шипение - похоже, что в пробирках были какие-то реактивы, а может наблюдаемые образцы.. Какая, в сущности, разница? Джаггерджек облокотился на стол и склонил голову к плечу, прикидывая, чем бы себя занять.
Арранкар сам не понимал, что за причина подвигла его обратить внимание на какую-то мелкую шинигами. Ответом девушку, ясное дело, никто не удостоил, а сам экс-секста, лениво поддел носком стремного вида скальпель, предназначенный скорей для пытки, чем для аккуратного вскрытия.
- Скажи мне, шинигами… – голос звучал ровно, даже с нотками наигранного любопытства, а тонкий скальпель вертелся уже в пальцах Гриммджоу. Арранкар любил играть со своими жертвами, чувствовать их страх и трепет перед собой, а также упивался ощущением безысходности, которое зачастую отражалось на лице добычи.
Экс-секста приподнялся с насиженного места и подошел к девченке, легко проводя тупой стороной скальпеля по щеке шинигами.
- Дорожишь ли ты своим личиком?

0

5

Как же неприятно бывает осознавать себя игрушкой в чьих-то руках.... маленьким плюшевым зверьком, которому легко могут оторвать лапу, если кто-то разозлит, или выдрать глаз. Почему маленькая ни в чём не виноватая шинигами чувствовала себя именно так? .... вспышка воспоминаний вместе с ледяным прикосновением скальпеля, оглушила явно запутавшуюся в себе, как в кипе верёвок, девочку. Рангику-сан, грозный строгий взгляд Тоширо... обморок.... ярко-синие глаза с бирюзовой подводкой, мощная вспышка, "ИЧИМАРУ-САМАААА", потолок, пол, капитан..... это несомненно тот самый арранкар... нельзя показывать свою связь с Гином, но отношение к до этого неизвестному существу изменилось... как ни странно, в лучшую сторону. Девочка приоткрыла до этого в страхе зажмуренные глаза и посмотрела на лицо Гриммджоу. Если Гин жив до сих пор, то.... он победил? Но тогда.... тогда этот арранкар проиграл Гину. Удивительно, что он остался в живых... но тогда он явно не в лучшем положени, потому так зол. Потому так зол на меня, ну конечно же! Гин мой хозяин, следовательно здесь я играю роль вражеского плюшевого медвежонка, которого надо порвать. Не повезло.... Руки медленно сжались в кулаки, а взгляд красных глаз стал наполовину укоряющим, а наполовину презрительным. Ну и что, что страшно? Ну и что, что может умереть? Она шинигами... и не смеет опускаться даже перед самыми сильными врагами.
- Моя гордость.... не позволяет бояться. Я дорожу людьми и своей сущностью... Вы привязали к стулу и намерены пытать что-то маленькое, что гораздо слабей вас.  Редко встречала среди шинигами такое проявление слабости. Я думала, арранкары гораздо сильней.
Ты хамишь ему, Китти. И подстрекаешь на что-то явно плохое. Зачем?.... Наладить связь с хозяином? Возможно.... Врядли ему будет приятна перспектива вновь увидеться с голубоволосым, но самой на сей раз не сбежать.
/// И...и....Ичимару-сама. Я не знаю, что со мной произошло. Я потеряла сознание, а очнулась в странном месте..... сейчас я опишу его...///
Банки, склянки, мониторы, какие-то пенящиеся жидкости на полу и осколки бывших пробирок, страшные колюще-режущие предметы....
/// похоже, я... здесь много мониторов и странных склянок с жидкостями. Со мной арранкар..... я видела его раньше... тогда... вашими глазами///
Даже если у Ичимару будет время услышать её... как и возможность, сию секунду он не спасёт, если вообще спасёт, к чему Китти относилась с долей скепсиса... ведь по логике вещей лучшее, что можно было с ней сделать - убить и следа не оставить... Но как минимум ради двух милых светловолосых шинигами, оказавшихся по разные стороны баррикады включить инстинкт самосохранения стоило. Пока Гриммджоу смотрел ей в глаза, девочка сделала попытку высунуть руки из браслетов. Ощупав запястьями отверстия, Китао сделала вывод, что вытащить руки она сможет, но только быстрым резким движением... и возможно сдерёт кое-где кожу. Попробовать. стоило? Время покажет....

Отредактировано Kitao Ashito (2008-08-15 00:35:57)

0

6

По лицу арранкара нельзя было сказать, что он думает по поводу сказанного.. да и вообще, слушал ли он речь шинигами. Второе лишение ранга Эспада странным образом подействовало на экс-сексту, лишив его большей части былой несдержанности и порывистой агрессии. Лишив, но оставив в замен ядовитый цинизм и добрую долю иронии, доступной лишь существу, которое не раз чувствовало себя раздавленным. Морально ли? Физически? Особой разницы не было. Разве что раны на теле заживали куда быстрей да не напоминали о себе в дальнейшем.
Горящий, куда более презрительный и жесткий, чем у шинигами, взгляд страшно контрастировал с бесстрастным, казалось бы, лицом. Гриммджоу прокрутил скальпель в тонких пальцах и коснулся кончиком лезвия переносицы девченки.
- Я, кажется, задал иной вопрос... - и в самом деле, если бы арранкар хотел услышать мнение шинигами на счет своих действий, то спросил бы по-другому. А тут вам рассуждения о слабости, гордости, страхе. Дорогих людях. Сколько ненужного трепа в ответ на один, короткий и чертовски простой вопрос. И в этом все "боги Смерти".
Яркая, рубиново-багровая капля выступила на месте прикосновения скальпеля к коже и, очертив алую дорожку по лицу девчонки, скользнула к подбородку.
- А правда, легко рассуждать на тему гордости и сущности, зная, что у тебя за спиной всегда есть свора мамок-нянек, что обязательно прибегут и вступятся за твою душенку? - Джаггерджек приблизился настолько близко, что мог уловить сдавленное дыхание девченки.
Какая, к чертям, сущность? О чем она вообще? Что шинигами могут знать о сущности? Зажратые свиньи, что возомнили себя богами и вершителями судеб. Сущность - то, за что так упорно борятся холлоу, в попытке вырвать себе место под солнцем. Пожирают друг друга, уверяя в преданности.. боятся и пугают, унижаются и втаптывают соперников в грязь.
Дорожить людьми? Хах. Легко, бесконечно легко дорожить тем, кто прийдет в теплую комнатку, прижмется губами к виску и начнет успокаивающе шептать нежные слова. Легко дорожить тем, кто умер и возродился таким же, каким был при жизни.. Легко дорожить тем, кто никогда не хотел сожрать тебя. Шинигами никогда не поймут холлоу.
Гриммджоу раздосадованно покачал взъерошенной головой, коснулся алой полоски на лице шинигами и поднес, запачканные пальцы к губам.
- Соленая. У арранкара точно такая же. С кое-каким "но". За каждую каплю арранкарской крови с обидчиком будет разбираться тот, чью кровь пролили.. остальным, просто, нет дела, шинигами.

Хриплое откровение сексты прервал высокий вопль какого-то, забредшего в лабораторию пустого.
- Заэль-Аполло-сама! Заэль-Аполло-сама! Прибыли образцы из ГенсеееееееАААААА!! НАРУШИТЕЛЬ-НАРУШИТЕЛЬ-НАРУШИТЕЛЬ-НАРУШИТЕЛЬ!! - направив на сексту костлявый перст, уродливый фрассион октавы принялся драть глотку, будто скоморох на ярмарке, - Убирайтесь вон! ВОН-ВОН-ВОН-ВОН-ВОН! Я доложу Заэль-Аполло-сама о твоем вторжении, секста! НепотреААААААААЯЯЯЯ!
Яростно сверкнув, скальпель рассек воздух и нашел свое место в глазнице урода.
- Да не ори, ублюдок.. - Гриммджоу недовольно покосился на фрассион октавы. Ну вот. На самом интерестном месте... Если приперся утырок-прислужник, то скоро явится и верховный фрик. Надо заканчивать кардебалет

0

7

Скальпель обжёг переносицу, а что-то одновременно ледяное и горячее пробежало по лицу куда-то вниз. Время всё подходило.... ещё чуть-чуть... момент, выбрать один момент. Пальцы холодели, не желая слушаться хозяйку. За каждую каплю арранкарской крови.... тот, чью кровь пролили... просто.. нет дела.... Отчаяние.... возможно ли, что именно оно руководило их жизнью.... шинигами.... никогда не поймут холлоу. Может быть, она была неправильной шинигами, но казалось, именно сейчас поняла... дерущиеся за жизнь, без элиты и бедняков. Сами по себе и одни... чувство боли и отчаяния... истинкты хищников. И ничего... жестокость из попытки отстоять своё. Глаза закрылись, не давая волю слезам... то ли от злости на мир, то ли от ощущения сожаления, то ли от её прямо таки комплексной наивности и эмоциональности.
Возможно.... шинигами тоже в чём-то не правы. Почему белое - белое? Потому что само себя таким назвало? Но с другой стороны, шиигами ведь отправляют души пустых в Руконгай, но... но в Руконгае... перед глазами бежали картины ужасного бздомного детства. И она была не одна такая. Руконгай, место, где царит бедность, нищета, борьба за жизнь не хуже, чем у пустых. И что это тогда меняет для них? Лишь привкус стали и крови, лишняя боль. Зачем... чтобы спасти от того, чего нет? Или чтобы спасти другие души... от таких же, но несчастных душ... Девушка почувствовала, что ещё чуть-чуть, и она окончательно запутается.... Заэль-Аполло-сама! Заэль-Аполло-сама! Вот он... Шанс! Резкий рывок и саднящая боль на костяшках пальцев, но руки то... руки то свободны! Медлить было нельзя, а голова уже сформировала слабенький, но план. Девушка молниеносно вскинула руки перед собою, совсем не боясь последствий для себя от заклинания на таком близком расстоянии:
- Hadou no sanjuuichi - Shakkahou!
Яркая огненная вспышка, жар и явно подпалённая чёлка, как впрочем и стул - её бывший плен. Не дожидаясь и не желая знать, сталось ли хоть что-нибудь Гримму, Китао ломанулась к выходу из лаборатории, снося за собой всё, что было на близлежащих столах, ножнами занпакто... слишком долгим удовольствием было бы вынуть его. Столы, мокрый пол, шокированный фрассион, дверь...
Ичимару..... сама....
------------> Северные коридоры.

Отредактировано Kitao Ashito (2008-08-16 20:32:37)

0

8

Жар от огненного заклинания, которое девчонка каким-то непостижимым образом успела направить в Гриммджоу, не мог сравниться с той, физически ощутимой, злобой, что разлилась в воздухе лабораторий - экс-секста уже не сдерживал реяцу, позволяя ей бушевать, словно поток, снесший плотину. Шинигами отвлекла внимание и несколько удивила полной абсурдностью поведения.
Арранкар недовольно поморщился, оборачиваясь через плечо и глядя вслед убегающей добыче. Короткий знак Ильфорте, чтоб тот не думал мешать беглянке. Зачем?? Только что шинигами подписала себе смертный приговор. Гриммджоу мог уничтожить девчонку уже тогда, когда она только поднялась с кресла, но зачем обрывать забаву, если жертва еще предпринимает попытки выжить? Как представитель семейства кошачьих в антропоморфе, Джаггерджек порой даже оставлял измученную, потерявшую волю к жизни, добычу существовать (если та была способна существовать, после пережитого), так как.. ну кому интерестно убивать полностью аморфное, пассивное создание? Пусть влачит свои жалкие деньки дальше и молится всем своим богам, чтобы больше никогда не встретить Гриммджоу, самое яркое и страшное воспоминание в своей унылой жизни..
Экс-секста отмахнулся от языков пламени, моментально рассеивая заклинание и заметно ссутулился, пряча ладони в прорезях хакама. Глупая девчонка.. была на шаг от спасения, так как за столь короткое время уже успела порядочно уморить арранкара. Вполне возможно, что шинигами осталась бы привязанной к креслу, на радость октаве и его фрассионам, а сам Гриммджоу бы преспокойненько ушел, уже скоротав свой досуг за игрой на нервах. А тут. Тут это просто плевок в лицо. Неуважение.
- Уходим, - фыркнул экс-секста, направляясь вслед за добычей и отпинывая валявшийся на пути столик

==> Северные коридоры

+1

9

Девчонка пришла в себя подозрительно быстро, не иначе как мерещились в бессознанке какие-нибудь кошмары. Вопрос про «зачем сдалась» блондин и вовсе пропустил мимо ушей, продолжая мерно покачивать ногой и раздраженно кривить уголок рта в ожидании мелкого паскуды Ди-Роя.
«Вопрос на повестке дня – за каким, *%#, &@#%$\, он нужен шефу? Тут не то что улучшения от Айзена не помогут, но даже и тяжелая травма головы не окажет никакого влияния».
   Неодобрительно покосившись на разлитые реактивы, Ильфорт все же промолчал, ибо лезть под руку начальству и вежливо уведомлять, что еще плюс парочка разноцветных луж на полу, и они вполне могут унестись в четвертое измерение без всяких там продвинутых гаргант, явно не стоило. Шеф тем временем попытался вести беседу с шинигами: простой вопрос, на который не то что ответ короткий нужен, ответ как таковой можно вообще не озвучивать. Но нет же, неужели какой-то слабый шинигами – и не заведет свою унылую волынку про… про что она там говорила? Грантц не слушал. Так же не слушал и реакцию Гриммджоу. Собственно, пятнадцатый спокойно и скучно взирал на дверь, ожидая дальнейшего развития событий. Чуть повернув голову и скользнув взглядом по привязанным рукам риоки, он с подозрением прищурился-присмотрелся.
«Ара, это ж надо. Привязал я крепко, но ей удалось расшатать крепления наручников, какая прелесть. Откуда у Заэля такое барахло в лаборатории? Или это он для красоты поставил? Это не должно принести больше неприятностей, чем оно того стоит».
   Внезапный шум у двери заставил 15-го гневно дернуть плечом в сторону и застать уже оседающий на пол мешок со скальпелем в глазу, в котором без труда можно было опознать одного из уродцев Октавы. Для него все еще оставалось загадкой, как «чувство прекрасного» розоволосого могло терпеть сборища этих… кхмм.
   В только образовавшейся тишине вдруг пронеслось тонко-звонкое, даже какое-то мышиное, кастование шинигамского спелла. Спотыкаясь и едва ли не кувырками, сопровождающимися слишком заметным грохотом, как для такого мелкого тельца, девчонка кинулась к двери и выкатилась в коридор.
-Мелкая дрянь, – тихо и крайне раздраженно процедил сквозь зубы Ильфорт, делая небольшой шаг вперед и замечая давление разбушевавшейся реяцу шефа. Короткий знак – не менее короткий кивок. – Есть, – четко произнес арранкар, следуя за Секстой.
---> Северные коридоры

Отредактировано Ilfort Grantz (2008-08-23 21:42:00)

0

10

Я даже спрашивать не буду, что они все тут делали, нет, я даже знать этого не хочу. Стоило отлучиться всего-то на несколько, ну ладно не минут, но практически ненадолго. И, пожалуйста, столпотворение!
Октава резко развернул стул, стоящий перед огромным компьютером и уселся на него. Настроение были если отвратительным, то, по крайней мере, просто ужасающим. Не ладилось все, да и еще эти реяцу, остатки которых так явственно пропитали всю лабораторию.
Ну кто просил? Кто просил, глупый вопрос Айзен просил, Тоусен просил, даже Гин и тот просил. А я что им нянька? У меня вот, три фрассиона погибло, а все почему? Потому что мне, гениальному ученому, не дают нормально работать! Не стыда. Ни совести!
Недовольство, вкупе с раздражением нарастало. Что бы как-то успокоится и привести свой мозг в надлежащий порядок, ученый откинулся на стуле и прикрыл на некоторое время глаза. Затем, уже привычно посчитал до десяти, и только потом глубоко вздохнул.
Хорошо, уже лучше. Думаю, теперь можно еще раз подсчитать убытки.
-Люмена! Верона! А ну живо сюда! – легкое движение рукой и непослушные волосы были убраны с глаз, дабы не мешались обзору.
Два, шарикообразных фрассиона не заставили себя долго ждать, буквально через мгновения они уже были около Заэля и ждали дальнейших указаний.
Так, для начала мне нужна чистая, кристально чистая лаборатория. Иначе я никогда не сосредоточусь…
-Я не знаю, как вы это будете делать, но, я сейчас удалюсь не надолго, и что бы, когда я пришел тут, не осталось, и в помине этих духовных частиц. Они мне не нужны. Образцы Эспады у меня есть в диком количестве. Сейчас они буду мне только мешать.
Господи, ну почему я? Почему красота и ум, всегда страдают первыми? Определенно в этом мире нет справедливости.
Плавно и легко Заэль поднялся с кресла и направился к выходу из лаборатории, что бы дать время фрассионом управится с заданием. – Надеюсь, вы все поняли? А то если вы не поняли, то снова станете объектами для опытов. Ах, есть у меня одно средство, давно хотел его опробовать… Сайко, сайко.
---> Северные коридоры

+1

11

На этом события второй арки закончены.
Спустя один год...

Если у кого-то есть вопросы о своем местонахождении, обращайтесь к администратору отдела.

Читаем сюжет.

0

12

Если бы эта великая идея принадлежала бы кому-нибудь другому, а не Айзену-саме и его ближайшим подчиненным, Улькиорра бы наверняка покрутил бы пальцем у виска и наградил бы как минимум очень укоризненным взглядом. Ну и Церо в голову, чтобы неповадно было. Ну зачем эта экспедиция? Нет, всегда полезно знать врага, но зачем при этом влезать в какие-то загадочные гигаи, о которым, например сам Четвертый имел весьма смутное представление, никогда не имея с ними близкого знакомства. Не то, чтобы его сильно напрягало, что он будет беззащитен или что-то в этом роде, просто сам факт не слишком приводил в восторг. Но слово начальства закон, так что нужно привести свою душу в трепет, расслабиться и получать по максимуму удовольствия. Хотя, если хорошо подумать, все равно, зачем арранкарам гигаи? Вопрос повис в воздухе. Но, как идеальный подчиненный во всех смыслах этого слова, Улькиорра решил поступить мудрее - не думать на эту тему. У него и так с аналитической деятельностью были весьма странные отношения, потому что надо было долго и обстоятельно над всем размышлять, если речь шла не о тактике боя, так что нагружать себя еще и этим было не очень желательно. Хотя нагрузить себя во имя Владыки Шиффер всегда был горазд.
Правда, сколько не старался Улькиорра, пока ровными шагами мерял коридор до лаборатории Октавы, его не оставляла мысль, что придется некоторое время находиться среди обычных людей. Он-то и пленницу в единичном экземпляре воспринимал с некоторым трудом, а если таких еще и целый город? Даже наличие других арранкаров в восторг не приводило. Хотя, это явление никогда не приводило в восторг Кватру. Несмотря на то, что они окажутся в такой же ситуации, Улькиорру совсем не впечатлял тот факт, что теперь-то по силе они будут равны. То есть одинаково бесполезны. Разве что кулаками махать. А в этом деле Шиффер себе не льстил, прекрасно понимая, что будет по меньшей мере бесполезен. Хотя, кто знает, вдруг Заэль Апполо придумал что-нибудь такое, что не будет подавлять силу? Потому что исполнять роль очень унылой обузы не хотелось. Да и чувство бессилия Четвертому было доселе неизвестно, и знакомиться с ним даже косвенно он не горел желанием.
Вот с такой надеждой, не сказать, что слишком радужной, собственно, как и любые размышления Улькиорры о будущем и жизни в целом, арранкар постучал в дверь лаборатории Восьмого. Наверняка тот возится среди своих препаратов и прочих личных радостей жизни. Удовольствия от занятий наукой Четвертый не разделял, но уважал, справедливо считая, что порой наличие мозгов гораздо важнее силы. Хотя сам он бы вряд ли бы возжелал возиться с пробирками в попытках создать что-то новое.
Решив, что, так сказать, жест вежливости в виде постукивания в дверь выполнен, можно спокойно заходить и идти на поиски ученого. Главное, не увидеть там ничего такого, чтобы могло пошатнуть нервы. Хотя, в случае Кватры это было нереально.
Сделав пару шагов внутрь довольно большого помещения, Улькиорра понял, что самому искать его здесь бесполезно. Рейацу рассеяна везде, а бегать среди стеллажей в поисках высшего ума Эспады как-то не пристало.
-Гранц-сан, - после некоторых раздумий, чуть повысил голос Шиффер, чтобы быть услышанным. Звук разнесся по помещению эхом и начал резонировать. Четвертый поморщился, как от зубной боли. Даже звук собственного голоса, так безобразно искаженный, ему показался раздражителем. Но закончить фразу надо было: - Не мог бы ты выйти сюда? Я принес поручение от Айзена-сама.

+1

13

Заэль был счастлив. Нет, не так, Заэль был в неописуемом восторге. Все складывалось как нельзя лучше. В первую очередь для него самого. Приказ от Айзена о создании гигаев вселил надежду на светлое будущее. А то последнее время все омрачняла эта ситуация с вратами, мечами и иже с ними. Заэля мало интересовали врата и мечи как таковые, что они могли ему дать сейчас, наоборот, они только мешали. Конечно, в будущем, когда он таки сможет заполучить их в свои лапки, уж он-то разберет их на составляющие, выяснит всю подноготную этих мерзких артефактов, а потом запрет в дальних комнатах лаборатории, чтобы они больше никогда не посмели вводить его в состояние никчемности. Заэль ненавидел это состояние, гордыня не позволяла ему даже задумываться о том, что значит ощущать себя никчемным, пока не произошла эта история с вратами. Когда дорогая Эспада таки отыщет того, кто за этим стоит, уж он-то сделает все возможное, чтобы это существо попало к нему на разделочный, пардон хирургический стол. Ему бы в Генсей, самому все изучить, собрать образцы реацу, лично увидеть щиты милого сердцу Маюри. В тайне Заэля злорадно усмехался над потугами Капитанчика ограничить проход тварям из межмирья. Какие бы щиты тот не ставил, пустые все равно проходили, чем создавали немалые проблемы  душам мертвых.
На тему врат сильно расстраивался сам Владыка, что  в свою очередь оказывало весьма неприятное воздействие на весь Лас Ночес в целом. Заэлю доставалось больше всего. Именно от него требовалось перенести злосчастные врата куда-нибудь, где они не будут оказывать такое пагубное воздействие на Его Хуэкомундовское Величество и его свиты. Как Заэль это будет делать, Айзена собственно не интересовало, перенеси и все тут.  А то, что даже самые светлые умы Сообщества душ безрезультатно мучаются над этим вопросом уже сколько времени, так это ничего, а их ведь там целая толпа. Конечно, по весьма нескромному мнению Октавы, все, кто составлял тамошний исследовательский институт, были явными халтурщиками и бездарями. Даже недостойны его внимания, кроме, разумеется, самого Капитана Куротсучи Маюри. Вот уж кто вызывал неподдельный интерес Октавы. Как рассказывал ему Айзен и Ичимару, Куротсучи был настоящим маньяком и в плане исследований мог пренебрегать любыми моральными принципами, что не могло не радовать самого Заэля. Он чувствовал некое родство с Капитаном,но не смотря на это был твердо уверен в том, что сам был намного умнее и изощреннее в своих экспериментах, нежели Маюри.
И был Заэль в печале. В Генсей не пройти, чтобы открыть гарганту нужно затратить массу усилий, врата самому не осмотреть, поиграть не с кем… А тут такой подарок: разработать гигаи! Это же хорошо, хоть от врат отвлечется, а заодно насладиться вдоволь. Ему выдалась такая возможность немного поиздеваться над своими «коллегами» по эспаде в целом и над Ичимару в частности. В его руках такая власть: одно грубое слово Джаггерджека и пойдет он в Генсей с миленькими бантиками в косичках, которые Заэль ему собственноручно заплетет и еще одну ногу короче другой сделает, пускай помучится. Ах, еще этот отвратный синий цвет волос, совсем некрасиво, пожалуй, стоит заменить на какой-нибудь более гармоничный цвет. Ей-богу, кошаку все равно, а Заэлю приятно. Или вот эти  зеленые полоски на лице Кватры, как же они бесили Октаву. Улькиорра и так не самый улыбчивый арранкар, а тут еще эти «слезы», совсем после его визита жить не хочется.
Создать сами гигаи было не так уж и сложно. Принцип действия был похож на его Чирнильных клонов. Только нужно было немного их исправить, чтобы они стали пустыми вместилищами для эспады. Над чем как раз и трудился Заэль, когда услышал характерный писк, сообщающий ему, что к нему направляется Кватра. Ну вот, сейчас наверняка своим унылым видом весь настрой испортит. И зачем  его вообще сюда несет, делать ему что ли больше нечего? Пускай вон со своей человеческой подружкой пойдет поиграется…С другой стороны, раствор смешивается, и лучше его пока не трогать, тесты можно будет провести только через час, поэтому, пожалуй, даже хорошо, что Улькиорра здесь. Как бы там не было, Заэль любил играть с окружающими его арранкарами, они все так забавно реагируют на его провокации. И Кватра при всей своей холодности и внешней отстраненности, был любимым объектом Заэля для игр. Как же ему нравилось выдавливать хотя бы по капле эмоции из Улькиорры, хотя бы чуть-чуть, но все же…
Зов Шиффера отозвался гулким звоном от стен лаборатории и Заэль с похабной улыбочкой плавно вырулил из-за стеллажа с разнообразными колбочками и медленно направился в сторону Улькиорры. Еще одно поручение от Айзена? Подождет, сначала веселье, а потом работа.
- Ааа, милый Улькиорра Шиффер-сан! Как же, однако, давно вы не заглядывали в мои лаборатории. Я уж грешным делом начал думать, что Вы меня избегаете… Скажите, что это не так, Улькиоррана-сан. Ведь Вы же по мне скучаа~али?

+3

14

Улькиорра вздрогнул еще загодя, как только услышал отклик шагов из глубины лаборатории. Вооот, сейчас точно от гениального ученого будет что-нибудь в его медово-сахарном стиле. Интересно, а в этот раз он скажет что-нибудь о неэстетичности несимметречно торчащего рога? Еще немного, и Четвертого бы действительно бы начала волновать эта проблема. Но на этот раз ничего такого Заэль не сказал, так что Шиффер на заданный вопрос ограничился лаконичным:
-Безумно страдал без твоего общества, Гранц-сан, - причем это было сказано таким тоном, что на самом деле и нельзя определить, то ли у Кватры чувство юмора прорезалось из глубины потемок его пустой души, то ли действительно он испытывал адские муки от отсутствия розововолосого арранкара в своем маленьком мирке, ограниченном нытьем пленницы и чаем у Айзена-самы. Да и по выражению лица, более всего напоминающем идола с острова Пасхи, тоже ничего определенного сказать нельзя было – истукан он и есть истукан.
Сделав пару шагов в сторону исследователя, Улькиорра с равнодушным видом оглядел стеллажи, заставленные какими-то непонятными научными предметами. Вникать в их назначение у Шиффера намерений не было, так что смотрел он на них просто так, пока его система в мозгу пыталась выдать конструктивную и четкую речь относительно приказа Владыки и вообще, почему его сюда принесло. Система работала медленно, с чувством, с толком, с расстановкой, как и полагается всему, что относится к скандинавскому производству. Если у других арранкаров меносы были слеплены из социально-озлобленных душ вполне достойных национальностей, то у Четвертого были преимущественно северные народы, в основном эстонцы. Насчет Заэля Кватра подозревал французов, но насчет своих антропологических изысканий помалкивал, потому что вряд и бы кто оценил.
-Заэль Апполо-сан, Айзен-сама желает узнать, как проходят твои исследования насчет экспериментальных гигаев для экспедиции в мир людей, - наконец выдал арранкар и выжидательно посмотрел на Гранца, явно ожидая ответа «нет, я ничего не сделал и вообще я жалкий неудачник». При таком раскладе можно было бы назвать его мусором и забыть о сомнительном удовольствии отправки в компании не самых адекватных представителей Эспады (да еще в нагрузку была вечно рыдающая Орихиме, которая тоже являлась весьма весомым фактором против этой кампании!) еще на неделю. А потом может все и забудут об этом и придумают что-нибудь более… адекватное.
Но, судя по сияющему лицу Заэля можно было сказать что у него все в полном порядке и если уже не готово, то вот-вот точно будет, тем самым разрушая великие надежды Улькиорры оставаться со своей силой в обнимку. Заверив себя, что на все воля Айзена-самы и поэтому вся будущая экспедиция это просто воплощение гениальности, он обязательно получит несказанное удовольствие от отсутствия всяческой ценности, может быть даже самое величайшее в своей арранкарской жизни, Шиффер тут же пришел в свое обычное каменно-пофигистическое состояния, воспринимая все тяготы как должное и само собой разумеющееся.
Наверное, стоит задать вопрос относительно работоспособности этих гигаев.
-А еще я бы хотел узнать, сохраняются ли способности арранкаров, если они находятся в гигае и можно ли будет в случае необходимости покинуть его? – немного пожевав губами, поинтересовался Кватра, постаравшись своим видом показать, что этот аспект его крайне волнует. Правда за успех попытки он не ручался, ибо проблемы с мышцами лица были явно в наличие, так что, скорее всего его ни разу не проникновенный вид не поменялся ни на йоту.

+1

15

Лицо Улькиорры как всегда ничего не выражало. Абсолютно… Совсем ноль. Что еще больше подогревало азарт ученого. Но он ответил на вопрос Октавы, тем самым продолжая начатую Заэлем игру. Значит, настроение Кватры можно было описать как Я-пришел-по-приказу-Айзена-но-в-принципе-могу-еще-остаться, а такое настроение случалось ой как редко. Обычно Шифер ходил с явно прописаным на лице слоганом Мне-есть-дело-только-до-Владыки-все-остальные-мусор. Может, кто-либо другой и не уловил бы перемены в тоне голоса или выражении лица Кватры, но только не Заэль. Ученому нравилось изучать такого безразличного ко всему арранкара. Нравилось делать догадки о его настроении в данный момент, и он безумного радовался, когда догадки оказывались верными, нравилось замечать любые изменения, когда другие даже и не подозревали о них. Он чувствовал себя особенным, будто знал самую страшную тайну Кватры, будто их связывало что-то запретное, что-то недосказанное, но от этого такое невероятно сладкое, притягательное.
Значит, скучал, да? Ммм, мне нравится, как ты это произносишь, Улькиорра. Что еще не ускользнуло от внимания пытливого ученого, так это то, как неосознанно и поспешно Кватра сделал несколько шагов в его сторону. Желаешь более тесного контакта, а, Улькиорра? Это особенно польстило Заэлю. Каждый арранкар оберегал свое личное пространство, как самое драгоценное, что у него когда либо было.  Особенно, когда ты живешь среди врагов и постоянных соперников. Первое правило любого арранкара – никогда не поворачивайся к другому спиной и не подпускай слишком близко. Тут ведь так,  кто-нибудь из чистого злорадства может и Серо долбануть. А уж общества Сесты лучше вообще избегать всеми силами. Кто его знает, что он может вытворить в следующий момент с этой его прогрессирующей эмоциональной нестабильностью. И делали ли ему прививки от приступов бешенства, которые у того иногда случались. По крайней мере, сам Заэль не делал, о чем сильно жалел. Октава просто спал и видел, как Сеста окажется на его разделочном.. пардон, хирургическом столе. Уж он бы не упустил шанса исследовать из чего там этот Кошак состоит, перебрал бы по частям, а уж собирать ли того обратно, так это нужно еще подумать…
Айзен интересуется моими успехами? Как мило с его стороны… Заэлю сильно хотелось съязвить на тему последнего неврастенического припадка Владыки и уточнить у его верного слуги, не потерял ли там Айзен нескольких клоков  кудрявых волос. Но подумал, что сам верный слуга юмора не оцет или вобще чего доброго обидится, что сейчас было явно не на руку ученому. Так что вместо этого, Заэль медленно проплыл мимо Улькиорры, на неприлично близком расстоянии, что позволило Шиферу почувствовать терпкий запах, исходивший от волос Октавы. Что-то до боли знакомое, но такое эфемерное, неуловимое… Запах исчез, оставляя, однако, Кватру недоумевать, где же он мог уже слышать этот запах.
В это время Октава облокотился на краешек узкого стола, где в беспорядке были расставлены маленькие баночки с разноцветными жидкостями, и неопределенно махнул рукой в сторону уходящих в темные глубины лаборатории стеллажи.
- Видишь ли, мой дорогой Улькиорра. В Каракуре сейчас творятся странные вещи. И там дела с выбросом реацу обстоят немного хуже, чем у нас в Хуэко. Духовные частицы там находятся в постоянном резонансе с реацу шинигами, которые там постоянно отираются. Плюс еще тамошнее чудо – временный шинигами – тоже как-то особо не следит за уровнем своей силы и выплескивает огромное количество реацу где попало, чем приводит в состояние невероятной взбудораженности врата, которые и наделали столько всего нехорошего и помешали нашему Владыке осуществить свой поистине грандиозный план, - говоря это, Октава премило улыбнулся Улькиорре, как бы напоминая ему о недавних приступах «печали» Айзена, о чем можно судить по быстро заканчивающимся стратегическим запасам чая в кладовых.  – Хотя, об этом я могу судить только по докладам разведчиков, что очень осложняет мои исследования. По-хорошему, мне бы самому пойти, но Владыка почему-то не хочет отпускать меня в Генсей, что вселяет надежду о том, что он мной дорожит, как ты думаешь, Улькиорра-сан?
Еще одна притягательная улыбка, откинутые назад в плавном жесте розовые волосы, затем надутые в наигранной обиде губы… Улькиорре могло показаться, что Заэль рассказывал не о злосчастных вратах, которые уже буквально стояли у всей эспады поперек горла и снились в самых ужасных кошмарах, а о том, что фрасьоны Заэля не хотят играть с ним в прятки.
- И как скажите после всего этого я должен решить проблему врат, если меня даже в разведывательную экспедицию не берут, Вам не кажется это немного несправедливым, Улькиорра-сан?– еще один печальный вздох. – Но не будем о грустном, раз уж Вы здесь и так сильно интересуетесь возможностями будущих гигаев, может Вы сами не откажетесь опробовать экспериментальный экземпляр?

+2

16

На самом деле неизвестно, желал ли Улькиорра чего-нибудь, а тем более тесного контакта с кем-нибудь, кроме дражайшего Владыки, потому что аморфное состояние у него было в любой ситуации, что при крайне прочувственном разговоре, что, простите, во время заседания на унитазе. Так что свое мнение о сложившейся ситуации, а в частности о том, что как-то уж Заэль даже для его обычного поведения решил дефилировать слишком близко, да еще и оставлять после себя шлейф странных запахов, которые заставляли как минимум задуматься о жизни и прийти к каким-нибудь неутешительным выводам. Правда, о жизни подумывать у Кватры времени не было.
Он медленно переварил все вопросы Октавы, еще медленнее кивнул, моргнул по очереди, сначала левым глазом, потом правым, что свидетельствовало о том, что система заработала, но оперативной памяти хватает впритык. Так что если бы Гранц-младший сказал на парочку фраз больше, то Шиффер явно бы завис и отправился бы по месту прописки всех великих мыслителей – в астрал.
-Айзен-сама ценит все свои творения и, делая выводы из твоей силы и ценности, я полагаю, он решил, что лучше тебе остаться здесь. Но, если ты другого об этом мнения, Заэль Апполо-сан, то я могу передать Владыке твои слова на обдумывание или ты ему озвучишь свою идею сам, мотивируя приведенными тобой причинами, - Четвертый ответил наиболее нейтрально, решив оставить в мыслях свое твердое мнение, что его-то, Улькиорру, Ками-сама ценит больше всех. Не зря же он приглашает его на ночные чаепития? Это, знаете ли, великий показатель. Правда, немного огорчал тот факт, что недавно у обожаемого Айзена-самы был некоторый приступ печали, как верно отметил Апполо, и чай как-то начал подходить к концу и, соответственно, его распития сократились до минимума. Хотя, висел в воздухе вопрос, если уж Владыка так ценит своего любимца, то, простите, какого меноса он его отправляет в такое задание, которое больше напоминает заплыв по клоакам?.. Немного (по меркам Шиффера, то бишь минут эдак пять) поразмышляв на эту тему, он пришел к выводу, что, наверное, надо будет в мире живых выбрать любимому «папаше» самого лучшего чая. Да побольше. Наверное, эта миссия просто с далеким загадом…
Пришел черед следующего вопроса. Кватра внимательно посмотрел в глаза Заэля, прямо-таки лучащиеся предвкушением, хотя до этого в них плескалась досада, которая его привлекала гораздо больше. Вообще предвкушение – это было отвратительное чувство на взгляд арранкара. А особенно, которое явно было рождено по отношению к его пафосной персоне. 
Поразмышляв еще чуть-чуть, Четвертый медленно кивнул. Прикинув, что лучше пережить позор возможной беспомощности лучше сейчас, в присутствии одного Гранца, чем в компании Халибел, которая, собственно вряд ли бы стала издеваться, Гриммджо, о котором Шифферу даже думать не хотелось, вечно ехидного Гина, о котором хотелось думать еще меньше, если это возможно и, конечно, этой неадекватной рыжей женщины. Равнодушие – дело конечно хорошее, но Улькиорра не строил радужных надежд, что оно бесконечно. Так что следовало к последующим расстройствам подготовиться заранее. Если что, ведь всегда можно будет убить Октаву, а уж объяснение, почему так вышло, Четвертый как-нибудь отыщет. С другой стороны, кто его знает, вдруг гигай действительно лишит всех сил и по башке дадут уже Кватре? Про Заэля ходили не самые хорошие слухи, особенно относительно его добропорядочности. Ведь витала же какая-то история с бывшей Третьей… Но, в конце-концов, последним аргументом в сторону «за» был недвусмысленный намек Владыки во время отдавания приказа, что неплохо было бы проконтролировать процесс работы экспериментальных моделей лично, но, безусловно, все было на усмотрение Улькиорры. Но если Айзен-сама на что-то намекает, это надо делать. Шиффер посвятил достаточно времени, чтобы поизучать обожаемого Ками и прекрасно понимал, что тот имеет в виду под каждым словом. Правда, из-за этого изучения выползло откуда-то абсолютно приблудное  и несвойственное Четвертому желание подергать Владыку за кудрявую прядку на лбу и посмотреть что будет. Именно поэтому, чтобы не созерцать сей неотъемлемый атрибут прически Айзена-самы, Кватра вечно кланялся. Хотя и не последнюю роль играла просто врожденная любовь Улькиорры к подобострастному челобитию.
После кивка прошло еще несколько минут, прежде чем Четвертый наконец открыл рот и медленно, по слогам, как будто бы выдавливал из себя каждое слово буквально по капле, произнес:
-Я думаю, что не откажусь испробовать на себе экспериментальную версию гигая, - сказав это, Шиффер принял вид без пяти минут висельника, которого решили побаловать испанским сапогом перед казнью, чтобы жизнь медом не казалась. Хотя, если задуматься, у него всегда был такой вид, так что его категорическое недовольство осталось сугубо в его мыслях, никак не отразившись ни на голосе, ни на лице. Может быть, только брови чуть сдвинулись и губы чуть поджались, что можно было бы подумать, что Кватра испытывает зубную боль или зуд в каких-нибудь недоступных солнцу местах, но не решается об этом сказать, дабы никого не поставить в недоумение или неловкость.

Отредактировано Ulquiorra Schiffer (2009-09-18 01:34:00)

+1

17

Улькиора думал долго, слишком долго на взгляд Заэля. Ему надо прекратить поздние посиделки с Владыкой, это точно. Вон уже все отягчающие последствия на лицо, точнее на мозг. Его мыслительный процесс требует таких затрат сил и времени, что если эти усилия из умственных перенаправить в физические, то с таким же успехом можно было бы выстроить новую экспериментальную комнату для Октавы, хоть какая-то от Кватры тогда бы польза была. А Заэлю как раз так нехватало этой комнаты! Чертов Нойтора со своими припадками ярости.
В тишине лаборатории можно было буквально слышать с каким скрипом мысли двигались в голове Кватры. Если их действительно было много, о чем сам Заэль сильно сомневался. И после всех этих невероятно затяжных потуг, Улькиорра таки выдал более или менее связную мысль на тему того, что может замолвить за Заэля словечко перед Айзеном. На следующей ночной посиделке, не иначе…
-Ну что Вы, Улькиорра-сан, не стоит утруждать себя!
Всем тем сахарком, что сочился из фраз Заэля, можно было подслащивать чаек Айзена ближайшие дней эдак 5, если в своей нервозности Владыка не начнет поглощать чайные запасы с удвоенным усердием.
Давай Улькиорра, соглашайся и примерь гигай. Я всего-то поиграю немного, а потом уже проверю все расчеты, надежность оболочки. Потом ты скажешь Айзену, что все прошло успешно, если, конечно, тебе все-таки удасться выбраться отсюда в целости, потому как за твою невредимость я не ручаюсь.
Некоторое колебание Шиффера и его медлительность немного выводили Октаву из себя, но что не сделаешь ради почти новой игрушки. И Заэль терпел и ждал, увеличивая запасы сахарка для Айзена еще на несколько дней. Свое согласие Улькиорра выдавливал из себя по слогам, будто ему была противен сам факт того, что ему стоит как-то реагировать на такое предложение. И как только он дал свое пускай нетвердое, но согласие, на лице Заэля промелькнула улыбка маньяка-убийцы, которому дали 5 минут, чтобы быстро расчленить очередную тушку и даже разрешили обратно все не собирать. Впрочем, улыбка промелькнула так быстро, что Улькиорра с его сегодняшней медлительностью вряд ли что заметил.
- Ах, как же Вы любезны, Улькиорра-сан! Чтобы я без Вас делал, тем более если сам Айзен-сама заинтересован в разработках, то я думаю, он будет доволен, что именно Вы, как его самый верный слуга, первым опробуете будущие гигаи.
Казалось, будто у Заэля наступил великий праздник, коим Заэль считал день доставки новых ингредиентов для изготовления ядов или поступление новых образцов реацу противников. Произнося свое восторженную речь во славу храбрости Кватры, Заэль ухватил того под ручку и повел в глубь комнаты. Если бы только Улькиорра мог читать мысли Заэля, он бы сейчас не шел так покорно за Октавой и сильно бы призадумался на тему своего положительного ответа, особенно когда тебя ведут по темному проходу между стеллажами, заставленными множественными скляночками, в которых плавали всякие ужасные штуки.
Интересно, мне стоит сейчас сообщить Шиферу, что в гигае его силы будут полностью ограничены и что он будет полностью в моей власти, или стоит сделать ему сюрприз уже после? С другой стороны, мне мое тельце однако дороже, чем тушка Кватры, так что после. Эх, Улькиорра, Улькиорра, тебе что, не рассказывали, что нельзя соглашаться вот просто так на участие в экспериментах, не заверившись перед этим, что тебя вернут точно в таком же состоянии, каким забирали? Напомни мне тебе потом рассказать об этом пункте соглашения…
- Вы только не волнуйтесь, Улькирра-сан, это совсем не опасно. Конечно, это только экспериментальный образец, Вы же понимаете, что-то может пойти не так, как задумано, но в конечном итоге все будет хорошо. Или нет, это уж как получится…
Когда в конце прохода стал появляться слабый свет, Заэль крепче ухватил Кватру за руку, будто опасаясь того, что арранкар в любую секунду может вырваться и побежать в обратном направлении. Но это же бесстрастный и безэмоциональный Шифер, нет ничего такого в мире, что могло бы его напугать. Ну, по крайней мере, такое ходило о нем мнение. Только вот почему-то Заэль в это не верил и всеми силами пытался доказать обратное, правда пока безуспешно. Но разве этого его когда-нибудь останавливало? Даже у Айзена случались иногда неудачи, взять хотя бы вон Гриммджо с Ямми. Те еще ошибочки.
Стеллажи, наконец, закончились, и взору Кватры явилось большая округлая комната. Внутри находилось приспособление, которое напоминало огромную фиолетовую бабочку. Бабочка была будто пришпилена к подставке, которая стояла перпендикулярно полу в самом центре комнаты. Вокруг были расположены столы разнообразной величины и формы. На некоторых покоилась груда различная одежда. На других – колбочки, пробирки, шипящие и дымящиеся стаканчики, не иначе Заэль новый сорт чая для Владыки разрабатывал в перерывах между разработками гигаев. И только один столик, покрытый  бархатным покрывалом темно-фиолетового цвета, пустовал. Ну что ж, пусть игра начнется.
- Прошу Вас, Шифер-сан, пройдите, пожалуйста, к Элизе. – И Заэль плавным жестом указал на "бабочку".

+2

18

-Раз не стоит, то не буду, - податливо согласился Улькиорра. Он втайне надеялся, что Заэль воспримет его слова именно как жест вежливости, потому что просить у Владыки что-то не за свою персону желания не было не малейшего. Зачем зря напрягать великого Айзена-саму, который и так явно пригорюнился и так кручинится, что аж чай весь скоро закончится, и не сегодня-завтра могут начать расходоваться неприкосновенные запасы технического спирта из подземных хранилищ. Разумеется, Четвертый не позволил себе так крамольно думать, он эту фразу в мозгу сформулировал гораздо приличнее и так, что выставило Ками в самом лучшем свете. И раз уж Апполо так любезно предложил не утруждать себя, то Шифферу даже чесаться не надо. И плевать, что эти слова тоже были жестом вежливости. Сказано, так сказано.
Как только Кватра взглянул на предполагаемую «Элизу», он еле подавил желание явственно затрястись, подхватиться и перебежать в какое-нибудь более приятственное его пустой душе место. Например, пленницу пойти покормить, послушать ее слезы, в очередной раз огребсти по лицу. Та… Как-то больше тянет на прекрасную женщину, чем вот это вот непонятное приспособление, которое явно предназначено для чего-нибудь противоестественного.
Но Шиффер был настоящий мачо, если не телом, то хотя бы душой, потому он безропотно подошел к пыточному столику с гордым видом детоубийцы, идущего на публичную казнь, остановился возле него, придирчиво осмотрел это предполагаемое место его обитания в ближайший час и судорожно сглотнул. Что-то ему подсказывало, что самые неприятные из его ожиданий скорее всего претворятся в жизнь. Переведя стеклянный взгляд на Заэля, Кватра в этом убедился еще сильнее. Уж слишком цветущий вид был у ученого для этого затхлого места.
-Что я должен сделать? – с видом великомученика, который неделю висел на кресте, после этого совершил сорокалетний марш-бросок по пустыне с кучей странного народа, а потом до кучи еще пошел проповеди читать и за это получил горой камней по голове, вопросил Улькиорра, потыкав пальцем в сиреневую ткань, как будто бы пытаясь определить наощупь, какой же из внутренних органов ему вынут первым – печень или правую почку.
Вообще с каждой секундой ему ситуация начинала категорически не нравиться все сильнее и сильнее. Вот почему, например, к этому… пси… не совсем уравновешенному исследователю не отправили кого-нибудь наименее ценного, например, того же Гриммджо. Себя Шиффер очень ценил и трепетно оберегал свое хрупкое тело, которое, правда, было таким только с виду. Правда, если дело не касалось интересов Владыки, разумеется.
Надо предложить Заэлю, если он меня решил привязать к этому столу, чтобы оставил мне свободной одну руку.
Почему-то сомнений в том, что его лишат возможности к сопротивлению, у Улькиорры не было. Но пока что он все воспринимал с должным мужеством.
Или придется пробовать делать Церо из языка, как Нноитора.
Чуть мотнув головой, Четвертый прогнал из головы резко ставшими не слишком интеллектуальными мысли. Сейчас не время думать о ерунде.
-Насколько велика гарантия, что я после буду… В первоначальном виде? – решил сделать пробный шаг Кватра. – И для начала я хотел бы услышать, каковы предполагаемые свойства твоего экспериментального гигая?Это было сродни хватания за соломинку в бурном потоке. Улькиорра давно уже смирился с мыслью, что влазить (каким образом, он себе крайне смутно представлял) в этот самый гигай все равно придется, но прямо вот сейчас, с нахрапу, делать этого не хотелось. К таким вещам надо подходить с чувством, с толком, с расстановкой. А не вот так «Хош примерить?»-«Да без пэ!». Шиффер был очень воспитанный арранкар во всех смыслах этого слова, так что даже не допускал таких мыслей.
Но, в конце-концов, победил… нет, не дружба, а Айзен. Ибо именно его укоризненное лицо с доброй, отеческой улыбкой, от которой у Улькиорры приостанавливалась работа и так не слишком быстрого сердца, возникло у арранкара перед глазами. В голове промелькнула мысль, что, наверное, это был знак свыше, раз уж Четвертого отправили на такое ответственное задание, он не должен подвести Владыку. Естественно, в голове даже мысли не промелькнуло, что никто, кроме Улькиорры и не согласился бы на такое сомнительное и заведомо неприятное мероприятие, как добровольное отдавание себя в руки не самого адекватного ученого на благо науки. Все остальные были как-то… Поумней, что ли.

0

19

Заэля чуть ли не трясло от восторга и предвкушения предстоящего действа. Он уже буквально забывал о своей роли милого, гостеприимного хозяина и все больше переключался на истинного себя: алчного, жадного до  всего нового, исследователя. Он уже чуть ли не ладошки потирал в нетерпении, когда же все, наконец, случиться. Но судя по слишком медленным, продуманным шагам, которые Улькиорра совершал в направлении Элизы, Шифер собирался-таки дотошничать и выводить Заэля из себя еще больше. Похоже, вид прекрасного творения Октавы немного напугал Кватру. И Заэль обратил на это внимание, но ровно на столько, пока его  сущность ученого не взяла верх.   
Ну давай же, хватит испытывать мое терпение, все равно тебе уже не отвертеться, ты только создаешь себе дополнительные проблемы. Каждая секунда твоего промедления будет стоить тебе больших мучений. Уж это я тебе гарантирую.
Но нельзя показывать Улькиорре свое нетерпение, Заэль это понимал. А то еще чего доброго спугнет и так уже напрягшегося Кватру. А это было явно не на руку ученому. Нужно было успокоить, подавить внезапно вспыхнувшее недоверие, чтобы Улькиорра прекратил вести себя так, будто его сейчас будут пытать на предмет его истинного отношения к Айзену. Хотя, у Заэля мелькала такая мысль с самого начала визита Кватры. Что если воспользоваться ситуацией и выяснить немного маленьких секретов Шифера, чтобы потом было чем козырять, когда все-таки придется отпустить эспаду из лаборатории. Мало ли чего он там потом Айзену от обиды расскажет… Хотя, маленькие друзья Заэля, которые уже кишмя кишат в теле каждого арранкара, непременно сообщат хозяину, что там произойдет в тронном зале, и каким будет разговор Улькиорры и Владыки. Заэль всегда был в курсе всех дел, происходящих в периметре Лас ночес и за его пределами. Того и гляди, скоро начнет выпускать еженедельник «Хуэко Мундо weekly», дабы Владыке было  что почитать на досуге. Он мог бы вести колонку «Спроси Заэля», в которой бы давал советы по скрашиванию однообразной жизни арранкаров. Ответил бы на занятные вопросы о том, чем же Тоусен кормит Вандервайса; в каких еще целях, кроме сражений, Нойтора использует свои 6 рук в полном релизе; почему Гриммджо не соглашается на прививки от бешенства (экспериментальным путем, спасибо старший братик, было установлено, что прививки действует на тело арранкара как химическая кастрация); настоящие ли у Улькиорры зеленые полоски на лице или он их себе каждое утро подрисовывает; и самый животрепещущий вопрос, который волновал весь арранкарский состав дворца – чем же на самом деле занимаются Владыка и его верный слуга Ичимару за закрытыми дверями тронного зала. Но, Заэль предпочитал держать все тайны при себе, дабы не провоцировать и без того нестабильные личности на дополнительную агрессию.   
Поэтому и сейчас Заэлю, чтобы не спугнуть Улькиорру, пришлось взять себя в руки, подавить неадекватную ухмылку и заставить губы растянуться в более приветливой  улыбке.
- Улькиорра-сан, для меня большая честь представить Вам моё детище – Элизу. Именно с помощью нее я буду создавать гигаи для членов экспедиции в Генсей. Она просто великолепна, не так ли? – Тон Заэля был сродни тому, каким гордый папаша сообщает соседям о том, что его сынок пробежал стометровку за 4 секунды и установил новый рекорд мира. Ну или когда Айзен с доброй отеческой улыбкой чуть ли не гладил самого Улькиорру по головке и этим самым тоном хвалил Кватру за отлично выполненную работу. Хотя, скорее всего сам Улькиорра видел в этом взгляде и тоне немного больше, чем отеческое, над чем Заэль всегда тихо посмеивался. Бедный, бедный Улькиорра, так уж и нельзя, напридумывал себе черт знает чего и живет теперь в своем иллюзорном мирке. Заэлю было крайне отвратительно раболепство Кватры в отношении Айзена, поэтому на докладах Шифера он старался не присутствовать, дабы не выдать какой-нибудь язвительный комментарий.
Ах, все-таки тебя интересует, что с тобой будет в конечном итоге, так? Ну Улькиорра, милый, ты довольно поздно спохватился, не стоило тогда вообще в комнату идти, раз так опасаешься за свою шкуру.
- Вам не следует так волноваться, Улькирра-сан, - в язвительном голосе Октавы сквозила некая надменность или даже власть, сложно было определить.  – Я не буду рассказывать Вам всю суть приготовлений, да и Вам наверняка будет скучно слушать все эти научные термины и пояснения. Я скажу просто, что сейчас Элиза своими крыльями создаст вокруг Вас кокон, из которого позднее появитесь Вы, но уже в оболочке гигая. Но для начала, я бы попросил Вас подойти вот к этому стоику,– и Заэль мягким жестом указал на давешний столик, покрытый бархатной тканью
- Я возьму образец вашей крови, дабы создать приспособление, которое будет связывать вашу сущность с гигаем. И затем Вам нужно будет всего лишь его сломать, чтобы покинуть оболочку.
Произнося свою маленькую речь, Заэль  быстро вынул из карманы куртки шприц, игла которого призывно блестела в редком свете, случайно попадавшим на нее. 
Ты только в обморок не падай, Улькиорра. Будет больно. И с приторной улыбочкой Октава поманил Кватру к себе.

+2

20

Первым рефлексом Улькиорры было с ноги дать по красивому лицу Заэлю, размазать его по стене ровным слоем и с величественным видом удалиться, чтобы неповадно было делать такие непристойные предложения. Еще чего придумал, кровь брать! Но так как Четвертый не был прикован к инстинктам, как некоторые другие арранкары, то он проделал все это мысленно. Конечно, удалиться бы не помешало в реальной жизни, но, вспоминая и воспроизводя перед собой астральную проекцию персоны великого, единственного и неповторимого Ками-самы, Кватра только вздохнул и крайне медленными шагами начал подходить к ученому, как будто бы надеясь, что может быть за это время Апполо передумает, навесит ему хорошего пинка и умчится на поиски другой жертвы, более сговорчивой и активной.
-Элиза… На любителя, - уклончиво ответил Шиффер, решив не уточнять, что данное приспособление вызывает у него исключительно нервный тик и прекрасной это явно орудие пыток  он ни в коей мере не считает. – Но если она внесет такой вклад в дело, идущее на благо Айзену-саме, то, несомненно, я ее нахожу… Я положительно о ней отзываюсь.
Такой ответ Улькиорра посчитал просто гениальным и решил на этом закончить свою весьма сомнительную похвальбу в адрес агрегата, принадлежащего легкой руке исследователя.
Четвертый наконец донес свое тело до столика и, постаравшись скрыть свое уж очень недоверчивое выражение, которое могло выдать его с головой, протянул руку. В голове металась мысль что надо было все-таки убить ученого с особой жестокостью, а потом посвятить свою жизнь поиску и спасению своей души, замаливая грех перед Владыкой за убийство брата-Эспадовца.
Хотелось домой, к маме, то есть к Айзену и Хогиоку. А еще лучше обратно в состояние носатого товарища, меноса в простонародье. Вот их-то кому-нибудь вряд ли бы пришло в голову отправлять в человеческий мир в бесполезной оболочке, которая явно ни на что не будет годна. Вот этом Шиффер уже перестал сомневаться, едва увидев улыбку Октавы с явным закосом под Владыку, стоящего на ежедневной раздаче чая. Вообще, состояние испуга было неведомо Улькиорре, но вот на данный момент было состояние весьма было весьма близко к этому. Наверное, это было что-то вроде беспокойства.
А еще очень хотелось, чтобы прибежал сюда кто-нибудь, кто с воплем «Улькиорра, я должен быть на твоем месте!», отпихнул бы от всех этих агрегатов, выкинул бы за руки за ноги куда подальше и сам бы лег под нож. Но, к сожалению, никого такого не предвиделось, в воздухе не витало даже надежды на то, что из-под земли вырастет Ками-сама и отведет Шиффера в свои покои под теплое отеческое крыло, заявив, что произошла ужасная ошибка, так что оставалось только смириться со своей не слишкой радужной судьбой.

0


Вы здесь » Bleach World » Las Noches » Лаборатория